Вадим Астанин – Последний трофей Ганнибала (страница 43)

Римлянам необходимо было соединиться с союзным войском Масиниссы, поэтому Сципион, оставив лагерь, повел войско вглубь карфагенских владений. Идя плодородной долиной Баграда, римляне оставляли за собой выжженную и опустошенную землю.

Узнав о передвижении римлян, Ганнибал двинулся им навстречу. Сципион, достигнув Нараггары, соединил свое войско с поджидавшими его нумидийцами царя Масиниссы и стал ожидать прихода Ганнибала.

Ранним утром Ганнибал вывел армию из укрепленного лагеря и построил ее против римлян. Впереди стояли слоны, за ними линия легковооруженной пехоты, состоящей из лигурийцев, галлов, балеарцев и мавров. Вторую линию составили карфагенские граждане и македоняне. В третьей линии стояли ветераны, вооруженные римским оружием. В основном это были бруттии. Ветераны стояли от второй линии на удалении в 300 шагов. Левый фланг пунийской армии прикрывала карфагенская конница, правый — нумидийцы.

Сципион построил свое войско аналогичным порядком: первую линию составили гастаты и принципы, вторая линия, в которой находились триарии, располагалась на некотором удалении. На флангах стояла конница: слева — италийская, под командованием Лелия, справа — нумидийцы Масиниссы.

Сражение началось с атаки слонов и пунийской легковооруженной пехоты. Гастаты легко отбили нападение. В этот момент, воспользовавшись возникшей неразберихой, на карфагенскую конницу напали всадники Лелия и Масиниссы и обратили ее в бегство. Преследуя врага, римская конница покинула поле боя.

Отступающие легковооруженные обтекли карфагенскую фалангу с флангов и в сражение вступила вторая линия пунийской армии. Натиск карфагенских граждан и македонян был так силен, что гастаты и принципы дрогнули. Наступил решающий момент битвы. Ганнибал, лично командовавший ветеранами, отдал приказ и третья линия, разделившись посередине, двинулась вперед, окружая римскую фалангу. Сципион, заметив перемещение карфагенян, в точности повторил маневр Ганнибала, выдвинув вперед триариев. Таким образом, ветераны встретили удлиненную римскую фалангу и продолжали вести обычный фронтальный бой. Однако, благодаря перевесу в пехоте, пунийцы стали ощутимо теснить римлян. Возможно, они бы одержали победу, но на беду, с тыла на них напала возвратившаяся римская конница. Карфагенская армия обратилась в бегство и была полностью истреблена. Более двадцати тысяч человек были убиты и почти столько же попали в плен. Римлянам достался брошенный лагерь, сто пятьдесят знамен и одиннадцать слонов. Ганнибал, чудом оставшийся в живых, бежал в Гадрумет. Прибыв в Карфаген, он сообщил сенату, что проиграно не только сражение, но и сама война».

…Точка равновесия. Искусный полководец способен безошибочно определить ее. Мгновением раньше, и бой будет проигран, мгновением позже, и победа ускользнет от тебя. Приказ отдан: огибая с двух сторон сражающихся с римлянами бойцов, ветераны устремляются вперед. Уверенные в себе, уверенные в своем вожде, закаленные в многочисленных боях, бившие римлян много раз на их земле, они не сомневаются в своей непобедимости. Сейчас им остается только захлопнуть ловушку и они яростно рвутся в схватку. Тяжелая поступь бегущих воинов, лязг металла, неумолимое движение вытягивающихся смертоносных щупалец. Охватить жертву, сжать, сдавить, уничтожить. Кто остановит их сокрушающую поступь?

Славное апулийское вино, сладкая память Италии. Надеюсь, оно вернулось в прохладу подвала, ожидая прихода страждущего вкусить его терпкую сладость, крепкой руки виночерпия ждет оно, томясь в темных глубинах огромных амфор, втайне надеясь явить свою скрытую сущность.

Последний трофей Ганнибала…

Писцы города Ашшура

Действующие лица:

Нинурта-Тукульти-Ашшур ― ишшиаккум, шангу, укуллу, шарру, царь великий, царь могучий, царь множеств, царь четырёх стран света, царь Ассирии.

Ашшурбалат ― абаракку (царский везир).

Набузереддин, сын Силлая — старший писец царской канцелярии.

Набузерукин, сын Набусабиткати — писец царской канцелярии.

Шумукин, сын Шамашбари — младший писец царской канцелярии.

Просители, гости, беженцы, погорельцы, переселенцы, камнерезы, архитекторы, каменщики, ремесленники, ткачи, горшечники, кожевенники, пекари, оружейники, ювелиры, красильщики, художники, земледельцы, виноделы, хлопкоробы, чиновники, интенданты, воины, слуги, рабы, часовые.

