Ульяна Соболева – Нечестивцы (страница 10)

— Может они нас не ищут вовсе, Дэн.

Он рассмеялся.

— Ищут, еще как ищут. Уже подняли в воздух вертолеты и дали команду всем постам полиции. Дышат нам в затылок. Он не отпустит вас так просто. Поверьте, я знаю, что говорю.

Я споткнулась, и Дэн подхватил меня под локоть, не давая упасть. И снова гонка, деревья мелькали перед глазами, как черные полоски.

Овраг изгибался полукругом, здесь все утопало в снегу и черные стволы елей слились в общую массу, отбрасывая причудливые тени.

Одновременно поднялись и я почистила брюки, и свитер от снега. Пошла за Дэном. Вскоре мы уже сидели на стволе поваленной сухой ели и опустошали заранее приготовленные Денисом сэндвичи. Меня слегка знобило, но не от холода…в душе царил полный хаос. От осознания, что я наделала, до полной прострации безразличия ко всему. Повернулась к Дэну — он сидел с совершенно бесстрастным выражением лица.

— Тебе не страшно?

Парень пожал плечами и закопал пустой бумажный пакет под снег, протянул руку за моим и сделал с ним то же самое.

— Страшно. Не боятся только идиоты или безумцы.

Повернулся ко мне и внимательно посмотрел в глаза:

— За вас страшно.

Я вытерла уголок рта тыльной стороной ладони:

— За себя переживай, у меня есть все шансы остаться в живых, а у тебя нет.

Прозвучало неубедительно, а он усмехнулся и вдруг протянул руку и вытер мне подбородок. Я вздрогнула. От неожиданности. Ко мне никогда не прикасались чужие мужчины. Это было не неприятно, но как — то странно, словно я делаю что — то запретное, что то, чего совсем делать нельзя.

— Я знал на что иду.

Я почувствовала себя неловко, слишком откровенный взгляд. Нет, не наглый, а именно обнаженный, когда все эмоции, как на ладони — от восхищения, до странной грусти.

— Ты давно работаешь в нашем доме? Точнее у Макса?

Дэн устремил взгляд вдаль.

— После армии через знакомых взяли на работу.

Значит все это время я его просто не замечала. Что ж я вообще никого кроме мужа (бывшего мужа, одернула себя) не замечала.

— Вы особенная Дарина. Я еще никогда не встречал таких женщин, как вы.

Я смутилась, впервые перед другим мужчиной. Его комплименты звучали искренне, естественно и я покраснела. В этот момент он снял куртку и набросил мне на плечи.

— Таких как вы не бывает.

— Каких таких? — закуталась в куртку и посмотрела на парня.

— Красивых, верных и самоотверженных. Безумно красивых. На вас больно смотреть.

Я поморщилась и мгновенно сменила тему.

— Откуда ты родом?

— Я южанин…с теплых краев так сказать.

— И…как вдруг стал работать на моего мужа…к нему не так просто попасть.

— Выполнил одно весьма сомнительное задание. Нечто на что немногие согласятся. Я снайпер…Вы ведь не думаете, что мы все здесь просто обслуга?

Я отвернулась, нет я так не думала, но я никогда не вмешивалась в политику нашей семьи настолько. Я не хотела этого знать. Не хотела знать, что Макс нарушает закон, не хотела вообще знать, какими методами он добивается беспрекословного подчинения, хотя и догадывалась.

— А твоя семья? У тебя есть семья?

— Да, моя мама. Она живет в деревне в курортном городке и все еще ждет, когда найдут ее единственного без вести пропавшего сына. Я же так и не вернулся из армии. Зато ее двоюродный брат из Америки присылает ей ежемесячно помощь. Она правда не знает, что Арон умер пять лет назад и не имел даже постоянного места жительства.

Дэн стиснул челюсти, и я снова отвела взгляд.

— Значит ты работаешь на моего мужа уже давно и все это время ты был в нашем доме?

— Да…Все это время я был в вашем доме. Вначале охранял главные ворота.

— Зачем ты сделал это? Зачем помог мне сбежать?

Дэн вдруг резко повернулся ко мне.

