Вадим Булаев – Два шага назад (страница 13)

— В банках закончились наличные кредиты? — я неверяще усмехнулся и положил руки на стол. Надоело сидеть чуть ли не по стойке смирно.

— Отчасти. Военное положение здорово мешает работе финансовых учреждений. По особому указу, все поступления в средствах межпланетарных расчётов приоритетно выкупаются государством, невольно создавая дефицит наличной денежной массы. Поэтому на поверхность и повсплывали всевозможные частные обменники с мутными источниками средств для работы и ещё более мутными владельцами, почти поголовно выходцами из криминала. И, как любые жулики, они мечтают не просто заработать на сделке, а заработать по самой верхней шкале. Не гнушаются и разбоем. Согласитесь, послать вдогонку крупной сумме толковых ребят со стволами — идея рисковая, но прибыльная. Ищи потом, откуда утечка информации произошла, особенно если свидетелей нет.

Мне оставалось лишь согласно кивнуть.

— Но, как говорится, есть нюанс, — Майкл довольно хохотнул, — Новоявленные торговцы деньгами не учли основательности «Титана» и того педантизма, с которым так называемые «добровольцы» подходят к любой задаче. Им в ослеплённые возможной прибылью мозги даже не пришла мысль перепроверить, с кем они связались. Ограничиваются выпиской из налоговой инспекции, не вникая в тонкости. А зря! Расчёты, конечно, ведутся через доверенные фирмы, но все концы, так или иначе, ведут к не особо афиширующей себя бригаде. Да если бы только это! В определённых кругах не секрет, что региональные представители «Титана» — люди с прошлым. Как правило, или контрразведка или, — тут он вздохнул, — мои бывшие коллеги. И, прежде чем начинать вести бизнес, они досконально изучают подноготную будущих партнёров. Среди наиболее перспективных заводят агентуру. Кстати, от агента эмиссары «Титана» и узнали о готовящемся нападении, отчего только обрадовались. Подготовили контрмеры, организовав «утечку» информации с маршрутом следования автомобиля, через третьих лиц подсказали, где удобнее напасть.

— Даже так? — скрыть удивление не получилось. — И меня, по вашим словам, отправили на убой? Ради чего?

— Ради денег, разве не понятно? Теперь у твоих, — он вроде как незаметно сбился на «ты», — командиров появился чрезвычайно веский повод предъявить организаторам счёт за уничтоженный автомобиль, за ранение бойца, за доставленное беспокойство. В случае твоей смерти цифра компенсации только бы подросла. Значительно! И поверь, отвертеться у инициаторов акции не получится. Воротилам дешевле замять конфликт, чем нажить себе такого врага. Пока они ещё не понимают, во что вляпались, но через несколько дней сильно удивятся и сумме откупа, и принятым мерам. Говоря языком гетто, это — кидалово, за которое придётся ответить, как минимум, сотней тысяч федеративных кредитов. Им это обоснуют и разложат по полочкам. Те, конечно, пошумят, крутость попробуют продемонстрировать, но заплатят... В этом мире законы жёсткие, подкупленные судьи и столичные адвокаты не помогут.

Что он несёт, этот человек? Какие торги? Какие обоснования?..

— Я вам не верю! — реплика вырвалась без всякого обдумывания и чересчур эмоционально для того, кто хранит напускное хладнокровие. — Такого наворотили... Нападение на пустую машину, продуманная операция по отправке меня на тот свет, какие-то деньги...

— Твоё право, — скупо бросил безопасник. — Оправдания тому, что тебя расстреливали как мишень, придумаешь сам. В мою задачу не входит убеждать узколобых юношей в их глупости.

Уел... Накидал полную горсть сомнений, а теперь — разбирайся в них сам.

— Перефразирую. Для чего вы мне это рассказали?

Майкл прищурился и стал весь какой-то собранный, пружинистый. Словно на стартовой линии стоит, отмашки ждёт. И в то же время с ответом не спешит, паузу тянет для значимости.

Похоже, вся эта эпопея с долгой болтовнёй затевалась исключительно ради моего последнего вопроса.

Я не ошибся.

— Чтобы ты думал. Не больше, — представитель СБН сменил тон на лязгающий, жёсткий, даже жестокий. — Пользовался разумом. Просчитывал перспективы. Осознавал свои выгоды... И, в качестве довеска, скажу — в «Титане» нет никакого боевого братства, Вит. Есть бизнес, основанный на войне и предоставляемых ею возможностях. Есть математический расчёт тех, кто стоит у руля. Есть целесообразность, причём у каждого своя. Всегда об этом помни, даже когда станешь о нашем разговоре докладывать. А ещё вот, — прервавшись, он порылся во внутреннем кармане пиджака и извлёк оттуда белый прямоугольничек визитки. — Передашь командованию. Захотят пообщаться — номер здесь указан. И ты выучи его, наизусть, Самад... А хочешь, расскажу, что произошло? Там, на трассе?

Стало интересно, что этот человек мне ещё наплетёт.

— Хочу.

