Ульяна Соболева – Подарок для Морока, или кто здесь невеста дракона?! (страница 18)
И вдруг тело вспоминает.
Вспоминает те моменты, когда я в темноте квартиры, босая, включала музыку и танцевала просто для себя, просто чтобы почувствовать движение, чтобы слиться с ритмом, не думая, как это выглядит со стороны. Вспоминает, как я любила танцевать не на каблуках, а на носочках, как кружилась, падала на колени, выгибалась, позволяя музыке вести меня.
Я делаю оборот, и на этот раз он получается идеально.
Волосы развеваются за мной, лёгкая ткань платья следует за движением, словно тоже стала частью танца. Я больше не думаю, что меня смотрят, я просто двигаюсь. Ещё один шаг, изгиб корпуса, поворот, руки мягко очерчивают воздух, будто рисуют узоры. Теперь моё дыхание синхронизируется с движениями, сердце бьётся ровно, и я уже не цепляюсь за баланс, а уверенно скольжу вперёд.
Я кружусь, опускаясь вниз, и тут же перехожу в плавный наклон назад, выгибаясь, позволяя рукам очертить дугу в воздухе. Танец льётся, естественный, живой. В этот момент я действительно чувствую себя частью этого мира, как будто он принял меня, позволил мне быть здесь не чужачкой, а чем-то родным.
А потом я падаю.
Не грубо, не комично, а красиво – на колени, руки разводя в стороны, как будто это было частью замысла. Но тут же слышу звук, от которого стынет кровь в жилах.
Треск.
Лёд подо мной трещит, словно затаившийся зверь, который наконец решил напомнить о себе. Звук распространяется по замёрзшей глади, звонкий, пробирающий до костей. Я замираю, но слишком поздно – ещё одна паутинка трещин ползёт дальше, разрывая идеальную поверхность, и вдруг земля – а точнее, лёд – уходит из-под ног. Вода подо мной кажется бездонной, темнотой, готовой поглотить, и в тот момент, когда моё тело начинает падать, холод пронзает не только воздух, но и меня саму. Лёгкие сжимаются в предвкушении ледяного удара, и всё, что успеваю подумать, это:
Но вместо того чтобы оказаться в смертельно холодной воде, я чувствую, как меня резко дёргают вверх. Сильная рука сжимает моё запястье, и в следующий миг я уже не падаю, а, наоборот, поднимаюсь. Меня вытягивают на твёрдую поверхность легко, словно я невесомая. Дыхание перехватывает не от холода, а от осознания того, кто держит меня.
Морок.
Он стоит надо мной, высокий, как сама ночь, с глазами, сверкающими, как расплавленный янтарь. Его пальцы железным кольцом сжимают моё запястье, горячие, почти обжигающие по контрасту с холодом льда. Сердце колотится так, что кажется, его слышно по всему озеру.
Я ловлю его взгляд и чувствую, как внутри всё сжимается. Да, в его глазах раздражение, холодное, недовольное, словно я – самая большая проблема, свалившаяся ему на голову. Но где-то там, глубже, я замечаю что-то ещё. Что-то, что заставляет мой разум запутаться, а дыхание сбиться.
Тепло.
Тёплое, едва заметное, как проблеск солнечного света сквозь зимние тучи. Оно исчезает почти мгновенно, но мне хватает одной секунды, чтобы понять: я не ошиблась. Оно там было.
А потом он разжимает пальцы, и я понимаю, что всё ещё держусь за его руку, слишком крепко, слишком долго. Чёрт.
За спиной тут же раздаётся ядовитый шёпот, полный насмешек, и мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто именно решил высказаться. Конечно, эти красавицы с магическими способностями, грацией богинь и уверенностью, способной снести стены, не упустят шанс напомнить мне о моём месте.
– Человечка просто упала, а её уже спасают? Какое благородство, – протягивает одна из них с той ленивой надменностью, которая присуща только тем, кто привык чувствовать себя лучше других.
Я судорожно пытаюсь придумать достойный ответ, потому что, во-первых, я не просто упала, а едва не утонула в ледяной бездне, во-вторых, какая им вообще разница, а в-третьих… да пошли они! Но едва я открываю рот, чтобы что-то отчеканить, как Морок поворачивается к девушкам, и в этот момент даже воздух в озере кажется замерзающим.
– Она прошла испытание честно.
Его голос звучит ровно, без лишних эмоций, но в нём есть такая твёрдость, что даже самый смелый дракон предпочёл бы не спорить. Тишина накрывает ледяное озеро мгновенно, как будто его слова – это магия куда более мощная, чем всё, что творили претендентки. Я стою, ощущая, как в груди что-то странно сжимается, и медленно поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.
Морок спокоен. Не оправдывает меня, не защищает – просто ставит точку в этом разговоре. Для него мои провалы, мои успехи, моё спасение – это просто факты. Я прошла испытание, и этого достаточно.
И почему-то именно это – не сочувствие, не насмешка, а спокойное, твёрдое признание – заставляет тепло разлиться где-то под рёбрами.
И тут, пока я всё ещё стою, пытаясь осознать, что только что произошло, раздаётся едва слышное "мяу", и из тени появляется не кто иной, как мой пушистый кошачий предатель. Мрак.
