Ульяна Соболева – Безумие зверя (страница 11)

– Про этот вариант можете забыть. Я внимательно вас слушала, а теперь вы послушайте меня. Брови Ибрагима удивленно поползли вверх. Он поразился ее наглости.

– Я не стану наложницей вашего Берита.

– Молчи несчастная. Ты не имеешь право называть его по имени для тебя он Повелитель.

– Еще чего? Для меня повелитель – это мой муж, которого я люблю, и буду хранить ему верность. А Берит может сразу отправить меня в свои подвалы, потому что я не намеренна ему покорятся. Я лучше убью себя, чем лягу под него. Ясно?! Так что заканчивайте ваши уроки прямо сейчас и ведите меня на работы. Уж поверьте, там никто не посмеет ко мне притронуться. Ибрагим резко встал его глаза вновь стали черными и непроницаемыми.

– Надеешься на свою силу?! Напрасно в этих стенах она нейтрализована. Ты беспомощна, как и люди. Марианна, я дам тебе сутки на раздумья. Ровно сутки, поняла? По истечению этого срока ты или войдешь в покои Берита или отправишься в подвалы. Решать только тебе. А про мужа своего забудь. Отныне ты принадлежишь бериту. Да и не найдет он тебя здесь. Марианна усмехнулась.

– Вы его не знаете – он найдет обязательно. Из под земли достанет, из ада вытащит. Для него не существует запретов. Он хлопнул в ладоши и служанки вошли в библиотеку, покорно опустив головы.

– Забрать все книги, пусть подумает в одиночестве. Все остальное расписание как обычно.

– Ибрагим! Суккуб обернулся.

– Со мной должна была приехать девушка. Вампир. Из клана Северных Львов. Настя зовут. Где она? Его глаза сверкнули и погасли, но Марианна видела, что он заинтересовался.

– Она в стенах дворца. Вчера вошла в покои Берита. Он остался доволен, и она причислена к наложницам Повелителя.

– Я могу ее видеть?

– Это называется привилегии моя дорогая, и ты должна их заслужить. Например, немного покорности. Может, я и позволю вам вместе гулять в саду. Марианна задумалась.

– В чем заключается покорность?

– У тебя будет время об этом подумать. Я дал тебе пищу к размышлению. Все остальное в твоих руках.

Ибрагим вошел в приемные покои и с раздражением сбросил длинный шелковый плащ.

– Лилия… какая честь. Сказал он, не оборачиваясь, хотя на первый взгляд в помещении никого не было. Но в тот же миг от стены отделилась тень и приняла человеческие очертания. Теперь перед Ибрагимом стояла женщина. Прекрасная как сама любовь. Нежная, словно ее имя. Она села в кресло, и устремила взгляд на суккуба. Ее длинные золотистые волосы водопадом струились до самых колен, невинные голубые глаза отражали чистоту и невинность.

– У нас неприятности, Ибрагим, – сказала она так, словно пропела.

– Неприятности?

– Вот именно. Там за воротами, на пропускном пункте Самуил Мокану и он приехал за своей внучкой. Ибрагим с яростью обрушил кулак на стол и столешница со стоном треснула.

– Довольно быстро…проворно…А она говорила, что ее найдут.

– Конечно. Княгиня, как никак. Что будем делать, Ибрагим? Берит узнает, будет в ярости. По закону он обязан ее вернуть. Она не простая смертная и не простая бессмертная. Ибрагим посмотрел на красивую посетительницу. Он думал. Лихорадочно думал. И вдруг обернулся к Лилии и улыбнулся, хищно, триумфально.

– А ну ка покажи мне как ты умеешь перевоплощаться, девочка.

Лилия поднялась с кресла, закрыла глаза…Трансформация произошла мгновенно. И уже через секунду перед Ибрагимом стояла Марианна. Если и были отличия то настолько незначительные, что суккуб оглушительно захохотал.

– Хамелеоны. Дьявольские отродья. Черная армия самого Люцифера. Аонэс создал вас не даром. Он обошел Лилию со всех сторон и довольно щелкнул языком.

– Отлично. Не отличить от оригинала. Я дам приказ пропустить Самуила в мой кабинет, а ты убедишь его в своей неземной любви к Бериту. Ты околдуешь и очаруешь. Пусть поймет, что это ее выбор и обратно она не вернется. Это будет быстро и безболезненно. Лилия-Марианна улыбнулась Ибрагиму.

– Конечно, я уверю любимого дедушку в своем безграничном счастье в этом дворце. А если не поверит, если почувствует подлог? Я ведь не так уж и хорошо знаю повадки Падшей. Ибрагим жестко сверкнул глазами:

– Не поверит – убьешь его. Везде работают камеры. Пошлем им пленку и его сердце в коробочке. Думаю, тогда за ней уже никто не приедет. Ее проклянут всем семейством. Лилия усмехнулась и подошла к Ибрагиму. Положила ладонь ему на щеку.

– Я согласна если ты пообещаешь мне, что Падшая не заменит меня в спальне Берита. Все таки я рискую, древний довольно силен. Ибрагим отбросил руку Лилии.

– Сделай, как я говорю, потом посмотрим. Давай, иди. Пока Берит ни о чем не узнал.

Самуила провели в кабинет Ибрагима и велели ожидать. Ему сказали, что сама Марианна хочет с ним поговорить. В ожидании встречи с внучкой Самуил нервно ходил по кабинету. Обратил внимание на разбитую столешницу. Ожидать долго не пришлось. Вскоре дверь отворилась, и Марианна зашла в кабинет. Самуил от радости даже вскрикнул. Девушка выглядела превосходно. Правда казалась немного повзрослевшей и даже слегка вульгарной. Ее золотистое парчовое платье обтягивало тело как вторая кожа, а высокий разрез на бедре открывал стройную ногу. Даже взгляд ее изменился. Марианна радостно улыбнулась и вскрикнула:

– Дедушка! Как я рада тебя видеть! Самуил нахмурился. Марианна никогда раньше так его не называла. Она говорила, что он слишком молод и красив, чтобы она звала его именно дедушкой.