— Тогда слушай, поправлять необязательно... Ты ехал один, никого не трогал. На заправке за тобой прицепились два автомобиля, догнали, стрелки или стрелок открыл огонь. Точного заключения по калибрам и типам использованного оружия у меня пока нет… Желая выжить, ты свернул в поле, где надеялся оторваться, выбраться из салона и приступить к обороне с использованием личной винтовки. Но не успел. По преследователям ударили два беспилотника-камикадзе. Маленькие такие, на дистанционном управлении. Запустить их можно откуда угодно, хоть через люк в крыше автомобиля. Тем более, их по умолчанию почти везде вставляют, включая базовые модели. Модно... Впрочем, я в третий за сегодня раз отвлёкся. Долгие монологи уводят, знаешь ли, в рассуждения… За тобой следили, Вит. Твои товарищи, и их было минимум трое. Один за рулём, двое управляли беспилотниками. Когда ты съезжал с дороги, они направили начинённые взрывчаткой аппараты в машины бандитов, чтобы те не успели разбежаться. Наверное, следующие в отдалении титановцы думали, что ты погиб или сильно ранен. Их устраивали оба варианта. Основания для разборки так и так, более чем весомые. А ты выжил... — рассказчик потёр переносицу, как бы разгоняя усталость. — Отрезок для нападения, я упоминал, выбран крайне удачно. Ни дорожных сканеров, ни жилых объектов. Поблизости — минимум четыре грунтовых съезда, укатанных до каменного состояния. Просчитать, кто ехал в данном направлении, труда, конечно, не составит, однако, что им предъявить? Неподалёку есть красивейшее озеро, о котором в любом путеводителе написано. Свернули — и можно вдохновенно врать, что ничего не видели, не слышали, природой любовались. Ничего не докажешь. Что твоим сослуживцам, что бандитам… Об этой маленькой хитрости давно известно, — собеседника словно выворачивало от такого перспективного алиби. — Про визитку не забудь.

Только сейчас заметил, что она по-прежнему зажата в пальцах Майкла. Рассудив, что это меня ни к чему не обязывает, взял протянутый мне пластик с цифрами. Ни имени, ни звания, лишь в углу оттиснут небольшой щит с аббревиатурой внутри «СБН». Покрутив, убрал визитку в нагрудный карман.

Цифры запомнил. Зачем — и сам пока не отдавал себе отчёта. Безопасник это заметил, потёр подбородок, имитируя лёгкую задумчивость. После закончил:

— В завершение. Если добудешь достойную информацию для торга, мы готовы рассмотреть способы оплаты. От билета на другую планету до увесистого вклада на твой банковский счёт. Это не вербовка, это так... на будущее. Никогда не знаешь, что пригодится.

Резко оборвав разговор, он поднялся и, не прощаясь, покинул допросную, оставив меня в полном душевном раздрае. Признаюсь, повод для этого имелся более чем весомый. Только не тот, на который рассчитывал этот человек.

— Пум-пурум-пурум-пум-пум, — и сам не заметил, как принялся напевать подслушанный у Майкла мотивчик.

А что, помогает.

Глава 4 Интерлюдия №1

— Ну, как успехи? — спросил с экрана коммуникатора старый товарищ, давно перебравшийся в столицу и выслуживший серьёзное повышение.

— Пообщался, — ответил человек, недавно представлявшийся Виту Самаду как Майкл. Впрочем, он и был Майклом. В общении с фигурантами имя предпочитал не менять, чтобы не разводить секретность на ровном месте. — Твою визитку передал.

— Что ты ему рассказал?

— Предоставленную тобой информацию. Во всяком случае, ту часть, которая касалась его лично.

— Хорошо... И как он воспринял?

— С недоверием. Но это пока. Постепенно проникнется. Толковый паренёк. И скрытный.

— Думаешь, можно использовать?

— Только втёмную.

— Про сослуживцев он спрашивал?

— Даже не обмолвился. И мне это нравится. Выживальщик.

— Уверен?

— Нет. Я же с ним плотно не работал. Озвучиваю первое впечатление.

— Ты редко ошибаешься. Можешь навскидку охарактеризовать?

— Разве что поверхностно… Ошпаренный.

— Что? — не понял собеседник. — Какой?

— Ошпаренный, — повторил Майкл. — От всего шарахается, никому не верит. Ощущение, будто ему в прошлом сильно досталось и теперь он весь в себе. Натянутый, как струна. Надавишь посильнее — или порвётся, или озлобится и вразнос пойдёт.

— Точнее не скажешь, — с уважением протянул столичный товарищ. — Виту слегка не повезло с… не важно. Как считаешь, о разговоре он доложит?

— Конечно. И те, кто будет слушать, всё поймут. Вряд ли перезвонят, — тут оба рассмеялись, — но прыть, надеюсь, поумерят. Дураков в «Титане» нет.

Лицо на экране скривилось.

— Наглеют, сволочи. Совсем страх потеряли. С начала года четвёртая подстава с машиной. Валютчики потом кровавыми слезами умываются и последнее отдают. Кто выжил... Видишь, до чего дошло, уже мы подключаемся.