В. Соловьев – Теория социальной экономики (страница 9)
Таким образом, к настоящему времени все политические партии мира, независимо от названия, по своей сути, не могут обозначаться как политические, потому что они не представляют именно политическое устройство общества, а точнее, общественный строй, и, соответственно, не стремятся к его установлению, а всего лишь борются за власть, место в органах власти разного уровня («место под солнцем»), чтобы обеспечить себе безбедное существование. Это такие же общественные объединения, как клубы по интересам, болельщиков различных команд, фанатов различных звезд, феминисток, геев и т. п. Не случайно большинство названий партий настолько абсурдно, потому что не имеет смысла («Яблоко», «Единая (?) Россия (?)», «Справедливая (?)_ Россия (?)» (?), «Л (?) Д (?) ПР», «Общероссийский (?) народный (?) фронт (?)», «Союз правых (?) сил (?)», партия лейбористов, консерваторов, социал-демократов и т. д.). Парадокс существования политических партий заключается в том, что все они содержатся за счет бюджетных, т. е. общественных, средств, а все выборные компании проводятся на деньги олигархов и бюджета. Власть содержит, а олигархи поддерживают их фантомными финансовыми средствами
Несколько слов о советской экономике и современной Российской Федерации. В Советском Союзе общественный строй в виде диктатуры пролетариата практически не состоялся, а другого никто теоретически предложить не смог[69], поэтому, чтобы вообще снять проблему с очень сложным общественным устройством, коммунисты придумали такую бессмысленную категорию, обобщающую все слои населения как новую единую общность – «советский народ». Бессмысленность названия подобной категории населения государства объясняется тем, что прилагательное «советский», связано только с властью в форме советов[70], а затем с названием государства – Советский Союз, и никакого отношения к народу в принципе не имеет (кстати, такое же бессмысленное, как и обозначение государства – Советский Союз). Таким образом, в Советском Союзе, как это не парадоксально звучит, институционально установленного общественного устройства, т. е. какой-либо стратификации населения – советского общественного строя, вообще не существовало, а была лишь невнятная неопределенная категория «советский народ» куда без разбора входили все, независимо ни от чего[71]. Хотя реально в практике жизни существовали некоторые привилегированные слои населения в виде партийной и советской (органов власти) номенклатуры по категориям уровня власти, остепененных ученых Российской академии наук, генералитета вооруженных сил. Поэтому, когда Советский Союз был разрушен (в результате такой же авантюры, как и революция), то, по существу, изменилась, прежде всего, конституция и собственность, вместо государственной и колхозно-кооперативной в промышленном и сельскохозяйственном производстве стала частная, и кардинально изменились финансовые потоки в связи с заменой государственной социалистической экономики на свободную рыночную. При этом, естественно, резко сократилось финансирование всех отраслей народного хозяйства и социального назначения, которые финансировались за счет бюджетных средств, хотя формально правительство в форме «советов» осталось прежним, но власть при этом, сохранив наименование, практически существовала только номинально.
В связи с тем, что у современных олигархов РФ опыта
В истории человечества неоднократно делались попытки обосновать общественное устройство государства на основе религиозных вероучений. Однако, даже в средние века, когда жизнь людей строилась, по существу, на религиозной основе, общественное устройство государства оставалось светским. Например, в философии наиболее ярко эта идея представлена в концепции «всеединства» русского философа В. С. Соловьева. Однако идея всеединства посредством единения Бога и человека не может быть реализована в принципе. Однако и в настоящее время делаются попытки построения общественного устройства государства на основе религиозных мировоззрений. В качестве примеров такого переустройства России можно назвать проект «Концепция общественной безопасности» (КОБ), или проект «Мертвая вода», целой группы авторов во главе с генералом К. П. Петровым. Или проект «Россия» (2005 г.), начало которому положил выход многотысячными тиражами анонимных книг под таким же общим названием. Несмотря на достаточно серьезную пропаганду[75] и сравнительную длительность существования этих так называемых «проектов» практических приемлемых результатов, по существу, нет никаких. Одной из причин этого является отсутствие серьезных теоретических проработок, декларативность схематизм представлений и необоснованная ориентация на православную основу организации общества.
Более того, в настоящее время есть реальные примеры построения государственного и общественного устройства на религиозной основе. Так, в конституциях некоторых государств (Ливии, Пакистане, Судане и Йемене) все больше находят отражение нормы ислама. Но в полном объеме теократия утвердилась лишь в Иране и временно – в Афганистане. Есть даже попытка построить единое исламское государство (ИГИЛ – аббревиатура от «Исламское государство Ирака и Леванта»). Однако отсутствие реальных практических успехов в повышении уровня благосостояния народа и возникший фундаментализм признал этажную «правительственную» реисламизацию совершенно неэффективной и потребовал глубоких коренных изменений.
Общественное устройство государства на религиозной основе практически невозможно по целому ряду объективных факторов. Все религии мира, основанные на вере в Бога, Высший разум, представляют объективный мир и общество примитивно и достаточно односторонне на обыденном уровне примитивного