– Девочка моя! Мы все так тебя искали. Иди ко мне, иди быстрее, я хочу тебя обнять. Ты цела? Тебя не били? Не издевались?

– А как же я соскучилась, мы так давно не виделись! Конечно, не били. Мой Повелитель добр и ласков со мной. Он меня любит. «Давно? Я ведь был на ее дне рождения меньше недели назад….» Марианна так и не подошла к нему обнять, она наполнила бокалы вином и протянула один из них Самуилу.

– Ну, рассказывай. Как там все?

– Черт подери, Марианна! Это все что ты можешь сейчас сказать? После того как мы искали тебя сутки напролет, после того как мы убирали трупы тех кого ты растерзала? Я пришел за тобой Марианна. Девушка хищно усмехнулась.

– Подумаешь трупы. Никки никогда не брезговал убийством себе подобных.

Расслабься дедушка. Я никуда не поеду. Мне и тут хорошо. Давай лучше выпьем, и я расскажу тебе о моем возлюбленном. «Это не Марианна!» – Самуил, прищурив глаза наблюдал за девушкой и все больше убеждался что перед ним нечто, что вовсе не являлось его внучкой. Это НЕЧТО очень похоже на нее. Теперь многое становилось на свои места. Все еще не уверенный в себе он спросил:

– Как ты провела последние выходные в Риме? Ведь мы с тех пор не виделись и ты даже мне не рассказала. Лже Марианна кокетливо повела плечами.

– Превосходно.

«Что это за тварь? Как ей удалось принять облик моей внучки и где моя девочка? Где они ее держат?»

– Иди ко мне малышка. Я так соскучился по тебе, ну же обними меня. Рука Самуила нащупала кинжал в кармане, он бросил взгляд на окно. Нужно убить эту тварь и убираться отсюда. Марианна бросилась к нему, обняла за шею, но в тот миг, когда он уже хотел вытащить кинжал, она впилась пальцами в его грудь и сжала сердце.

– Хотел меня убить да, дедушка? Милый Самуил Мокану почувствовал как трогательно. А ведь не родная внучка, – она оскалилась, и ее глаза сверкнули, полоснув его оранжевым сполохом. Самуил почувствовал, как бьется его сердце в ледяных пальцах фурии. Вот она смерть, он смотрит ей в глаза, а на душе стало спокойно и легко. Марианна ни в чем не виновата… Его девочка чиста. Теперь не страшно и умереть.

– Спасибо за услугу сука, – пробормотал он и увидел собственное сердце в ее руке… Лилия подняла окровавленную руку вверх и засмеялась, глядя на камеры. Она хохотала и хохотала как безумная. Словно в нее вселился сам дьявол. Потом переступила через труп Самуила, приподняв подол платья и напевая, вышла из кабинета, унося его сердце с собой. На спокойном лице мертвеца так и застыла улыбка.

Марианна смотрела на высокую каменную ограду и размышляла о том, что если хорошо изловчиться можно быстро ее преодолеть и выбраться за пределы ограды.

Правда, ей не верилось что все так просто. Здесь есть подвох, а в этом проклятом месте все совсем не такое, каким кажется. И она была права, подойдя чрезмерно близко к забору она почувствовала невидимую преграду, словно плотная стена воздуха не давала ступить дальше. Значит тоже иллюзия. Марианна не расстроилась она лишь решила, что неплохо бы спросить у Ибрагима что именно сдерживает пленников внутри дворца. Какая неведомая сила. И потом, возможно, понять как ее нейтрализовать.

Вдруг Марианна заметила, что маленькие ворота, ведущие на другую половину дворца, на которых всегда висел замок, сейчас открыты. Девушка, неслышно ступая, пробралась к воротам, стараясь не попадать в обзор вездесущих камер. Юркнула в узкий проход и очутилась в точно таком же саду, только с другой стороны. С любопытством осмотрелась по сторонам. Все та же тишина. В этот момент ворота закрылись. Марианна бросилась к ним, попыталась открыть, но но тщетно, она ломала ногти, скреблась, но все напрасно. Снова осмотрелась по сторонам и вдруг поняла, что окружена каменными стенами. без окон и без дверей. Она в ловушке.

Глазки камер направлены прямо на нее, и только что она по видимому нарушила одно из самых главных правил – не проникать на другую половину замка. Ибрагим говорил, что бывает за неповиновение. Марианна опустилась на декоративный камень возле фонтана и закрыла лицо руками. Это незначительное происшествие почему-то ее доконало. Вывернуло все, что накопилось за это время в душе. Сломало. Она почувствовала, что устала. Устала ждать, когда кто-то вызволит ее отсюда, устала ждать, когда за ней придут и отведут в покои Берита, а там он вываляет ее в грязи своими прикосновениями. Мысль о том, что кто-то, а не Ник будет прикасаться к ее телу, проникать в него, приводила ее в ужас. Она старалась не думать об этом, отстранятся мысленно, не заглядывать в будущее даже на час, не то что на день, но сейчас сидя в своеобразной клетке она вдруг поняла, что всего этого не избежать. Марианна даже сама не поняла, что она плачет, слезы стали прозрачными, человеческими они обжигали ее ладони.

Конец ознакомительного фрагмента.

Продолжение читайте здесь