Вадим Аршинов – В одну реку. Часть 4. Война (страница 8)

Очень популярными стали спортивные передачи о соревнованиях по «Спейсболу» в невесомости. Две из десяти новых орбитальных станций были специально построены, как космические стадионы, где трибуны, вмещающие одну тысячу зрителей, располагались вокруг центральной трубы-арены. Хотя все соревнования транслировались на Землю в самом высоком качестве, а билеты на космический стадион продавались по космическим же ценам, свободных мест на цилиндрической трибуне во время спортивных матчей никогда не было.

Необходимо сказать, что существование технологии порталов, а тем более телепортации и дублирования, до сих пор хранилось в строжайшей тайне от широкой публики. Поэтому стоит описать способ транспортировки туристов и зрителей спейсбольных матчей на станцию и обратно.

Питер Домбровски был преуспевающим бизнесменом из Лондона. Он владел двумя заводами по производству сумок, пакетов и контейнеров из биоразлагаемой пластмассы. На фоне общей заинтересованности в технологиях, сохраняющих экологию, его бизнес процветал. Кроме того, он был ярым футбольным болельщиком и старался присутствовать на стадионе, когда играла его любимая команда «Манчестер Юнайтед». В последнее время у Питера появилась новая страсть - спейсбол. К сожалению, в Соединённом Королевстве пока не было своей спейсбольной команды, так что ему пришлось сосредоточить своё внимание на молодой команде «Джей Фан» из Китая. Надо сказать, что пока все спейсбольные команды были молодыми, так же, как и сам вид спорта. «Джей Фан» уступала таким опытным командам, как «ССП-Москва» из России и «Дэли-Спейс» из Индии, однако очень быстро училась и имела хорошие шансы уже в следующем году завоевать титул чемпиона.

Питер смотрел большинство трансляций игр с единственного пока спейсбольного стадиона на орбитальной станции «Арена», и очень хотел увидеть соревнование своими глазами. Поэтому он решил, что миллион евро – не слишком высокая цена за билет на матч между его любимой командой «Джей Фан» и русской «ССП-Москва». Единственная трудность состояла в том, что пришлось ждать почти полгода, так как все билеты на матчи были распроданы заранее. Сказать, что Питер ждал этого матча с нетерпением – это не сказать почти ничего. Последние дни перед поездкой он считал часы и минуты.

Но всё заканчивается, закончилось и его ожидание. На самолёте – в российский город Санкт-Петербург, затем два часа на вакуумном «Соболе» – и он в Иркутске, точнее на станции со странным названием «Подземный космодром». Перед тем, как поезд промчался мимо Иркутска, перед пассажирами зажглось табло: «Выход на станцию «Подземный космодром»» и приятный женский голос предложил на двух языках пассажирам, выходящим на этой станции, перейти в последний вагон и занять там свои места. При этом пошёл обратный отсчёт времени до закрывания переходных люков и до расстыковки. Питер вовсе не собирался проезжать мимо своей станции, поэтому вовремя переместился в последний вагон и пристегнулся в кресле. Расстыковка произошла мягко, пассажиры последнего вагона почувствовали некоторое замедление хода, означающее, что они отстыковались от основного поезда, а затем некоторую потерю веса, когда их вагон нырнул в тоннель, уходящий ещё глубже под землю. На пятисотметровой глубине вагон выровнялся, замедлил ход и выехал на перрон подземного космопорта.

Там, не выходя из-под земли, Питер вместе с другими такими же пассажирами пересел в другой вагон, очень похожий на «Соболь», только более обтекаемый, без серебристой «шкурки» и с присоединённым сзади разгонным блоком. Этот вагон (или космический корабль?), который назывался «Ласка», стоял в таком же магнитном желобе, как и «Соболь», перед открытым отверстием тоннеля. Перед посадкой всех пассажиров попросили сдать все вещи в специальные контейнеры, и выдали лёгкие космические костюмы с прозрачными шлемами, предложив их надеть при посадке. Милые стюардессы объяснили, что эти костюмы должны быть надеты на пассажиров во всё время их пребывания в корабле и на станции. Наконец все пассажиры одели костюмы и заняли свои места в креслах, пристегнули ремни и закрыли шлемы. Стюардессы проверили, чтобы у каждого пассажира на плече горел зелёный светодиод, обозначающий герметичность скафандра. Корабль приподнялся на магнитной подушке и мягко вошёл в туннель. Через овальные иллюминаторы была видна уходящая назад платформа и немногочисленные провожающие. Дверь за кормой корабля закрылась, и пассажиры услышали тихий свист уходящего из туннеля воздуха. Всё это было уже знакомо по «Соболю». Затем иллюминаторы закрылись шторками, и пассажиры почувствовали, как какая-то сила начинает всё сильнее вдавливать их в кресла. На дисплее, вделанном в спинку переднего кресла, Питер видел схему электромагнитного ускорителя, большая часть которого скрывалась под землёй, а над землёй вздымался полукилометровый пилон, устремлённый в небо. Освещение в салоне погасло и стали видны только зелёные огоньки на плечах пассажиров и электронное табло с бешено меняющимися цифрами. На схеме маленькая капсула стремительно передвигалась внутри вакуумной трубы, всё время увеличивая скорость. Видно было, что корабль вылетел из трубы ускорителя, как из пушки, но ускорение не прекратилось, и скорость продолжала расти. Это работал разгонный блок, который должен был вывести маленькую искорку корабля за пределы атмосферы, а затем вернуться обратно. Питер напомнил себе, что только на дисплее корабль выглядел таким маленьким на фоне грандиозной конструкции стартового ускорителя. На самом деле в нём хватало места для 85 пассажиров, не считая членов экипажа. Шторки на иллюминаторах открылись и в них стали видны Солнце, Земля и звёзды. Голос в шлемах произнёс: «Внимание, приближаемся к орбитальной станции «Арена-2»! Просьба оставаться на своих местах, не отстёгивать ремни и не снимать шлемы! Расчётное время прибытия на станцию – десять минут».