Сцена первая

В тронный зал входит Нинурта-Тукульти-Ашшур, царь Ассирии. Это высокий мрачный чернобородый мужчина в пышных одеждах, на голове у него тиара. Следом за царём появляется Ашшурбалат, царский везир. За везиром гуськом входят писцы царской канцелярии. Писцов трое. Первым, по старшинству, идёт Набузереддин. За Набузереддином идёт Набузерукин. Он несёт коробку с канцелярскими принадлежностями. Замыкает процессию младший писец Шумукин. Он тащит на себе складные стулья, складной столик, торбу с чистыми рулонами египетского папируса, чернильницу и бутыль с невыгорающими на солнечном свету чернилами. Нинурта-Тукульти-Ашшур садится на трон, поправляет тиару, аккуратно укладывает и разглаживает завитую колечками бороду. Ашшурбалат становится по правую руку царя Ассирии. Писцы устраиваются по левую руку царя. Младший писец Шумукин устанавливает столик и стулья, скидывает торбу, разворачивает папирус и режет его на листы. Писец Набузерукин раскладывает отточенные ручки и застывает в готовности писать. Старший писец Набузереддин проверяет остроту ручек и низко кланяется царю, изъявляя готовность внимать и диктовать. Ашшурбалат подаёт знак. Мускулистый раб, негр из Нубийской пустыни, одеяние которого состоит из одной белоснежной набедренной повязки, с натугой поднимает било и со всей силы лупит в большой круглый бронзовый гонг. Низкий вибрирующий гул прокатывается по тронному залу из конца в конец. Нинурта-Тукульти-Ашшур недовольно морщится. Ашшурбалат, сойдя с возвышения, отчитывает нубийца. Раб понимающе кивает, вздымает било и повторно бьёт по диску. Царь вздрагивает и затыкает уши. Ашшурбалат возвращается к трону. Дождавшись, пока утихнет звук гонга, везир торжественно провозглашает начало аудиенции. Часовые распахивают врата. Нубиец застывает, картинно опершись на ручку била. Группа просителей испуганно жмётся у врат, не смея шагнуть в зал.

Ашшурбалат (громко). Подойдите, не стесняйтесь.

1-й проситель. Мы не смеем, о великий!

2-й проситель. Мы боимся, о могучий!

Ашшурбалат (про себя). Экие дурни.

Нинурта-Тукульти-Ашшур (спрашивает, отнимая ладони от ушей). Почему они не подходят?

Ашшурбалат (снисходительно). Деревенщина, ваше царское величество.

Нинурта-Тукульти-Ашшур. Ну, не скажите, везир. Вон тот, крайний справа, очень даже интеллигентно выглядит. Есть в нём какое-то скрытое благородство, эдакая учёная осанка, уверенное осознание себя. Я бы добавил, некоторая толика свободолюбия.

Ашшурбалат (сверяется со списком очерёдности). Какой говорите, крайний справа? Самый крайний, или тот, который ближе к центру?

Нинурта-Тукульти-Ашшур. Крайний?

Ашшурбалат. Крайний. Тот, который рядом с дворцовым гвардейцем.

Нинурта-Тукульти-Ашшур. А, этот. Нет, этот тюфяк тюфяком. Я говорю об этом, за тем, который тюфяк.

Ашшурбалат. Второй от дворцового гвардейца.

Нинурта-Тукульти-Ашшур (радостно). Да, он!

Ашшурбалат (ведя стилом по списку). Ещё бы. Он ― сборщик податей.

Нинурта-Тукульти-Ашшур. Полезная профессия. Достойная звания учёного человека.

Ашшурбалат. Не все так думают, ваше царское величество. Существует определённая прослойка ваших подданных, считающих профессию мытаря недостойной образованного человека.

Нинурта-Тукульти-Ашшур. Кого?

Ашшурбалат (терпеливо повторяет по слогам). Об-ра-зо-ван-ного че-ло-ве-ка.

Нинурта-Тукульти-Ашшур (пренебрежительно). А, эти…

Ашшурбалат (лицемерно вздыхая). Интеллигенция, ваше царское величество. Склочная публика. Вечные сомнения, сплошные метания, поиски предназначения, нравственные ориентиры, моральные категории, этические императивы.

Нинурта-Тукульти-Ашшур. Синонимы.

Ашшурбалат. Что?

Нинурта-Тукульти-Ашшур. Нравственные, моральные, этические. Синонимы.

Ашшурбалат (назидательно). Вот. Зримые плоды народного образования. Торжество политики государственного просвещения. Царь Ассирии, без труда разбирающийся в семантике родного языка. А эти бы сказали ― образованщина. Ничего святого, только отрицание существующего порядка, необоснованное критиканство, бессмысленные рефлексии по поводу и без. Нытики и пораженцы. К тому же, не любят власть.

Нинурта-Тукульти-Ашшур (делает усекающий жест ладонью). Так может…

Ашшурбалат. Хотелось бы, ваше царское величество, ох, как хотелось бы. Прижать бы к ногтю и раздавить без жалости. Но нельзя. Они ведь, мерзавцы такой вой подымут, такую вонь разведут. Ущемление прав, подавление свободы, попрание законов.

Нинурта-Тукульти-Ашшур (важно). Закон ― это я.

Ашшурбалат. Если бы не репутация на международной арене. Издержки слишком велики.

Нинурта-Тукульти-Ашшур. Жаль.

Ашшурбалат. Увы, ваше царское величество.

Нинурта-Тукульти-Ашшур. Мы отвлеклись.

Ашшурбалат. Совсем немного. Чуть-чуть. Дали им время привыкнуть, освоиться, прочувствовать остроту и величие момента. Эй, вы, подойдите!

Просители, кланяясь, приближаются к трону и валятся на колени.

1-й проситель. О, великий!