Вадим Бескровный – Дурные намерения (страница 64)
Валентина нажала на кнопочку на крыше, и в машинке заработали сигнальные маячки, освещая небольшую часть комнаты синим и красным светом. «УАЗик» издавал хриплый вой. Валентина призвала все свои силы, которые остались в её, таком хрупком, теле. Она взяла «УАЗик» за капот и начала его сжимать.
Сильнее.
Ещё сильнее!
ЕЩЁ СИЛЬНЕЕ!
Она почувствовала девушку, лежащую в коме за много километров от неё. Разум девушку затрепыхался, но быстро сдался.
ЕЩЁ СИЛЬНЕЕ!
Капот игрушечной машинки треснул. Валентина чувствовала, как игрушечные колёсики впиваются в её ладонь, а потом вдавливаются внутрь корпуса.
ЕЩЁ СИЛЬНЕЕ!
Пластмассовая радиаторная решётка отвалилась. Фары тоже выпали.
ЕЩЁ СИЛЬНЕЕ!
И под последним мощным нажатием капот машинки рассыпался на множество осколков, ранив руку старушки.
Валентина вздохнула. Начала разжимать руку. Ещё раз вздохнула. Почувствовала, как в ответ вздохнул разум девушки.
«Прощай!».
Разум затрепыхался и замер.
Валентина начала разгибаться из своего согнутого положения. Остановилась. Ещё немного разжала руку, и машинка выпала на пол, а пуговица выпала из машинки. Она ещё раз вздохнула, и вздох замер в её груди. Она завалилась вперёд и осталась сидеть в таком положении.
Наконец-то в квартире было убрано, и Тамара даже с большим удовольствием готовила завтрак: себе яичницу с беконом, сыну глазированные хлопья с молоком.
Артур сделал над собой усилие, и убрался в квартире, разложив и свои вещи и мамины вещи, и даже перемыв посуду. Единственная, оставшаяся нетронутой комната, была ванная. Артур больше не заговаривал по поводу лежащей в ванной женщины, испытывая угрызения совести и за то, что украл снимки у папы, и за то, что рассматривал обнажённых девушек. Но в душ ходил только с открытой в ванную дверью, отгораживаясь от остальной квартиры лишь шторкой, и спал по прежнему с мамой, так как его кровать была ближе к коридору, а, значит, и ближе к ванной.
Тамару радовало то, что мальчик не стонет и не вздрагивает по ночам, как это было в первый раз, когда он спал с ней после того, как ему в руки попали эти снимки. А сейчас он ещё проведёт выходные у бабушки с дедушкой и, надо полагать, совсем успокоиться. Она тоже не возвращалась к разговору о снимках. Она просто не знала, что и как сказать Артуру, чтобы не вызвать в нём чувство стыда. Как объяснить мальчику, что фотографии обнажённых женщин это нормально на его этапе взросления и, при этом, не заставить его уйти в себя? Тамара не знала, а потому решила не начинать этот разговор.
Пока она готовила завтрак, Артур в комнате собирал вещи, которые могут ему пригодиться за те несколько дней, что он проведёт у бабушки с дедушкой.
— Мама! — позвал он ещё из комнаты. — А ты мне гель так и не купила.
Мальчик уложил две пары носков в портфель, подумал немного и взял третью пару, кинув её в Габриэллу, встав с пола и отправившись на кухню. Габби упала на спину, держа носки передними лапами и пиная их задними, но через пять секунд вспомнила, что она леди, отпихнула от себя носки, встала, встряхнулась, чихнула и тоже отправилась на кухню.
— Твои хлопья готовы, садись завтракать — Тамара отвернулась от плиты и вздохнула — Мы тебя так и не подстригли, между прочим.
Артур зарос так, что чёлка почти скрывала глаза. Весь его вид говорил: «Ну и…?».
— Давай заедем по пути в парикмахерскую и, заодно, купим тебе гель, — предложила Тамара.
— Давай, — Артур сел за стол, и мама поставила перед ним тарелку с тёплыми хлопьями.
Она положила себе яичницу и села рядом с сыном.
— Ты всё собрал? — спросила Тома. — Приятного аппетита, кстати.
Артур кивнул, дуя на ложку.
— И тебе приятного аппетита, мама. Не могу найти «Остров сокровищ».
— На верхней полке посмотри, — сказала мама.
Книжного шкафа у них не было, но над кроватью, рядом с окном, висели несколько книжных полок.
— Ты читать у бабушки собрался? — спросила Тома.
— Ну да, — мальчик так посмотрел на маму, как будто она задала крайне глупый вопрос.
— А… планшет?
— Планшет я взял.
— Во все оружии прям.
Они закончили завтрак, и им понадобилось около часа, чтобы завершить сборы. Тамара позвонила родителям предупредить, что они выезжают. Потом она покормила кошку, проверила, что они всё выключили из сети, а также перекрыла воду.
По пути они заехали в парикмахерскую, Артура подстригли, и Тамара купила сыну гель, как и обещала. Пока парикмахер мыла мальчику голову, Тамара, очень некстати, вспомнила, про случай, который им прислали из головного офиса: вытирая полотенцем голову клиента, женщина взяла острую бритву и резанула несчастному по горлу. Она смотрела фотографии с места происшествия и думала тогда, что страховые компании должны знать о смерти всё.
В течении дня Тамаре несколько раз звонила Аня, но Тома решила ей не отвечать. Ане можно было доверять, а можно было и сомневаться в её словах. В конце концов, может быть она была послана своей мачехой, чтобы рассказать всё Тамаре и настроить её на тот лад, который им был нужен. А может быть она какая-нибудь фанатичка, которая это всё придумала?
«Ну её нахрен», — решила про себя Тамара. — «Её, Мишу, который так и не позвонил и Ларри с его фотографиями. Не хочу портить настроение этого дня мыслями о НИХ».
Думала Тамара и о Зине Геннадьевой. Новоиспечённой вдове ещё не сообщили, что самоубийца, решивший шагнуть с крыши недостроенного здания прямо в ад, это действительно её муж. Если какие-то распоряжения и поступали в местный следственный комитет из центра, то на опознание Зину не приглашали. Тамара бы уже об этом знала.
Родители Тамары жили в посёлке Константиновка, который входил в муниципальное образование город-курорт Ахинмай. С учётом проезда всех улиц в обоих городах, дорога занимала около часа.
В Ахинмай двигался большой поток машин. Не сказать, что пробка, но машин было достаточно. На въезде в город кольцо уже не могло принять столько машин, сколько проходило через Ахинмай, поэтому дороги к кольцу были забиты машинами со всех сторон. И в город и из города было по две полосы, но обе полосы в город двигались медленно. Зато направление, в котором вела машину Тамара, было свободно.
Тамара ехала по крайней правой полосе, когда услышала впереди звук полицейской сирены. По мере продвижения вперёд, звук был всё громче. Тамара разглядела полицейскую машину, которая объезжая пробку, выехала на полосу встречного движения. Тома сбрасывала скорость и приближалась к обочине, мало ли какой маневр придётся совершить полицейскому. И насколько она могла видеть, патрульный автомобиль выезжал потихоньку на её полосу.
Руки её начали покрываться липким потом, и Тома сильнее вцепилась в руль. Полицейская машина с большой скоростью двигалась прямо на её «Ярис Версо».
Стоять в пробке было невыносимо, она тянулась от самой Константиновки, и старший инспектор Хорновец отсидел себе весь зад. Краем глаза следя за движением, он запустил в планшете игру в покер и пытался, играя онлайн, срубить деньжат.
Деньжата ему нужны были всегда, а, в силу профессии, ему их зачастую не хватало. Приходилось прибегать к виртуальным покерным столам, игровым автоматам и казино. Но игровые автоматы и казино это полная лажа, заработать на которой было сложно, а вот покер приносил порой доход.
Туристический сезон был ещё в разгаре, и приезжих цыпочек нужно было на что-то ловить, а они никак не желали ловиться, если казна была пуста.
На руках, точнее в планшете, у Николая было две пары, но у соперника оказался «стрит». Коля громко выругался, положил планшет на пассажирское сиденье и стукнул кулаком по рулю, попав по гудку. Раздался сигнал.
«Что ж за пробка такая в город!?» — хмурился старший инспектор, но засмеялся, когда увидел, что впереди едущий автомобиль включил поворотник в крайнюю правую полосу и начал перестраиваться сразу после Колиного сигнала. Ничего, тем лучше. Его полоса будет свободней. Николай начал новую партию в покер.
Село Константиновка находилось от Ахинмая на расстоянии 12 километров или в 20 минутах езды. Без пробок, естественно.
В Константиновку Коля отправился на встречу со старым знакомым дедушки, у которого были связи в Следственном Комитете края. Николай не зря выпрыгнул выше своей должности и выше своих полномочий, когда отправился сначала в страховую компанию «КАСО» узнавать про исчезнувшего заместителя ген. директора, а потом попал на место преступления в отель «Ребриц». Совсем не зря. У него была информация, которая помогла бы ему получить должность в Следственном Комитете. Старый полковник в отставке, дедушкин друг, мог помочь Николаю в достижении желанной должности.
Коля вспомнил анекдот про то, почему ребёнок полковника не может стать генералом. Потому что у генерала тоже есть дети. Но Николай надеялся, что старый полковник задействует свои связи в крае и покажет, что в ГИБДД города Ахинмая служит честный и прозорливый полицейский, который волей случая распутал сложное криминальное дело.
Надо было только позвонить девчонке журналистке и забрать у неё все фотографии. Она тоже хороша. Быстро приехала в отель, и, как знал Коля, первая обнаружила труп самоубийцы. Коля не сомневался, что самоубийца и есть тот самый пропавший заместитель. А ещё Коля не сомневался, что между самоубийцей и происшествием в отеле есть связь. А ещё эта Бонн чертовски хороша: такая маленькая, стройненькая и загорелая. Ну просто конфетка.