Но не просто так, а с какой-то тяжёлой тёмной тканью в зубах.
Он деловито шагает по льду, с важным видом волоча за собой накидку – явно чью-то, явно не мою. Нет, ну это просто цирк. Кот, который презирает любое проявление заботы, вдруг решил поиграть в собачку? Я таращусь на него, как на видение, а он подходит вплотную, бросает ткань мне под ноги, затем величественно запрыгивает ко мне на руки, всем своим пушистым телом вжимаясь в мою замёрзшую грудь.
– Я испугался за тебя, кожаная, – бурчит он, сворачиваясь клубком, но хвост при этом дёргается, выдавая его волнение.
Я моргаю. Раз, другой. Это вообще мой кот? Он что, только что
– Ты… ты принёс мне накидку? – я осторожно тяну руки к ткани, которая оказывается мягкой, тёплой и, судя по всему, совсем не дешёвой.
– Не преувеличивай, – фыркает он, вжимаясь в меня сильнее. – Просто ты слишком глупа, чтобы позаботиться о себе.
Мои пальцы сжимают накидку, и я вдруг осознаю, что это не просто тёплая тряпка. Это плащ. Тёмный, с золотыми узорами по краю. Тяжёлый, добротный, дорогой.
И, кажется, я только что поняла, кому он принадлежал.
Я медленно поднимаю взгляд и сталкиваюсь с огненно-жёлтыми глазами Морока. Он смотрит на меня, молча, ровно, спокойно, но я чувствую, как в воздухе что-то меняется.
Мрак довольно урчит у меня на руках, а я стою, окутанная накидкой, пахнущей чистым холодом, ветром и магией.
Кот позаботился обо мне. Морок позаботился обо мне.
А я… я теперь не знаю, что с этим делать.
Я не двигаюсь. Не знаю, потому что если двинусь, то, возможно, эта странная, почти нереальная сцена рассыплется, как утренний туман. Морок всё так же смотрит на меня – слишком спокойно, слишком проницательно, будто пытается разгадать что-то, что даже я сама о себе не знаю. Мрак мурлычет, уютно устроившись у меня на руках, и его пушистый хвост медленно двигается из стороны в сторону, словно он абсолютно доволен происходящим.
Я осторожно кутаюсь в накидку, чувствуя, как тепло окутывает моё замёрзшее тело, и пытаюсь справиться с безумной смесью эмоций. Эта ткань – больше, чем просто кусок одежды. Это защита. Это жест. Это… внимание? От Морока?
Ну уж нет, такого быть не может.
Я с трудом сглатываю и осторожно смотрю на него снова.
– Это твоя? – мой голос звучит тише, чем хотелось бы.
– Ты можешь оставить её, – отвечает он, словно это что-то незначительное.
Как будто драконы раздают свои вещи направо и налево. Как будто этот плащ не принадлежит самому Лорду Драконов, чью магию я буквально ощущаю в этой ткани.
– Почему? – спрашиваю я прежде, чем успеваю прикусить язык.
Морок на секунду задерживает на мне взгляд, и мне кажется, что в его глазах снова мелькает то самое тёплое, почти неуловимое выражение, которое я заметила, когда он вытащил меня из-подо льда. Или я схожу с ума.
– Ты дрожишь, – наконец говорит он, отворачиваясь, как будто это не имеет значения.
И, разумеется, ровно в этот момент моё тело решает, что ему мало драматизма, и выдаёт особенно заметную волну дрожи.
Боже. Земля, откройся.
Мрак довольно мурлычет и с силой трётся лбом о мой подбородок.
– Он прав, кожаная, – млея от своей собственной важности, тянет кот. – Ты бы ещё без одежды по замку гуляла, раз уж ты так отчаянно не хочешь принимать заботу.
– Я вообще-то не собиралась падать в ледяную прорубь! – огрызаюсь я, вжимаюсь в накидку сильнее и, кажется, краснею ещё больше.
Морок молчит, но в уголке его губ едва-едва дрожит намёк на усмешку. Не злую, не саркастичную – просто лёгкий проблеск чего-то, чего я не могу разгадать.
Он чуть кивает стражникам, и мне вдруг становится ясно, что испытание окончено.
А я стою на этом проклятом льду, завернувшись в накидку Лорда Драконов, с мурчащим котом на руках и непониманием в голове.
Что только что произошло? И почему… почему мне хочется сохранить это ощущение как можно дольше?
Глава 12
Если мне ещё раз предложат ледяное озеро, магический лабиринт, очередное “милое” испытание с элементами выживания или, не дай бог, ещё один торжественный ужин, где надо улыбаться и делать вид, что меня совершенно не хотят устранить более амбициозные претендентки, я просто выйду в окно. Без магии, без расчёта на удачное приземление, просто выйду и всё. Устав от вечных испытаний и интриг, я решаю немного прогуляться по замку, надеясь найти хоть один уголок, где меня никто не достанет. Ха. Мечты. В этом дворце, полном людей с острым слухом, хитрыми умами и ещё более хитрыми планами, найти уединение – это как попытаться спрятать кота Мрака от проблем: бесполезно, потому что они сами его находят.