В. Сарафанников – Карт-Офелия (заметки картофелевода-практика). Настольный деревообрабатывающий универсальный станок...("Сделай сам" №1∙2001) (страница 15)
Задолго до принятия православия наши предки-язычники 1 марта с первыми солнечными лучами отмечали приход на Русь нового земледельческого года, славя бога солнца Ярилу. Его символом был блин — такой же круглый и жаркий, как солнце.
С куклой, олицетворяющей весну, ходили наши предки по селению и зазывали тепло особыми песнями, просили о хорошей погоде и богатом урожае.
После принятия христианства Новый год был перенесен на 1 сентября, но еще в XIX веке было принято на Руси 1 марта никакой работы не делать, а в память того, как «вздел Ярило зиму на вилы», по сию пору вздеваем мы на вилку пышные кружевные блинчики. И, к счастью, происходит это почти так же, как и происходило в веке XIX.
писал А.С.Пушкин о гостеприимном доме Лариных, так пусть же и в наших домах живут «привычки милой старины», а отмечая Масленицу, которая теперь приходит к нам не всегда 1 марта, а зависит от других церковных праздников, мы приобщаемся к великой культуре предков, отмечаем Новый год по-русски.
Кстати, Масленица отмечается и за границей России, но размах — увы, не тот. Вместо блинов католики предпочитают пончики, а лютеране — немецкие булочки.
А.П.Чехов в рассказе «Глупый француз» со свойственным ему юмором и остроумием доказал, что истинные ценители блинов живут только в России.
Как-то французский клоун зашел в московский трактир. В ожидании, когда ему подадут консоме, он решил понаблюдать за тем, как едят русские. Его внимание привлек «полный, благообразный господин», который заказал порцию блинов. «Как, однако, много подают в русских ресторанах! — подумал француз, глядя, как сосед поливает свои блины горячим маслом. — Пять блинов! Разве один человек может съесть так много теста?» Но, к его удивлению, господин в пять минут съел все блины и, посетовав на маленькие порции, заказал еще «штук десять или пятнадцать!» Француз решил, что сидящий перед ним человек болен. Когда же любитель блинов, словно голодный, спеша и едва разжевывая, съел их целую гору, закусывая семгой и икрой, а затем заказал А.О. Орловский. Продавец блинов еще порцию блинов, бутылку вина и селянку из осетрины (разновидность супа на крепком бульоне — мясном, рыбном или грибном), клоун решил, что перед ним человек, который хочет умереть.
«Порядки, нечего сказать! — проворчал сосед, обращаясь к французу. — Меня ужасно раздражают эти длинные антракты! От порции до порции изволь ждать полчаса! Этак и аппетит пропадет к черту и опоздаешь… Сейчас три часа, а мне в пять надо быть на юбилейном обеде.
«Pardon, monsieur, — побледнел Пуркуа, — ведь вы уже обедаете!
— Не-ет… Какой же это обед? Это завтрак… блины…»
Тут соседу принесли селянку. Он налил себе полную тарелку.
Француз окончательно уверился, что этот человек решил покончить с собой таким необычным способом. Он подошел к соседу и выразил ему свои опасения. «Я много ем?! — удивился сосед… — Поглядите, ем как все!»
Пуркуа поглядел вокруг себя и ужаснулся. Половые толкались и, налетая друг на друга, носили целые горы блинов… За столами сидели люди и поедали горы блинов, семгу, икру… с таким же аппетитом и бесстрашием, как и благообразный господин.
— О, страна чудес! — думал Пуркуа, выходя из ресторана.
— Не только климат, а даже желудки делают у них чудеса! О, страна, чудная страна!».
Самое интересное, что писатель здесь почти ничего не приукрасил.
Да и сегодня, несмотря ни на какие новомодные диеты, блины в России едят довольно часто и уж, конечно, не по два-три…
А в народе до сих пор сохраняются местные предания о солнце, о блинах, о Масленице и о… русской смекалке.
…Веселый народ — рязанцы. Мало того, что у них «в Рязани пироги с глазами — их едят, а они глядят», так еще местные жители прославились тем, что «мешком солнышко ловили», а «блинами острог конопатили».
Было это, как и все чудные дела, во времена стародавние. Не в ладу жили рязанцы с москвичами. Вот сошлись как-то стенка на стенку, а воевать-то никому не хочется. Хитрые москвичи решили ослепить рязанцев солнышком: «тогда-де и без бою одолеем их». Стали москвичи махать шапками в рязанскую сторону, и ровно в полдень солнце поворотило свой лик на рязанцев.
Рязанцы от такого коварства обомлели, а оправившись — высыпали из мешков толокно, да давай ими солнышко ловить. Поднимут мешки к нему и тотчас завяжут. А солнышко — знай себе светит. Так и пришлось рязанцам мира просить. В другой раз, правда, и рязанцы сплутовали. Прогневался как-то на них воевода и пригрозил большой бедой. Два года месть для непокорных выдумывал и придумал… народу праздник испортить. Случилось это аккурат на Масленицу. Пировали рязанцы, а воевода в набат ударил, всех на базарной площади собрал, да и говорит: «Вы-де и забыли, что острог не замшен. Конопатить скорей». А у народа одно на уме — блины. Вот и придумали: всех блинов не съесть, пост на носу. Законопатимка острог блинами. Скоро справились! Воевода работу принял — везде крепко. Только сказал: «Давно бы так-то слушались меня».
Понедельник (встреча). Итак, Масленица всегда приходит в понедельник, который, как известно, день тяжелый. А кто сказал, что встретить Масленицу — пустяковое дело?
Народ степенный встречал Масленицу в кругу семьи, ближайших родственников. С утра отправлялись молодые невестки к отцу с матерью, а вечером в дом сватов являлись свекор со свекровью. Здесь же, так сказать, семейным советом решалось, как проводить праздничные дни и кого звать в гости.
Малышня гурьбой высыпала на улицу, устраивала снежные горы и скороговоркой произносила приветствие Масленице: «Звал, позывал честной семик широкую Масленицу к себе в гости во двор. Душа ль ты моя, Масленица, перепелочные косточки, бумажное твое тельце, сахарные твои уста, сладкая твоя речь! Приезжай ко мне в гости на широк двор на горах покататься, в блинах поваляться, сердцем потешиться. Уж ты ль, моя Масленица, красная краса, русая коса, тридцати братов сестра, сорока бабушек внучка, трехматерина дочка, неточка-ясочка, ты ж моя перепелочка! Приезжай ко мне в тесовый дом душою потешиться, умом повеселиться, речью насладиться…»
После этого ребятишки сбегали с гор и кричали: «Приехала Масленица! Приехала Масленица!»
А уж если Масленицу изображала кукла, одетая в кафтан и шапку, то везли «красавицу» на санях на гору и продолжали славить ее приход.
В понедельник богатеи уже начинали угощаться блинами, а те, кто победней, могли себе это позволить лишь в четверг-пятницу.
Приготовление блинной опары — дело волшебное. Ее замешивали из снега во дворе собственного дома, когда на небе появлялся месяц. При этом хлопотунья-хозяйка произносила такие слова: «Месяц ты, месяц, золотые твои рожки, выглянь в окошко, подуй на опару». От этого приговора будто бы блины бывают рыхлые и белые. Некоторые женщины готовили опару вечером на реке, озере или у колодца при звездном небе.
Первый блин (неважно, вышел ли он комом или оказался румян и поджарист) отдается нищим на помин душ усопших.
В степной России его клали на слуховое окошко с приговором: «Честные родители наши, вот для вашей душки блинок»…
По-настоящему осознать, что понедельник — день тяжелый, предстояло молодым хозяйкам. Ведь в семьи новоженов наведывались тещи, чтоб поучить дочек блины печь. Но еще в воскресенье зять должен был пригласить тещу, а та должна была с вечера прислать дочке все необходимое для печения блинов: таган, сковороды, половник, кадушку для опары. От тестя требовался мешок муки и масло.
Неуважение зятя к этому обычаю считалось бесчестием. Обида могла затаиться надолго и стать предвестницей вечной вражды между зятем и тещей. Может быть, из-за несоблюдения этой традиции так много у нас сегодня зятьев и тещ, на дух друг друга не переносящих?
…Итак, отметившись в кругу родных, можно было продолжать гулянье на улице. Петербуржцы считали, что Масленица приезжает сначала на Охту, потом в Ямскую, а уж потом наведывается в город. Исследователи объясняют это тем, что на Охте в старину устраивались ледяные горы и тот, кто не катался с них, считался отъявленным врагом Масленицы. Коренные охтенки всегда были знатными молочницами. О них даже упомянул А.С.Пушкин в «Евгении Онегине», помните: «С кувшином охтенка бежит»… А где молоко, там и масло — первейшая необходимость блинов! В веселых стихах «охтенку» изображали «первоначальницей» Масленицы, и была она нагружена блинами, оладьями и пирогами.
Говорят, в прежние годы нигде столько не пекли и не ели блинов, как на Охте, ведь «блин не клин, живота не расколет»… А «масленичный восторг» после сытной трапезы продолжался в пении, пляске, играх. Ведь веками упорно держался в русском сознании старинный взгляд, что не потешаться в широкую Масленицу — значит «жить в горькой беде и жизнь худо кончить».
Вторник (заигрыши). С раннего утра устраивали братцы среди двора горы для своих сестриц, а мать отсылала позываток звать по родным и знакомым «дочек и сынов» с наказом: «У нас-де горы готовы и блины испечены — просим жаловать».
Позываток встречали с почестями, угощали блинами и вином. Приглашение благосклонно принимали или отказывались, ссылаясь на то, что «у нас-де состроены свои горы, у самих прощены гости». И это могло быть первейшим признаком того, что здесь дочку прочат за другого, ведь под прикрытием веселых гуляний «братцы» могли высмотреть себе невест, а «сестрицы» — суженых, чтобы после Великого поста на Красной горке «честным пирком, да за свадебку».