Вадим Аршинов – В одну реку. Часть 5. Империя (страница 12)

В данный момент каждая бригада, работая без сна, отдыха и обеда, прокладывала в день примерно 500 метров тройного, полностью оборудованного тоннеля. Соответственно, все бригады продвигались на пять километров в день. То есть, по расчетам Сергея, за год должно быть проложено около 1800 километров основного пути. Значит, за пять лет основная трасса будет создана. Останется проложить ответвления к городам и создать на всем пути вакуум, а также провести полноценные испытания. Конструировать пассажирские и грузовые вагоны, строить вокзалы и так далее и тому подобное можно одновременно с прокладкой подземных путей. Эта работа займёт ещё примерно пять лет. То есть, к 1905 году (или даже раньше) транссибирская скоростная подземная дорога может уже заработать. До этого времени Российская Империя уже давно должна выйти в космос! Российская авиация должна появиться уже в этом, девятнадцатом, веке! А потом ещё должны быть электрификация и индустриализация всей страны, реформы образования, медицины и всего остального. Пусть Америка вместе со всей Европой попробуют тогда нас догнать!

Вы спросите, зачем вообще надо было затевать строительство таких грандиозных объектов в конце девятнадцатого века? Сергей считал, что смысл есть, и очень большой. Но об этом можно поговорить потом. А сейчас, если есть возможность осуществлять бесплатно такие грандиозные проекты, то их обязательно надо воплотить в жизнь! Тем более, что такой проект был уже осуществлён в 21 веке, то есть уже не надо что-то придумывать, есть уже вся электронная документация с привязкой к той же местности, программами для 3D-принтеров и исполнительных механизмов. В конце концов, египтяне тоже строили свои пирамиды именно потому, что могли это себе позволить. Может, это необходимо было для сплочения нации вокруг фараона? Или вокруг жрецов?

Ладно! Если планы, связанные со скоростным транспортом и с космосом ещё можно было осуществлять в скрытном режиме, то всё остальное требовало Высочайшей поддержки. Вначале Сергей думал дождаться коронации Николая II и войти в доверие к последнему русскому царю, превратив кровавую драму Ходынского поля в триумф молодого Императора. У Сергея были довольно подробные планы на этот счет, но всё это должно было случиться только через семь лет.

Чем больше Сергей думал, тем больше склонялся к другому варианту. Дело в том, что в настоящий момент Империей правил Александр III, отец Николая II. В народе его называли Миротворцем, потому что за все годы своего правления он не развязал ни одной войны и государство при нём процветало. Это был настоящий Царь, огромный и здоровый, как медведь. Он практически никогда не болел, а в 1888 году, когда Царский поезд на полном ходу сошёл с рельсов, он один держал провалившуюся крышу вагона, пока всё его семейство выбиралось наружу! Умер он скоропостижно, в 1894 году предыдущей реальности, при довольно странных обстоятельствах, сразу после ратификации договора о сотрудничестве с Великобританией. Эта смерть была выгодна англичанам. Договор сыграл свою негативную роль при вступлении Российской Империи в Первую мировую войну на стороне Англии и Франции. Слишком слабовольный Николай II не смог противоречить англо-французским «союзникам», настаивающим на выполнение Россией «союзнического долга» по уже ратифицированному договору. Вполне вероятно, что под руководством Александра III Россия и не ввязалась бы в эту ненужную ей войну, закончившуюся так плачевно.

По субботам в гостях у Максимовых теперь всегда был Никола Тесла, они много разговаривали, а перед Новым 1890-м годом Сергей отвёз его на родину к его родителям на две недели. Перед расставанием Никола сказал, что у него появились некоторые идеи и он «их думает». Сергей не стал ему мешать и расспрашивать, пусть идеи оформятся, а после возвращения он сам всё расскажет.

В конце 1890-го года первоочередные дела были закончены, грандиоз-ная стройка подземной дороги шла своим ходом, Тесла занимался своими делами, а Московская резиденция «миллионщика» Максимова приобрела законченный вид, так что у супругов Максимовых появилось свободное время. Пора было наносить визиты.

Самый первый визит они нанесли московскому брандмейстеру по приглашению его племянника, Петра Семибоярова., почти сразу после приезда в Москву. Тогда они подарили местной пожарной команде шикарный пожарный автомобиль с раздвижной автоматической лестницей и несколькими мощными пожарными стволами. Естественно, мощный электрический насос сменил привычную ручную помпу. Теперь пожарная команда могла успешно бороться с огнём на самых высоких этажах московских зданий. Очередной андроид Федор должен будет обучить местный персонал управлению этим техническим чудом. Сергей договорился с начальником московской пожарной службы, что ещё до конца наступившего года привезёт в старую столицу вторую такую же машину.

