В. Руденко – Ночная встреча (страница 29)

Сахаракайя взглянула на татуировку, и рефлекторно потянулась к груди.

— Значит, не ошибся? Это рисунок, что на твоём медальоне?

— Да. Это он. Но откуда… Нет! Вы… Вы же не хотите сказать что она…

— Нет. Не хочу. Я думаю тебе самой надо всё узнать.

— Самой? Да, я понимаю. Спасибо… Господин.

Сахаракайя поклонилась, затем выхватила саблю, разрубила верёвку, что держала Элиракайю привязанной к стулу, и, схватив за ворот рывком подняла.

— Давай просыпайся!

Сахаракайя тряхнула молодую эльфу, потом залепила ей пощёчину, потом вторую, уже обратной стороной кисти.

Глаза воровки отрылись, она пару раз моргнула, и взгляд наполнился сознанием. Быстро оглядевшись, она извернулась, и уперевшись в Сахаракайю ногами, вырвалась из захвата, после чего опять прыгнула развоплотившись, и оставив на полу только отрез ткани и верёвки.

Это было ожидаемо. Именно по причине воровских навыков Элиракайю держали не в тёмной тюремной камере, где она могла спрятаться в тенях, а в достаточно освещённом пустующем складе. Небольшие окна под крышей были забраны решёткой в два слоя, изнутри и снаружи. Также, как и световые проёмы в скатах самой крыши.

Но вот что было неожиданно, так это то, что Сахаракайя прыгнет следом. Быстро озираясь Михаил пару раз успел заметить тени, что метались из одного угла в другой. А потом Сахаракайя рухнула откуда-то из района крыши на стол. Левой рукой она держала Элиракайю сзади за шею, правой выворачивала правую руку воровки за спину.

— Говори! Откуда ты взяла рисунок для своей татуировки?!

Воровка попыталась вывернутся, но ей это не удалось. Попыталась лягнуть Сахаракайю, но промахнулась. После этого командующая флотом упёрла колено в крестец воровки и рванула её руку на себя.

— Так. Подожди. — Остановил её Михаил.

Он поднял с пола верёвку, схватил и вывернул левую руку Элиракайи, и связал ей руки между собой так, что кисти были в районе шеи, а локти — в районе поясницы.

— Причина, по которой ты до сих пор жива — твоя татуировка. Продолжишь молчать, и я прямо так подвешу тебя за руки на вон том крюке, будет мало, привяжу груз к ногам. Ну, говорить будешь?

— Какое вам дело до моей татуировки? — Наконец заговорила Элиракайя.

Михаил вздохнул.

— Саха, покажи ей.

Та удивлённо посмотрела на человека, потом вздохнула, расстегнула ворот рубахи и достала цепочку с медальоном.

— Откуда!!! — Элиракайя попыталась вырваться, но Михаил крепко держал её, помня, что в случае прыжка они переместятся вместе.

— Вот и я хочу узнать «откуда»? — Согласилась с ней Сахаракайя.

Воровка ещё несколько раз дёрнулась, но, наконец сдалась.

— Мамин. Этот медальон принадлежал маме.

— Вот. Совсем не страшно и не больно. — Подбодрил её Михаил. — А откуда он у неё?

— От бабушки… Можно сесть?

Михаил поднял всё ещё лежащую на столе Элиракайю и посадил на стул, встав сзади, и крепко держа двумя руками за плечи.

— А бабушка? — Поторопила её Сахаракайя.

Михаил почувствовал, как воровка отчётливо вздрогнула, похоже воспоминания были тяжёлыми.

— Дедушкин подарок. Бабушка, он была моряком, и… Они с капитаном полюбили друг-друга. В знак обещания взять её в жены, он и подарил её этот медальон. Но, корабль погиб в шторм с экипажем. Бабушку единственную выбросило на берег острова, через пару дней её спасли, когда другой потрёпанный этим штормом корабль пристал для ремонта.

Позднее, она поняла, что беременна. Мы жили в небольшом портовом городке, бабушка так и не рассталась с морем, но ходила теперь только на каботажных кораблях. Потом, с одним из кораблей, в город занесли эпидемию. Бабушка была среди тех, кого она унесла.

Мама, работала разносчицей в портовой таверне. В ней же, в крыле для работников мы и жили. Отца я не знала. Он тоже был моряком, и… корабль пропал в море.

Владелец таверны отправил меня к лавочникам, я должна была передать им заказ на припасы для кухни. Когда я вернулась… таверна полыхала. Говорили, началась драка, на пол уронили целый бочонок крепкого алкоголя, а потом в лужу упал сбитый с держателя светильник.

— Так она тоже погибла? — Чуть дрогнувшим голосом спросила Сахаракайя.

Воровка кивнула.

— Да. Медальон погиб вместе с ней, и всё остальное наше имущество тоже сгорело. Друзья, сумели наскрести немного монет, ещё немного добавили друзья отца, те, кто соглашались с тем, что он мой отец.

У меня не осталось ничего, кроме той одежды и обуви, что была на мне. Горстка монет и всё. Таверна полностью сгорела. Больше работы никакой не было. Я имею в виду честной работы. Торговля своим телом была для меня неприемлема, да и возраст слишком мал, на меня посмотрели-бы только извращенцы. С врождёнными способностями к магии, я выбрала воровство. Я хотела… Пусть я не знала отца, но слышала из какого он города. Думала, накоплю денег, смогу оплатить поездку на корабле, а там… вдруг он жив, но стал инвалидом и потому не смог вернуться или… может хоть там найду достойную работу. Но… шло время, денег у меня уже хватало для поездки, но, вместе с тем, я поняла, что мой план — детская глупость.

Элиракайя замолчала, потом посмотрела на Сахаракайю.

— А откуда этот медальон у тебя?

Однако, ответил ей Михаил.

— Адмирал этого не помнит. Однако, их было всего два. Один у неё, другой и её сына.

— Сына? — Элиракайя рассмеялась. — Точно нет. Если-бы вы видели мою маму, подобная мысль никогда не пришла-бы вам в голову.

— А что с ней такого? — Уточнил Михаил.

— Глаза. Бабушка говорила, что такие глаза были у дедушкиной мамы. Подобные я видела только один раз, у снежного эльфа, что возглавляет одно из отделений торгового дома «Рендаль».

— Как!? Рендаль! — Сахаракайя пошатнулась, и рухнула на стул, опустив лицо, и уперевшись ладонями в колени. — Ты встречалась со снежным эльфом, что возглавляет отделение торгового дома «Рендаль»?

— Да. А что тебя удивляет?

Сахаракайя сняла повязку, откинула волосы, и подняла лицо.

— Так значит оба глаза твоей матери были такими?

— Что!?! Откуда? Как! — Вскрикнула Элиракайя.

— Больше, много больше века прошло с того момента, когда я последний раз слышала фамилию Рендаль. — Сахаракайя грустно улыбнулась. — От рождения я Сахаракайя Рендаль, и тот снежный эльф — мой дед.

Пока Элиракайя пребывала в шоковом состоянии, Михаил начал развязывать ей руки, одновременно рассуждая.

— У дочери тёмные глаза. У внучки один светлый. У сына были тёмные, а у внучки оба светлые. Передача через поколение. Понимаешь о чём я говорю? — Спросил он, потрепав Элиракайю по плечу.

— Нет. Я тебя не понимаю.

— Ох. Сахаракайя — твоя прабабушка. И светлые глаза наследуются в вашем роду через поколение, раз у прабабушки и мамы светлые, то и у твоих детей они тоже будут светлыми.

— Пойдём. — Произнёс он, повернувшись к Сахаракайе.

— Что? А она?

— Она уже никуда не денется. Пока ей надо осознать. И, что-то мне подсказывает что нам она больше не опасна.

Уединившись в комнате, Михаил подошел к зеркалу и внимательно рассмотрел своё отражение, оттянул веки и рассмотрел глаза.

«Вроде не красные, давления нет. И откуда тогда этот шёпот? Надеюсь я не схожу с ума? Хотя, насчёт Сахаракайи подсказка оказалась правдивой, она владеет магией перемещения в пространстве. Но, почему Элиракайя более не опасна? Развязать её ещё ладно, бежать трудно, но зачем отпускать? Хотя, ладно, отпущу. Даже если она подтвердит существование кораблей, Анингрея начнёт вкладываться во флот и береговые крепости, а растрата ими бюджета нам выгодна».

Договорившись с везущим свою продукцию крестьянином, Элиракайя лежала в повозке и думала.

Давным-давно, с момента гибели матери, её мечтой была семья. Она действительно хотела найти свою родню. Но… Бабушка сбежала из дома. Кажется, она была дворянкой, и сбежала от брака, что был ей навязан. Даже если-бы она знала, к какой семье принадлежит бабушка, её не приняли-бы. Дед. О его семье ничего не знали. Так что со стороны мамы, родных у молодой эльфы не имелось. Со стороны отца информации было больше. Морская перевозка грузов уже давно была их семейным делом. Вот только происходили они с одного из центральных континентов. А значит, прежде чем встретится, до них надо было ещё добраться. А на это нужны деньги. И большие. Найти корабль, что идёт в нужный порт — настоящее чудо. Корабль идущий на нужный континент — большая удача, и этот вариант был реалистичным. Доплыть до материка, а дальше добираться на перекладных.

Так что более реальным был вариант путешествия между континентами, из одного порта в другой. Вариант более длительный, и затратный.

Элиракайя покинула родной город, как оказалось — навсегда, и начала воровать. С её врождёнными талантами к магии это оказалось не сложно. А потом… Незаметно и неожиданно для себя она заработала репутацию в воровской среде, и… получила свой первый заказ.

Это стало поворотным моментом. Отказавшись от простого воровства, она полностью перешла на заказное. Но, даже в такой работе, она соблюдала несколько принципов: «Только воровство, никаких подкидываний. Предметы, никаких похищений. С документами не работаю. Я сама выбираю с кем работать. У бедных не краду».

Таковы были её принципы. Но, даже их она нарушала. Крала донесения и карты для Героя. И пару раз крала у бедных, хотя, вернее было определить их как принудительный выкуп, ведь за место похищенного она оставляла деньги.