Вадим Бескровный – Дурные намерения (страница 2)

Второй же был полной его противоположностью. Широкоплечий, лысый, с серыми глазами и кожей такой смуглой, что он был больше похож на индейца чероки, нежели обитателя российского юга. Одет он был в цветастые бермуды, мокасины и бирюзовую футболку с изображением четырёх горящих тузов и надписью «Gambler». Картину дополняли двухнедельная борода, серёжка в правом ухе и прищур хитрых глаз. Его движения были тяжеловесными, а голос грубоватый и с хрипотцой.

Такие, внешне непохожие мужчины, на самом деле, были хорошими друзьями, и знали друг друга уже много лет. И не первый раз собирались они за кружкой пива или бутылкой рома, чтобы обсудить дела текущие и запланировать дела на будущее.

Сейчас смуглокожий, наклонясь над столом, говорил светлокожему, лицо которого выражало сомнение:

— То, что мы делаем здесь, мы делаем уже по хрен знает какому разу, а всё, что становится обыденным, превращается в бытовое. Застой в делах, Ларри, это всегда откат назад, в ту грёбанную жопу, из которой мы с тобой не один год выбирались.

Ларри же, полное имя которого было Лаврентий, сидел откинувшись, одной рукой держась за холодный бокал с пивом, а вторую положив на спинку скамейки. Открытый жест, говоривший, что он готов принимать любую информацию от собеседника, противоречил выражению его тонкого лица. Смуглый же продолжал рассуждение:

— Тебе нравится заниматься тем дерьмом, которым ты занимаешься. Это замечательно. Я не хочу отнимать у тебя эту возможность. Я лишь хочу подумать над делом, которое принесёт дополнительные дивиденды. Ты только вслушайся в это слово, Ларри: «Ди-ви-ден-ды». Согласно толковому словарю Михаила Громина, дивиденды — это наличная или безналичная валюта, которая позволит нам поменять этот захудалый городишко, ставший волею судьбы нашей тюрьмой, на места получше.

Смуглый прервал словесный поток, чтобы смочить горло глотком пива, и Лаврентий воспользовался возникшей паузой:

— Миша, только внеси коррективы в свой толковый словарь: неосторожное получение дивидендов может сменить город, ставший тюрьмой, на тюрьму настоящую. Перефразируя фразу «Уходя, уходи», я бы сказал: «Улучшая, улучшай». Зная тебя, осмелюсь предположить, что идеи твои законными будут с натяжкой.

— Знаешь, Ларри, последствий бояться, к инвесторам не ходить. К тому же, из нас двоих я занимаюсь законным бизнесом, да и кидалово меня совсем не улыбает. Я вырос из этих штанишек. Надо что-то новое.

— Ты неугомонный. Делай так, как считаешь нужным, — Ларри задумался на несколько секунд. — А мне нравится фраза: «делай так, как считаешь нужным», она снимает с меня всякую ответственность.

- То есть, ты меня поддержишь, когда надо будет?

Ларри неопределённо помахал правой рукой в воздухе, делая глоток пива.

— О чём базар-вокзал?

К их столу подошёл ещё один мужчина, примерно их возраста. Он был одет в светлый костюм, под пиджаком которого была белая рубашка с коротким рукавом. У него светло-русые вьющиеся волосы и голубые глаза. Лицо его не было красивым, но и не было уродливым, самое, пожалуй, не примечательное лицо. Сложен подошедший хорошо: не такой тонкий как Ларри, но и не такой плотный, как Миша.

— О, привет Триджи, — Миша пожал руку подошедшему. — Мы тебя уже заждались.

Звали мужчину Геннадий Геннадьевич Геннадьев, за что друзья в шутку называли его «Триджи».

— Здорово, парни, — подошедший пожал руки обоим и, сняв пиджак и небрежно бросив его на спинку скамьи, уселся рядом с Мишей. При всей его невыразительной внешности, одна деталь бросалась в глаза — волосатость рук от кисти до локтя. В правой руке он вертел тёмно-зелёные чётки. — Где мой бокал с пивом?

- Предпочитаешь тёплое? — Ларри нажал на кнопку вызова официанта. — Что это у тебя?

— Это? — Гена поднял руку. — Это чётки.

— С каких это пор ты ходишь с чётками? — Ларри протянул руку. — Дай-ка взглянуть.

Гена убрал руку и положил чётки в карман:

— Мне одна женщина подарила. Ты знаешь, такие вещи хранят энергетику владельца и всё такое. В общем, нельзя их в другие руки отдавать.

Ларри ухмыльнулся:

— Женщина говоришь. Ладно, рассказывай: что нового в жизни?

— Да что нового в жизни, Ларс!? Ты знаешь: один большой кризис, две маленькие работы, и семейная жизнь катится в тартарары с грохотом и треском.

Подошла официантка, девушка лет двадцати с выразительными глазами орехового цвета и пухлыми губами. Она улыбнулась Мише, от чего на щеках появились ямочки, поставила перед Геной охлажденный бокал и заменила пивную башню. Гена и Ларри проводили её взглядом, после чего Гена сказал:

— Никогда, наверно, к этому не привыкну.

Мужчины чокнулись, и Гена сделал внушительный глоток, осушив половину бокала.

— Я чувствую, что в воздухе пахнет грозой, — покачал головой Геннадий. — Прямо таки воняет озоном. Может у меня опухоль мозга!?

— Триджи, не болтай ерунды, — Миша похлопал друга по плечу. — Всё наладится, не распускай сопли.

— Да я серьёзно. Смотри, у меня даже кожа зеленеет. Вот, под кольцом, — Гена сдвинул обручальное кольцо, показывая тёмно-зелёную полоску кожи.

— Это от нервов, а не от опухоли, — сказал Ларри. — Тебе надо в отпуск. Взять жену и детей…

— Ага, и на море, — перебил его Гена, ухмыльнувшись.

Ларри призадумался:

— Ты можешь слетать на Камчатку, например. Говорят, там медведи прямо по улицам ходят. Может тебе понравится такой экстрим.

— Ну, чем не вариант, — ответил Гена. — Так, даю установку: мы собрались сегодня прибухнуть, давайте не о злободневном. Что вы тут обсуждали-то?

И прежде чем Миша или Ларри успели что-то сказать, Гена перевёл разговор на другую тему:

— Кстати, завтра второй день выставки народного искусства в Выставочном зале на Набережке. Никто не желает сходить?

Ларри вздохнул и закатил глаза:

— Триджи, у тебя удивительная способность интересоваться делами других, не интересуясь ими.

Гена только хотел возразить, как его перебил Миша:

— Ты знаешь, лучше я буду возделывать виноградники с зари до ночи, получая больше одного динария, чем стоять на торжище и ждать некой милости.

Гена взглянул на Ларри и показал большим пальцем в сторону Миши:

— Ты понимаешь, о чём он?

— Михаил у нас не любит развлечений, кроме как напиваться в собственном же баре, — пожал плечами Ларри. — И вот от скуки в его голове зреют разные невероятные идеи.

— Идеи, идеи, — пробурчал Миша. — Жрать будем?

— Роллы, — сказал Ларри.

— И мне роллы, — поддакнул Гена. — Только горячие.

Миша нажал на кнопку, и та же девушка появилась спустя десять секунд.

— Принеси нам «корабль», будь добра. Только сёмгу замените на горячие роллы.

Девушка кивнула.

— Так, — Миша задумался. — И мне шашлык из свиной шеи. Шашлык будете?

И Ларри, и Гена покачали головами.

— И, знаешь что ещё, — продолжил Миша. — Перед всем этим великолепием принеси нам тарелочку с рыбной нарезкой. Вот прям сразу.

— Это всё? — девушка покорно смотрела на Мишу, но в её взгляде читалось не только послушание, но и интерес.

— Пока да, — ответил Миша. — Беги.

Когда девушка ушла, Гена спросил:

— Миха, ты трахаешь своих официанток?

— Этим летом они здесь для того, чтобы работать, а не получать удовольствие, — Миша старался выглядеть рассерженным, но не смог скрыть того, что его позабавил вопрос друга. Для пущей убедительности он наставил на Гену палец. — И ты держись от девчонок подальше, а не то я лично попрошу тебя покинуть заведение.

— Мишаня, да ты что!? — Гена поднял обе руки вверх. — Они слишком маленькие для меня.

— Помни об этом, кобелина, — рассмеялся Миша.

Мужчины помолчали, наслаждаясь пивом. Миша опять загрузился:

— Блин, яхту купить что ли? — сказал он, делая ещё один глоток из бокала.

— Отличная идея! — толкнул его в плечо Гена, не обратив внимания на то, что тот чуть не разлил пиво на свои шорты. — Офигенская идея! Офигитительная, я бы сказал!

На Ларином же лице не дрогнул ни один мускул: