Ульяна Соболева – Любовь за гранью 6. Исчадие Ада для Падшего (страница 2)

А затем Витан изменял, снова и снова, и уже поздно было уходить. Слишком многое было поставлено на карту. Мир с братством, ее положение и карьера. Развод – это позор. Ее имя будут трепать в желтых газетенках, на нее будут смотреть с жалостью и тыкать пальцами. Ее родители упрекнут в том, что они ее предупреждали о браке с представителем ликанов, и ей будет стыдно, потому что она не такая, как все они. Потому что не заслужила любовь мужа, потому что не удержала его, и потому что она безвольная идиотка, позволяющая вытирать о себя ноги. Но Кристина любила его. Любила до одури, до сумасшествия. Она сходила по нему с ума. Терпела пренебрежение его матери, косые взгляды его товарищей. Всегда чужая среди волчьей стаи. Они все шептались у нее за спиной. Его свита, его друзья, даже его охрана. Все знали, что каждую ночь он приводит в свою постель другую женщину. А его жена жалкая дура, которая все это терпит.

Витан больше не скрывал своих похождений, он уединялся с девками прямо у нее на глазах. Во время светских приемов, когда она улыбалась партнерам Черногорского, он трахал очередную шлюху где-нибудь в туалете. От него воняло ими всеми. Муж пропах их телами, потом, запахом их духов. Первое время Кристина искала причину в себе. Она так хотела вернуть его, завоевать любовь, стать ему нужной. Но Витан отдалялся все дальше и дальше. Он больше не хотел ее как женщину. Так и говорил ей: «Ты меня не возбуждаешь, от тебя воняет вампиром, твое тело жесткое, а твои клыки вызывают у меня тошноту, у тебя слишком большая грудь, и мне кажется, ты загрызешь меня во время секса». Да, он был пьян, когда говорил это, но что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.

В последний раз, когда она попыталась все же соблазнить его, он оскорбил ее так, что это убило в ней всю любовь к нему и породило дикую ненависть.

Витан смотрел на Кристину, полуобнаженную в блестящем алом белье, готовую стелиться у него в ногах и выполнять любую его прихоть. О да, она хотела подарить ему наслаждение, вылизывать его тело, сосать его член до изнеможения, отдавать ему всю себя и смотреть, как он корчится от наслаждения. 

Когда она подползла к нему на коленях и подняла в мольбе о ласке глаза, полные любви и страсти, Витан неожиданно встал с кресла, демонстративно расстегнул штаны и показал ей вялый член. 

«У меня просто на тебя не стоит, понимаешь? Даже если ты будешь сосать его часами, он на тебя не встанет». 

В ту ночь она закрылась в своей комнате и долго рыдала, закусив зубами полотенце, чтобы никто не слышал. А ее муж привел свою шлюху прямо в дом и трахал ее за стенкой. Кристина зажала уши руками, чтобы не слышать их похотливые стоны и рычание. И тогда она возненавидела его и себя. Утром встала с постели с опухшими от слез глазами и поняла, что желает ему смерти. Только так она избавится от этого брака с гордо поднятой головой. Только став его вдовой, Кристина сможет добиться всего, что ей полагается, и заставить этих шавок уважать ее. Особенно Марго. Эту стареющую королеву-мать, которая во всем покрывала своего сыночка. Когда-то Кристина бежала к ней за помощью, умоляла ее образумить Витана, поговорить с ним. Но Рита всегда говорила, что в изменах мужчины виновата женщина. Значит, это Кристина недостаточно привлекательна, недостаточно сексуальна и хороша для своего мужа. Если Витан ходит на сторону – значит жена плохая. 

Когда Кристине позвонили и сообщили о смерти мужа, она долго стояла в оцепенении, молча, прижав трубку к уху, не задавая никаких вопросов, а потом швырнула телефон на диван и расхохоталась. Истерически, громко, так что слуги сбежались в ее комнату, а она смеялась и смеялась, сгибаясь пополам, чувствуя тошноту и дикую радость, граничащую с безумием. Дьявол услышал ее молитвы, и Витан сдох, как собака. Он и его девка. Очередная, ничего не значащая шлюха, которая отбирала у нее мужа.

Иногда Кристине хотелось порезать свое лицо опасной бритвой, оставить на нем шрамы, исполосовать вены и просто умереть. Витан довел ее до той точки невозврата, когда душа покрывается льдом, а сердце уже давно является просто сосудом для перекачивания крови. И самое ужасное, она не могла никому об этом рассказать. Даже Марианне. Особенно ей. Иногда Кристина отчаянно завидовала сестре. Ее счастью, безумной любви ее мужа, ее доброте. Как она может рассказать о всей той грязи, в которую ее постепенно погружал Витан? Рассказать о том, как она позволяла ему бить ее, связывать, царапать ее тело когтями, лишь бы он кончил с ней. Поначалу это немного помогало. Только извращения еще держали их вместе в одной постели. Когда он мог доминировать над женой и истязать ее, только тогда он еще мог ее трахнуть. Унизить дочку короля вампиров, толкнуть ее на колени, оскорбить, ударить, измазать ее тело кровью и спермой. А потом и это перестало его возбуждать. Тогда как своих шлюх он одаривал лаской и подарками.

Он просто никогда ее не любил. Их брак был его выгодной сделкой, которая стала ему в тягость. Наверное, Витан тоже ее ненавидел, потому что не мог избавиться по тем же причинам, что и она уйти от него. Но сейчас уже не было смысла в этом копаться. Витан в прошлом, и пусть он сгорит в аду. В том аду, который окружал Кристину долгие восемь лет брака.

Похоронная процессия отправилась в ресторан, снятый по этому случаю, и сев в черный лимузин, Кристина наконец-то подняла с лица вуаль и улыбнулась.

Она свободна. Да, истоптана и унижена, но свободна.

Больше не нужно притворяться, изображать любовь к мужу и стараться выглядеть счастливой. Можно быть счастливой по-настоящему. В день похорон Витана Кристина искренне в это верила. Семья поддерживала ее в эти часы, все приехали на поминки, все находились рядом. Как когда-то во времена ее безоблачного детства. Приехали все, кроме Марианны. Мать и отец сказали, что та плохо себя чувствует после исчезновения Камиллы и не смогла приехать. А у Кристины не было сейчас сил и желания искать истинную причину отсутствия сестры.

Только Кристине казалось, что они слишком подавлены даже для такого скорбного дня, как похороны ее мужа. Они что-то скрывают от нее. Боятся рассказать. И она вытрясет из матери правду, когда все гости разойдутся.

***

Последний ночной поезд с грохотом остановился. Запыхтел двигатель, повалил пар из-под колес. С подножки на пустой перрон, спрыгнул парень. Он поправил рюкзак, бейсболку и зашагал в сторону вокзала. На нем была короткая куртка темно синего цвета, потертые джинсы и спортивные мокасины. На вид парню не больше двадцати пяти. Спортивная фигура, пружинистая походка.

Овал лица правильный, немного тяжелый подбородок, резко очерченные губы, прямой нос с маленькой горбинкой. На щеках легкая щетина. Брови и глаза скрывал козырек бейсболки. Парень поймал такси и назвал водителю адрес.

Таксист с опаской посмотрел на пассажира. Высокий, под два метра ростом, но худощавый. Похож на спортсмена. Парень смотрел в окно на ночной город, словно видел его впервые. Потом снял бейсболку и провел рукой по очень коротким волосам темного цвета. Водитель успел заметить, что у парня довольно яркая внешность. Особенно запоминались синие глаза и татуировка на шее. Парень бросил рюкзак на соседнее сиденье, и водитель отметил, что пассажир явно налегке. Залетный, наверно, или проездом. На коренного жителя не похож. Неразговорчивый.

– Ты надолго к нам? – спросил таксист и свернул в переулок, а потом на центральную улицу.

– Не знаю. Время покажет, – ответил парень и снова посмотрел в окно, – Красивый город.

– А то. Столица как-никак. Не Москва, конечно, но не хуже это точно. А кто у Вас здесь? Семья?

– Сестра, – коротко ответил парень и улыбнулся.

Приятная улыбка. Искренняя. Белоснежные зубы, открытый взгляд. Вежливый парень. Молодежь сейчас особо этим не отличалась.

– Старшая или младшая?

– Старшая.

– Давно не виделись?

– Давно, можно сказать – никогда.

Таксист закурил и предложил парню сигарету. Тот отказался.

– Здоровье бережем?

– Нет, просто не пробовал.

Странный парень. Еще раз подумал таксист и приоткрыл окно.

– А почему с сестрой никогда не виделись?

– Потому что ее удочерили, а меня нет. Я в детдоме вырос. Вот нашел ее и хочу повидаться.

Значит детдомовский. Наверняка родители алкоголики или наркоманы. От таких можно ожидать что угодно. Они голь безденежная. Вот сопрет у него что-то в такси или стукнет по голове, и ограбит. Таксист нащупал в кармане газовый баллончик. И вдруг заметил, что парень улыбается, словно сам себе.

А сестричка его в крутом районе живет. Здесь особняки видных политиков, звезд.

Интересно к кому именно он едет.

– А сестренку как зовут?

– Марианна. Марианна Воронова. У нее фамилия приемных родителей.

Таксист чуть не присвистнул. Ну, ничего себе сестричка? Это дочь этого Воронова что ли? Нефтяного магната? Вот повезло парню. Если примут, то он в золоте купаться будет. Хотя на фиг им этот бедный родственничек. Да и не родственник он им вовсе.

Вдруг машина запыхтела на светофоре, зарычал двигатель, и все заглохло.

Таксист громко выругался.

– Не, ну что за гадство? Вот старая кляча! Заглохла, мать ее. Только вчера в ремонтную мастерскую возил. Ты подожди. Я сейчас.

Таксист вылез из старенькой волги и открыл капот. Дверца машины отворилась: