Уолтер Айзексон – Илон Маск (страница 21)

Сначала он покупал по почте наборы для создания ракет, но затем начал делать свои собственные с нуля. В четырнадцать лет он переделал отцовскую сварочную горелку в двигатель. "Я закачал в нее воду, чтобы посмотреть, как это повлияет на ее работу", - говорит он. "Это просто безумие - добавление воды дает большую тягу".

Проект занял второе место на региональной научной ярмарке, что позволило ему поехать на международный финал в Лос-Анджелес. Это был первый раз, когда он летел на самолете. "Я и близко не подошел к победе", - говорит он. "Там были роботы и прочее, что построили отцы других детей. По крайней мере, я сделал свой проект сам".

В университете штата Айдахо он работал летом и по выходным на лесоповале. После окончания университета он переехал в Лос-Анджелес, чтобы найти работу в аэрокосмической отрасли. Его успеваемость была не очень высокой, но энтузиазм заражал, и это помогло ему получить работу в компании TRW, которая создала ракетный двигатель, доставивший Нила Армстронга и Базза Олдрина на Луну. По выходным он отправлялся в пустыню Мохаве, чтобы испытать большие самодельные ракеты вместе с членами клуба the Reaction Research Society, основанного в 1943 г. и объединяющего энтузиастов ракетной техники. Там он в сотрудничестве с одним из членов клуба, Джоном Гарви, создал самый мощный в мире любительский ракетный двигатель массой восемьдесят килограммов.

Однажды в воскресенье в январе 2002 г., когда они работали на арендованном складе над своим любительским двигателем, Гарви сказал Мюллеру, что с ним хочет встретиться интернет-миллионер Илон Маск. Когда Маск приехал в сопровождении Жюстин, Мюллер, пытаясь прикрутить двигатель к раме, взваливал на плечи подвешенный восьмидесятикилограммовый двигатель. Маск начал засыпать его вопросами. Какая у него тяга? Тринадцать тысяч фунтов, - ответил Мюллер. Вы когда-нибудь делали что-нибудь большее? Мюллер рассказал, что в компании TRW он работал над проектом TR-106, который имел тягу 650 тыс. фунтов. Каким было топливо для ракеты? спросил Маск. Мюллер, наконец, перестал прикручивать двигатель, чтобы сосредоточиться на быстрых вопросах Маска.

Маск спросил Мюллера, сможет ли он самостоятельно создать такой же большой двигатель, как TR-106 компании TRW. Мюллер ответил, что он сам разработал инжектор и воспламенитель, хорошо знает насосную систему, а с командой сможет разобраться с остальным. Сколько, спросил Маск, это будет стоить? Мюллер ответил, что TRW сделает это за 12 млн. долл. Маск повторил свой вопрос. Сколько это будет стоить? "О, Господи, это сложно", - ответил Мюллер, удивленный тем, как быстро разговор перешел на конкретику.

В этот момент Жюстин, одетый в кожаное пальто во всю длину, подтолкнул Маска и сказал, что пора уходить. Он спросил Мюллера, могут ли они встретиться в следующее воскресенье. Мюллер отказался. "Это было воскресенье Суперкубка, а я только что приобрел широкоэкранный телевизор и хотел посмотреть игру с друзьями". Но он почувствовал, что сопротивляться бесполезно, и согласился пригласить Маска к себе.

"Мы посмотрели, наверное, только одну пьесу, потому что были так увлечены разговором о создании ракеты-носителя", - говорит Мюллер. Вместе с несколькими другими инженерами они набросали план создания первой ракеты SpaceX. Первая ступень, как они решили, будет приводиться в движение двигателями, работающими на жидком кислороде и керосине. "Я знаю, как сделать так, чтобы это работало легко", - сказал Мюллер. Маск предложил для верхней ступени перекись водорода, с которой, по мнению Мюллера, будет сложно работать. В ответ он предложил тетроксид азота, который Маск посчитал слишком дорогим. В итоге они договорились сделать на второй ступени также жидкий кислород и керосин. Футбольный матч был забыт. Ракета была интереснее.

Маск предложил Мюллеру должность руководителя отдела двигательной установки, отвечающего за разработку двигателей ракеты. Мюллер, жаловавшийся на то, что в компании TRW царит атмосфера, не способствующая риску, посоветовался со своей женой. Она сказала ему: "Ты пожалеешь, если не сделаешь этого". Так Мюллер стал первым сотрудником компании SpaceX.

Мюллер настоял на том, чтобы Маск положил на депозит вознаграждение за два года. Он не был интернет-миллионером и не хотел рисковать остаться без зарплаты в случае провала предприятия. Маск согласился. Однако это заставило его рассматривать Мюллера как сотрудника, а не как соучредителя SpaceX. Это была борьба, которую он вел в отношении PayPal и будет вести снова в отношении Tesla. По его мнению, если вы не желаете инвестировать в компанию, вы не должны претендовать на роль основателя. "Нельзя требовать двухлетнюю зарплату и считать себя соучредителем", - говорит он. "Для того чтобы стать соучредителем, необходимо сочетание вдохновения, пота и риска".

Зажигание

После того как Маску удалось привлечь Мюллера и еще нескольких инженеров, ему понадобились штаб-квартира и завод. "Мы проводили встречи в конференц-залах отелей, - рассказывает Маск, - поэтому я начал ездить по районам, где расположено большинство аэрокосмических компаний, и нашел старый склад недалеко от аэропорта Лос-Анджелеса". (Штаб-квартира SpaceX и примыкающая к ней дизайн-студия Tesla технически находятся в Хоторне, городе в округе Лос-Анджелес, рядом с аэропортом, но я буду называть это место Лос-Анджелесом).

При планировании завода Маск придерживался своей философии, согласно которой команды дизайнеров, конструкторов и производственников должны быть сгруппированы вместе. Люди, работающие на конвейере, должны иметь возможность сразу же обратиться к дизайнеру или инженеру и сказать: "Какого хрена вы сделали это именно так? ", - пояснил он Мюллеру. "Если ваша рука лежит на плите и становится горячей, вы сразу же отдергиваете ее, но если на плите лежит чужая рука, то вам потребуется больше времени, чтобы что-то сделать".

По мере роста команды Маск прививал ей свою терпимость к риску и волю к реальности. "Если вы были настроены негативно или считали, что что-то не может быть сделано, вас не приглашали на следующее совещание", - вспоминает Мюллер. "Ему просто нужны были люди, способные воплотить задуманное в жизнь". Это был хороший способ побудить людей делать то, что они считали невозможным. Но это был и хороший способ оказаться в окружении людей, боящихся сообщить вам плохие новости или поставить под сомнение принятое решение.

Маск и другие молодые инженеры работали до поздней ночи, а затем запускали на своих стационарных компьютерах многопользовательскую игру-шутер, например Quake III Arena, объединяли мобильные телефоны и вступали в смертельные поединки, которые могли продолжаться до трех часов ночи. Маска звали Random9, и он был (разумеется) самым агрессивным. "Мы кричали и орали друг на друга, как кучка сумасшедших", - рассказывает один из сотрудников. "И Илон был в гуще событий вместе с нами". Обычно он был триумфатором. "Он удивительно хорош в этих играх", - говорит другой сотрудник. "У него безумно быстрая реакция, он знал все трюки и знал, как подкрасться к людям".

Маск назвал создаваемую им ракету Falcon 1 в честь космического корабля из "Звездных войн". Название двигателей он оставил на усмотрение Мюллера. Ему нужны были крутые имена, а не просто буквы и цифры. Сотрудница одного из подрядчиков была сокольничим, и она перечислила различные виды этой птицы. Мюллер выбрал "Merlin" для двигателей первой ступени и "Kestrel" для двигателей второй ступени.

18. Правила Маска в ракетостроении

SpaceX, 2002-2003 гг.

 

Подвергать сомнению все расходы

Маск был нацелен на снижение затрат. Это было связано не только с тем, что на кону стояли его собственные деньги, хотя и это было немаловажным фактором. Дело было еще и в том, что экономическая эффективность имела решающее значение для достижения его конечной цели - колонизации Марса. Он оспаривал цены, которые устанавливали поставщики аэрокосмических компонентов, обычно в десять раз превышающие цены на аналогичные детали в автомобильной промышленности.

Ориентация на стоимость, а также природный инстинкт контроля привели его к желанию производить как можно больше компонентов собственными силами, а не покупать их у поставщиков, что в то время было обычной практикой в ракетной и автомобильной промышленности. Однажды, вспоминает Мюллер, компании SpaceX понадобился клапан, и поставщик сказал, что его стоимость составит 250 000 долл. Маск назвал это безумием и сказал Мюллеру, что они должны сделать его сами. Они смогли сделать его за несколько месяцев по меньшей цене. Другой поставщик назвал цену в 120 000 долл. за привод, который будет поворачивать сопло двигателей верхней ступени. Маск заявил, что это не сложнее, чем устройство для открывания гаражных дверей, и велел одному из своих инженеров сделать его за 5 тыс. долл. Джереми Холлман, один из молодых инженеров, работавших на Мюллера, обнаружил, что клапан, который использовался для смешивания жидкостей в системе мойки автомобилей, можно модифицировать для работы с ракетным топливом.

После того как поставщик поставил несколько алюминиевых куполов, которые устанавливаются на топливные баки, он поднял цену на следующую партию. "Это было похоже на маляра, который за одну цену красит половину дома, а за остальную часть требует в три раза больше", - говорит Марк Джункоса, ставший ближайшим коллегой Маска в SpaceX. "Это не вызвало у Илона особого энтузиазма". Маск назвал это "переходом на русский язык", как это сделали московские ракетные барыги. "Давайте сделаем это сами", - сказал он Джункозе. Так появилась новая часть сборочного цеха для строительства куполов. Через несколько лет компания SpaceX производила своими силами 70% компонентов своих ракет.