— А вы не догадываетесь? Знаете, я помню, как увидел вас впервые. Вы приехали вместе с мужем, на вас было голубое платье и ваши волосы были заплетены в косу. Я тогда подумал, что ни разу в своей жизни не видел кого — то красивее вас. Потом, каждый день я смотрел на вас. Я запомнил ваше неизменное расписание, и каждая моя вахта всегда совпадала по времени с вашей прогулкой с детьми. Вы играли в мяч, бросали его через ограду и удивлялись кто вам возвращает его, если там сзади никого нет. В тот день на вас было белое платье с красными маками и в волосах цветы, которые принес вам сын… По вечерам вы стояли на веранде и смотрели на небо, вы могли стоять там часами, а я мог часами смотреть на вас…

Я покраснела, это было признание. Неожиданное, откровенное и совершенно безумное. Наверное, он уверен, что не выживет, раз говорит мне все это. Только так можно объяснить эту смелость или дерзость, но самое странное я не почувствовала отторжения от его слов, какая — то часть меня ликовала. Слышать, что настолько нравишься мужчине, знать, что он готов рискнуть жизнью. Это непередаваемо.

— Я хочу, чтобы вы снова улыбались…я хочу, чтобы вы были счастливы. Я больше не смогу слышать, как вы плачете из-за него. Вы достойны чтобы вас любили. Вас одну. Вы достойны, быть единственной.

Его слова больно кольнули, значит все знают, что у Максима я никогда единственной не была. Какая же я жалкая. Я одна не видела очевидного. Закрыла лицо руками, потому что в горле застрял комок… Слепая, преданная, безумно влюбленная идиотка. Бесхребетная дура, которой помыкали много лет подряд и изменяли ей на каждом шагу — вот кто я. Вот почему со мной так обращаются, я тупое животное, которое можно пинать, бросать, изменять. Я же все прощу, все стерплю…за унизительную ласку…за лживые слова любви…за ночи в моей постели…После кого — то.

— Ты охранял только дом? Или сопровождал моего мужа тоже?

Дэн бросил взгляд на часы.

— Нам пора. Следующий привал только в гостинице. Вы отдохнули немного?

— Скажи мне Дэн, ты часто выезжал с ним? Или охранял только наш дом?

— Выезжал, — Дэн поднялся с бревна.

— Это были только деловые поездки?

— Идемте, нам пора.

— Ответь — только деловые?

Дэн посмотрел на меня и тут же отвел взгляд.

— Не только.

— Их было много да? Очень много? Всегда разные или одна и та же? Скажи мне, Дэн. Отвечай. Их было много?

Не знаю, что я хотела услышать, понимая, что меня взорвет от любого ответа, но я должна была это слышать сейчас. Сейчас это имело огромное значение для меня. Чтобы не сожалеть, чтобы стало так больно, до ломоты во всем теле, чтобы боль разъела сожаление и тоску, но он не ответил, а я зажмурилась, чувствуя, как кружится голова и меня начинает беспощадно тошнить. Этот парень…он не должен вот так рисковать и умереть от рук Макса, он заслуживает лучшей участи, чем быть разорванным на части этим подлым эгоистом, которого я все еще любила. Я должна дальше идти сама. Возможно, у меня даже получится, поднялась с бревна, потом вдруг посмотрела на него и сказала:

— Ты можешь оставить меня и идти дальше один. Он будет искать меня. Точнее, меня первую. У тебя будут все шансы спастись. Оставь мне пистолет и иди.

Дэн прищурился, слегка покусывая внутреннюю сторону щеки.

— Вы правда считаете меня трусом? Вы думаете, что я сбегу и брошу вас? После всего что я вам сказал?

Я отвела взгляд и тяжело вздохнула.

— А пистолет зачем?

Не ответила и пошла вперед, спрятав руки в карманы.

— Кого вы хотите убить из этого пистолета? Нас преследуют по меньшей мере около тридцати человек. В кого вы будете стрелять? Этот пистолет бесполезен, как любое другое оружие.

Я пошла быстрее, а потом побежала, услышала, как он бежит рядом.

— В себя, да? И вы правда считаете, что я вас оставлю?

Я резко повернула к нему голову.

— Ты обещал мне, что сделаешь это сам, помнишь?