Ближе к концу года чета Максимовых нанесла визиты Московскому генерал-губернатору и обер-полицмейстеру, поздравив тех с Новым, 1890-м годом. Для планов Сергея эти визиты были необязательны, так как наступивший год должен быть предпоследним в их карьерах. Для князя Владимира Андреевича Долгорукова, генерал-адъютанта и генерала от кавалерии, 1891 год будет последним в его жизни, так как после отставки он уедет на лечение в Париж и там через несколько месяцев умрёт. Так что Сергею надо было знакомиться и заручаться поддержкой его преемника, а также заводить знакомство с новым полицмейстером. Однако, в своём времени Сергей читал отзывы современников о князе Долгорукове и большинство из них были хвалебными. С таким человеком в любом случае хотелось познакомиться.

Действительно, Владимир Андреевич оказался милейшим человеком, правда не лишённым некоторой хитрости. С ним можно было поговорить на многие темы, и его очень заинтересовала такая Южноамериканская страна, как Перу. Сергей Петрович с упоением рассказывал об обычаях жителей, климате, о столице Лиме, об удивительном городе Икитосе в центре континента, к которому не вело ни одной сухопутной дороги, а также о буме добычи латекса, на котором сделаны огромные состояния.

Владимир Андреевич, правда, заметил, что у нас в Сибири найдётся немало таких городков, в которые не ведёт ни одной нормальной дороги, попасть туда можно только по реке, в крайнем случае зимой на санях. Сергей на это заметил, что на экваторе зимы вообще не бывает, а прорубать дороги в джунглях никто не хочет.

— Видите, несмотря на такую разницу в климате, у России и Перу есть что-то общее! Это относится не только к отсутствию дорог, но и к огромным природным богатствам.

Они вежливо посмеялись, но в виде доказательства своих слов, Сергей преподнёс князю огромный изумруд величиной с кофейное блюдце, а его внуку – игрушечную пожарную машинку, которая не только сама могла ездить вперёд и назад, поворачивать и светить фарами, но у неё поднималась и раскладывалась пожарная лестница, а также била струйка воды из маленького брандспойта. Всё это великолепие управлялось с небольшого пульта, соединённого с машинкой проводом. Оба подарка были приняты с восторгом, причём присутствующих домочадцев и посетителей игрушка заинтересовала не меньше изумруда!

Уже перед уходом Елена шепнула мужу, что у милейшего Владимира Андреевича рак желудка в последней стадии. Он, также шепотом ответил:

— Я вижу это по цвету лица. Ты можешь что-то для него сделать?

— Там всё не просто, на ходу могу только немного уменьшить опухоль. Лучше всего пропустить его через портал.

Сергей подошёл к хозяину.

— Владимир Андреевич, господа, разрешите откланяться, желаем всем здоровья и счастья, остальное можно купить!

Присутствующие гости вежливо посмеялись над его шуткой.

Елена Владимировна также попрощалась со всеми присутствующими и пригласила князя нанести им с мужем ответный визит как можно скорее. Она сказала, что от неё лично Владимир Андреевич получит ещё один подарок, очень ценный для него лично. Заинтригованный генерал-губернатор удивлённо посмотрел на Сергея Петровича, но тот только улыбнулся в ответ и медленно опустил веки в знак поддержки слов своей супруги.

— Подарок будет совместным.

Сергей понял, что в этом и даже в следующем году князь не умрёт, хотя в отставку всё равно его отправят. А при ответном визите ему можно полностью восстановить здоровье в стационарных условиях.

Затем был визит к обер-полицмейстеру. Его внучке достался плюшевый медвежонок, который повторял все её слова игрушечным голосом и умел ходить, смешно переваливаясь. Его можно было позвать, и он шёл на голос. Здесь никого лечить не пришлось.

Затем был бал у губернатора, на который Максимовы тоже были приглашены и от которого было невозможно отказаться, даже если бы возникло такое желание. К сожалению, Сергей и Елена не умели танцевать ничего, кроме вальса, а танго здесь ещё не знали.

Зато местная молодёжь веселилась вовсю! Петя Семибояров, кстати, показывал себя очень неплохим танцором. Сергей чувствовал поток эмоций, направленных на него сразу от нескольких дам, особенно от одной девушки, скромно стоящей у стенки. Это была настоящая любовь! Елена тоже обратила своё внимание на эту особу, точнее на те взгляды, которые та бросала на Петра! К сожалению, эти взгляды были брошены напрасно. Петя её не замечал от слова «совсем». У неё был тяжеловатый подбородок и удлинённый острый нос. С такой внешностью на балу делать было нечего.