Вадим Аршинов – В одну реку. Часть 5. Империя (страница 4)

— Гера, давай пока отложим этот вопрос, хотя бы до приезда в Москву, или даже до Питера. Нам пока достаточно того, что у нас уже есть. Потом разберёмся.

Они немного отдохнули у себя в каюте, а затем вышли прогуляться на палубу. Пароход готовился к отплытию, и пассажиры столпились по правому борту, махая платочками провожающим. Серафима с Фёдором на берегу тоже махали платочками. Матросы суетились на нижней палубе, отдавая швартовы. Все были радостно возбуждены и одновременно опечалены. С одной стороны – расставание с родными и близкими, а с другой – начало новой жизни, так непохожей на привычную. Новые места, новые знакомые и новые впечатления. Пусть эта новая жизнь продлится всего два дня (до Ярославля), но впечатления останутся. Сергей много раз плавал на разных судах и по рекам, и по морям-океанам, но это волнение перед отплытием всегда было самым дорогим впечатлением от путешествия! С этим могло сравниться только волнение перед прибытием в новое место. И неважно, куда и на чем ты плывёшь, летишь или едешь: на космолёте к Марсу или Юпитеру, на паруснике к другому континенту, или на таком вот колёсном ретро-чуде в соседний город – впечатление от начала и от окончания пути всегда будут схожи!

Пароход издал длинный гудок и путешествие началось.

Сергей повёл Елену на другой борт и показал ей то место, где он появился в этом мире. Смеясь, он рассказал ей о своих приключениях и о том, как его приютила «Баба Яга».

Герасим за это время наводнил весь пароход от трюма до верхней палубы и рубки мини-дронами в виде мелких мошек, через которых собирал информацию как о самом пароходе, так и об экипаже и пассажирах. За каждым пассажиром следило несколько мошек и это постепенно приносило свои плоды. Например, при встрече с другими пассажирами Герасим беззвучно подсказывал нашим путешественникам, какому месту в табели о рангах соответствует встреченный господин или дама, и как их надлежит приветствовать. Кроме этого, на многих гуляющих пассажиров Герасим мог уже выдать краткую, но ёмкую характеристику, включающую не только фамилию, имя и отчество, но и род занятий, основные черты характера, а также цель поездки и даже материальное положение. Это могло звучать так: «Иван Семёнович Митрофанов, помещик, любитель выпить и сыграть в карты, плывёт с семьёй в Ярославль», или «Пётр Витальевич Семибояров, студент, плывет в Ярославль, затем в Москву. Скромный молодой человек из обеспеченной дворянской семьи».

Они сидели в шезлонгах на корме верхней палубы, смотрели на проплывающие мимо берега и на удаляющийся, уже еле видимый город, и тихо разговаривали под крики чаек и умиротворяющий шум огромных колёс. Сбылась мечта Сергея о том, чтобы прокатиться по реке на таком вот «чуде техники». В этом было что-то от Марка Твена. Вопреки его опасениям, дым из труб совсем не мешал. Он был не черным, а беловатым, или прозрачным, почти невидимым. Черный дым шёл тогда, когда их судно по приказу капитана старалось обогнать какое-то другое плавсредство. Тогда кочегары для повышения давления в котле забрасывали в топку слишком много угля, и он не успевал полностью сгорать, превращаясь в черный дым.

О делах говорить не хотелось, для этого ещё будет время, и они просто смотрели на берега и гуляющих пассажиров. Обезьянка Чита в отсутствие других пассажиров вела себя очень скромно и тихо сидела у Елены на коленях, держа в лапках банан. Когда кто-то проходил мимо, особенно дамы с детьми, то Чита устраивала целые представления. Она подпрыгивала, бегала по поручням, «улыбалась», показывая зубки, или просто чистила свой банан и откусывала от него небольшие кусочки. Всё это очень нравилось детям и их родителям. Иногда Чита протягивала лапки к особенно понравившимся ей детям и просилась «на ручки». Одной девочке она подарила свой неочищенный банан, чем вызвала бурю восторга. Некоторые мамы опасались подпускать своих чад к неизвестному зверьку, но Елена заверяла их, что это абсолютно безопасно. Она знала, что их андроид ребёнка точно не обидит! В результате вокруг наших путешественников собралась толпа галдящих детей и их мам. Отдыха явно не получалось.

Наконец Елена сказала, что обезьянка устала, и слуга Джонни унёс её в каюту. Толпа рассосалась и можно было расслабиться.