В течение десяти минут корабль совершал маневры, сбрасывая скорость, разворачиваясь правым бортом к внешней стороне причальной «таблетки», и наконец пристыковываясь к свободному шлюзу между уже причалившими кораблями. Это было грандиозное и захватывающее зрелище, почти одновременное причаливание двенадцати кораблей. Питер до этого даже не задумывался, сколько должно быть кораблей, чтобы доставить на станцию почти одномоментно тысячу пассажиров. Но график полётов и причаливания напрямую зависел от времени начала матча. Кораблям некогда было совершать длительные маневры, догоняя станцию. Они взлетали с земли с двух ускорителей, как будто пулемётной очередью. Время их старта было чётко согласовано с положением станции на орбите. Если бы какой-то корабль не уложился в график, ему пришлось бы ждать станцию ещё полтора часа, пока она облетит Землю. Питера, правда, удивила скорость доставки, но особенно задумываться над этим ему было некогда. Надо было покидать салон корабля и двигаться в невесомости внутрь станции. До начала матча оставалось всего полчаса.

В зонах невесомости действовали специальные транспортёры, чем-то похожие на земные горнолыжные бугельные подъёмники. Надо было только сесть на диск, держась рукой за штангу «подъёмника». Люди, знакомые с горными лыжами, легко осваивались с этим видом внутреннего транспорта. Остальные посетители станции, особенно впервые здесь появившиеся, могли воспользоваться услугами индивидуальных «гидов», то есть модификаций Коботов, выполненных в виде больших мягких игрушек. Это были, в основном, персонажи российских мультфильмов, которые могли ответить на вопросы на любом языке, провести экскурсии по станции, доставить гостей станции в ресторан или в любую точку станции, включая их места в зрительном зале. У Питера стоимость такого гида входила в стоимость билета, поэтому при выходе из люка «челнока» он кивнул подплывшей к нему небольшой «Черепахе Тортиле» и сказал: «Небольшая экскурсия по станции, затем моё место в зале». «Тортила» поздоровалась с ним «мультяшным голосом», и сказала, что готова показать и рассказать мистеру Домбровски всё, что он захочет увидеть и узнать. После этого Тортила забралась Питеру на спину, ухватилась за него своими лапками, и они лихо понеслись по станции, обгоняя неторопливо двигающихся на «подъёмнике» прибывших гостей. Достигнув центра причального диска, они влетели в центральную шлюзовую камеру, а оттуда попали в саму станцию. По пути Тортила просвещала Питера о том, что в настоящее время на 700-километровой орбите Земли вращаются десять орбитальных станций пяти разных типов. Все станции имеют близкий объём и похожие формы, кроме двух станций типа «Эритро». Питер уже знал всё это из рекламных буклетов, телепередач и интернета. Он знал, что первыми были построены две станции типа «Дыня», затем почти одновременно были сданы в эксплуатацию внешне похожие на яйца Фаберже станции «Аквамир», «Арена» и «Даймонд». Последней разновидностью явилась серия «Эритро». Чуть позже появились «Эритро-2», «Аквамир-2», «Арена-2» и «Даймонд-2». Все станции имели свои особенности. «Аквамир» и «Аквамир-2» славились, например, своими фонтанами, в которых вода падала на противоположную сторону станции, и протекающими в разных направлениях реками. «Арены» были предназначены для тренировок спортсменов и соревнований по спейсболу. «Даймонды» оправдывали своё название внешним видом. Они действительно выглядели, как сверкающие бриллианты на фоне чёрного космоса. Эти станции состояли из сотен прозрачных перегородок, и, в отличие от других типов станций, почти не имели пустой центральной области. Станции же серии «Эритро» напоминали огромные колёса, с внутренней стороны обода которых в четыре этажа размещались жилые и служебные помещения.