Протоптали на десять дорожку,
Принимали всё не понарошку,
Все готовы к защите страны.
Нас растила система творцами,
В каждом фильме был подвиг воспет.
Не росли для себя, подлецами,
Жили светлыми только мечтами,
Знали чётко, что плохо, что нет.
Мы умели ну всё абсолютно,
Мастерили рогатки с душой.
Осознание мира не мутно,
И в компаниях было уютно,
Все дела совершались гурьбой.
Взрывпакеты, патроны и порох —
Что не делали только тогда.
И занятий на воздухе ворох,
Нет и мысли о нынешних шорах,
Мы не знали, что скоро беда.
Друг за дружку держались детишки —
Было правило этих времён.
Все одеты в простые пальтишки
И читали запоями книжки,
Был житейским умом всяк силён.
Нос, бывало, не раз кровоточил,
Раз на раз не топтали толпой,
Грязным боем себя не порочил,
Чуть партнёра драчун пропесочил,
А затем обнимались гурьбой.
Слово детское крепче железа,
Клятвы в братстве почти на крови,
Слава богу, ладонь без надреза,
Не включали хитрющего беса:
Режь по правде – душой не криви.
Жили-были все как под копирку,
На столах без изысков еда,
Да к властям не чинили придирку,
В телевизоре веря в картинку,
Там вели нас, видать, в никуда.
Это был настоящий союз,
И не только союзных республик.
Люди вместе, хоть много обуз,
И на сердце отсутствовал груз,
Не владел тогда душами рублик.
Все народы страны были вместе,
Не делили себя на куски,
Относились к другим не без чести,
На советском замешаны тесте,
Не богато, но всё по-людски.
Снята, помню, простая квартирка:
Как у всех, тесновато жильё,
Туалета на улице дырка,
И на речке мамулею стирка,
Не сравнить, что сейчас, ё-моё!
Так и жили; отец тренирует,
В школе спорта уроки ведёт,
Мать на швейке посменно штампует,
А меня детский сад дрессирует.
Так и жизнь потихоньку идёт.
Жили счастливо, весело, дружно,
Не смотрели натужно в карман.
Есть любовь – ну а что ещё нужно?
От добра не ищи малодушно.
Всем был курс нашей партией дан!
Было счастье в семье, жаль недолгим,
Закрутила мамуля роман,