Надо сказать, что Волга здесь была гораздо уже, мельче и грязнее, чем её помнил Сергей. Здесь не было гидроэлектростанций и водохранилищ. По реке проплывали какие-то брёвна, видимо оторвавшиеся от плотов, и прямо посреди реки выглядывали низкие песчаные острова. Рулевым приходилось постоянно маневрировать, чтобы не сесть на мель или не столкнуться с другим судном или плавучим бревном. Кстати, на носу корабля и по его бортам постоянно дежурили матросы с баграми, чтобы отталкивать эти брёвна. Самое плохое, что эти брёвна могли повредить гребные колёса, или даже пробить обшивку парохода. Поэтому пассажирские суда не очень-то торопились. Сергей помнил, что путь из Костромы до Ярославля на «Ракете» с подводными крыльями занимал всего два или три часа, здесь же путешествие могло занять два или три дня, а если особо не повезёт, то и неделю. На поезде было бы быстрее. Впрочем, торопиться пока было некуда. После стремительного ритма двадцать первого века, жизнь здесь двигалась очень неторопливо, и Сергей с Еленой чувствовали себя, как мухи, попавшие в мед: хочется что-то делать, куда-то бежать, но не получается. Елена не выдержала первой. Её деятельная натура требовала выхода.

— Ну, что, мы так и будем здесь прохлаждаться? Ты ведь говорил, что у нас грандиозные планы? Что надо делать-то?

— Хорошо, садись и слушай, а то мечешься по каюте, как голодная пантера, вон и зубы опять треугольными стали. Нам нужно доехать до Москвы, приобрести там хороший дом, а может и не один, завести хорошие знакомства с московской элитой, например с губернатором, полицмейстером, ну и с другими влиятельными лицами. Затем мы с тобой едем завоёвывать Питер. Параллельно я хочу запустить строительство подземной вакуумно-магнитной дороги через всю страну на Дальний Восток, примерно такую же, как мы построили в нашем, двадцать первом веке. Это дело долгое, всё-таки почти десять тысяч километров, так что пусть Крабсы и Шмелы строят подземные дороги втихую, по тому же проекту, что в нашем времени, а на поверхности не показываются, нечего им до поры здесь светиться. Мы же должны подготовиться к предотвращению революции и воспрепятствовать гибели Российской Империи. Для этого надо сделать неимоверно много всего, начиная от поддержки имиджа действующего Императора до введения всеобщего среднего образования, резкого улучшения качества жизни всех жителей России от крестьян, рабочих, до дворян и вообще элиты. Россию ждёт резкое развитие науки, технологий, искусства и так далее, до выхода в космос. Всё население страны должно гордиться своей страной и тем, что они её граждане, ну или её подданные! Скажешь, опять Утопия? Может быть и так, но попробовать стоит, тем более что шансы у нас есть!

Это общая программа, а начать надо с нашего внедрения в здешнюю Московскую и Питерскую элиту. Потом будет превращение трагедии на Ходынском поле в триумф Императора, потом победа в Русско-Японской войне, но так, чтобы Япония стала нашим союзником. Затем надо предотвратить вступление России в Первую мировую Войну в союзе с англосаксами против Германии и Турции. Если всё равно не избежать участия России в войне, то лучше выступить против Англии и Америки в союзе с Германией, Турцией и Японией. Там будет ещё очень много проблем, которые придётся решать, но это по ходу дела. А сейчас нам надо познакомиться и подружиться с теми пассажирами, которые имеют связи в Московских или Питерских кругах высшего общества. Короче, познакомься с местными дамами, особенно теми, кто едет в Москву или Питер, а может имеет там родственников в элите. Поговори о здоровье, если надо, помоги в чём-то, не мне тебя учить. Я же займусь развлечением публики и созданием нам имиджа пары богатых и экстравагантных соотечественников, долго живших в Южной Америке, а теперь возвратившихся на Родину. Это должно объяснить некоторые странности нашего поведения и нашего акцента, а также слабого знания местных обычаев. В общем, мы надеемся на помощь наших новых знакомых в нашей адаптации к здешним реалиям. Я думаю, что нам должны помочь, тем более, если это нетрудно. Понятно, что такие богатые люди, как мы, в долгу не останутся!

— Ну, что же, программа ясна. Будем действовать по обстановке!

Обедали все в салоне-ресторане, который по вечерам превращался в светский салон с музыкой, танцами и игрой в покер. Несколько офицеров предложили Сергею сыграть с ними, поскольку у них как раз не хватало одного игрока. Сергей вежливо отказался, но предложил присутствующим показать несколько простых фокусов.

— Уважаемые господа и дамы! Мы с супругой довольно долго жили в Южной Америке в стране под названием Перу. Там мы с ней познакомились и поженились, там я нажил своё состояние. Но это к делу не относится. Я хочу продемонстрировать уважаемой публике несколько простых фокусов, которым научился от местных аборигенов. Чтобы было интереснее, я предлагаю тому, кто догадается, как этот фокус делается, десять рублей. Если не догадается никто, я объясню фокус сам. Вы согласны на такие условия?