Ульяна Романова – Не потеряй нас (страница 4)

Он всегда так делал. Так звал маму. Стучал в стену между гостиной и кухней кулаком.

– Что? – мама жестом показала мне спрятаться и не показываться отцу на глаза, пока он не придет в себя.

– Воды! – громыхнул папа.

Мама шустро налила ему воды, отнесла и задержалась, слушая очередной рассказ отца, который от своих же слов мог озвереть.

Я медленно прошла в кухню и села на табуретку, глядя в окно.

Трезвый и пьяный отец были двумя совершенно разными людьми. Утром он снова станет добрым и любящим, а пока… Нужно просто переждать. Главное – не спорить!

Мама вернулась спустя двадцать минут. Устало потерла лицо и велела:

– Пойдем спать. Только тихо.

Мы вместе прокрались в спальню, я расстелила постель, переоделась в мягкую пижаму и упала на подушки, свернувшись калачиком под одеялом.

Я была уверена, что не смогу уснуть после пережитого стресса, но стоило закрыть глаза, как я провалилась в глубокий сон.

Утром меня вибрацией разбудил будильник под подушкой. Мама еще спала, папа тоже.

Я привычно бесшумно собралась на работу, чтобы никого не потревожить, и отправилась в цветочный магазин неподалеку.

Открыла дверь своим ключом, включила свет и вдохнула цветочный аромат. Мне нравилось работать среди цветов. Атмосфера умиротворения, покоя. Здесь я могла побыть в тишине.

Я перевернула табличку на двери, уведомляя прохожих, что цветочный ларек открыт, и посмотрела в большое панорамное окно во всю стену.

Город просыпался, люди торопились на работу, студенты спешили на учебу, а я…

Мой мир словно был отдельно ото всех. Словно время остановилось, и я оказалась заключена в большом пузыре.

Я вернулась в подсобку, сняла верхнюю одежду и щелкнула кнопкой чайника. Порылась в ящиках, вспоминая, осталось ли что-нибудь сладкое. Нашла полупустую пачку печенья и сразу же вытащила одно, вгрызаясь в нее зубами.

Вернулась в торговый зал и занялась работой, то и дело поглядывая в окно.

Я не понимала причин своей тревоги. Не понимала, откуда взялось странное ощущение чужого взгляда, который словно прилип ко мне, наблюдая за каждым моим шагом.

По позвоночнику прошлась холодная волна, а руки задрожали. Я долго смотрела на улицу, но ничего подозрительного так и не обнаружила.

Ощущение, что за мной подглядывают, не проходило до обеда. Я работала, создавала букеты, принимала покупателей и проклинала прозрачную витрину магазина, через которую все внутри магазина было видно, как в аквариуме.

А в обед все закончилось. Так же резко, как и началось. Я успокоилась не сразу, дергалась от каждого нового посетителя, но все вокруг говорило о том, что мне показалось. Может, развилась паранойя?

Снедаемая нехорошим предчувствием, я позвонила Роме, но он сказал, что отлеживается дома и у него все хорошо.

В девять вечера я заперла магазин, поставила его на сигнализацию и пошла домой. Свернула во двор своего дома, и взгляд мой остановился у лавочки, на которой сидел парень.

Меня словно ледяной водой облили. Я сама не знала, как, но я узнала ЕГО!

Того, кого вчера я испугалась сильнее всех. Он был без маски, но в той же куртке. Сидел на скамейке на детской площадке и задумчиво курил сигарету.

Он меня заметил. Замер, не успев донести сигарету до губ. Поднял голову и посмотрел на меня.

Я сглотнула. Ноги от страха приросли к асфальту. В голове не осталось ни единой мысли, только шум в ушах. Я не могла дышать, а о том, чтобы сбежать, даже мысли не было.

Парень пружинисто поднялся и пошел прямо ко мне, ни на секунду не отводя взгляда. Он шагал уверенно. Щелчком выбросил сигарету в урну, на мгновение опустил голову и с неотвратимостью ледокола продолжал идти.

Я пыталась кричать, но звук застрял в горле, а ОН приближался.

И когда между нами оставалось расстояние не больше вытянутой руки, остановился. Снова обжег взглядом черных глаз. Я видела только их. Колючий взгляд, в глубине которого было что-то… Безумное. Тьма. Настоящая тьма.

Парень смотрел на меня, но ближе не подходил. Спрятал руки в карманы куртки и смотрел, словно сам не мог выдавить из себя ни слова.

– Яся… – хрипло выдавил он, словно пробуя мое имя на вкус, а я вздрогнула.

Сердце забилось в висках, а легкие горели от недостатка кислорода.

– Не бойся, – он говорил тихо, но мне казалось, что его голос набатом звучит в моей голове. – Мой друг был не прав. Тебя никто не тронет.

Он, словно нехотя, отвернулся, обошел меня по дуге и ушел, оставляя меня в глубоком шоке.

Что он сказал?

Глава 4

Тимур

Я всегда ненавидел таких, как она. Презирал наигранную чистоту, притворную невинность. До определенного момента все играли в недотрог, а потом просили трахать жестче и стонали так, что уши закладывало.

Строили из себя хороших, а на самом деле были обычными надувными куклами, которых после использования хотелось выкинуть в ведро, как использованный презерватив.

Их было не жалко. Ни капли сочувствия, только брезгливость и желание уйти подальше и снова забыться. Мне нравилось показывать им самим, что они куклы. Искусственные. Одноразовые. Притворяются только недотрогами.

А Яся… Я ее даже мысленно так называл. Никого по имени не называл принципиально, потому что не было у них имен. И лиц. А ее назвал по имени. Что-то в ее взгляде вчера добралось до моей души. Торкнуло и никак не отпускало, словно в мозгах зудело – где-то глубоко, что не дотянуться.

Я поймал попутку и попросил докинуть до клуба, где вечерами собирались мои друзья.

Упал на заднее сидение и никак не мог отделаться от хренового чувства в груди. Жжения. Словно что-то горячее сжималось и обжигало внутренности. В тот момент, когда Яся на меня испуганно смотрела, началось и не проходило. Хоть с брандспойта ледяной водой заливай – не поможет.

Я привык к страху в глазах окружающих. Он забавлял, дразнил. Всегда, но не сегодня. И не вчера, когда чуть собственный язык не проглотил и дышать забыл.

Хрень какая-то!

«Вы – звери», – прозвучал в мозгах ее голос, а у меня мышцы выкрутило.

Нездоровая хрень.

– Приехали, – водила обернулся ко мне.

Я залез в карман, протянул ему деньги и вышел на улицу. Вдохнул морозный воздух. Сжал зубы и пошел в клуб; нашел взглядом друзей, скинул куртку и упал к ним за столик.

– Тимур, здоро́во! – хлопнул меня по ладони Димон.

Я кивнул, вытащил из кармана пачку сигарет, боковым зрением следя за покоцанным Киром.

Не сдержался вчера. Популярно объяснил, чтоб ее больше не трогал. Причин не называл, но кто бы мне самому сказал, почему я так защищал эту девчонку.

Нельзя. Неприкосновенна. Точка!

Зачем утром сидел возле ее дома, а потом полдня наблюдал за ней в аквариуме с вывеской «Цветочный магазин», тоже не знал. Может, пытался понять, что в ней особенного?

Яся ходила странно, немного заваливаясь вправо, но при этом как-то плавно, словно даже обычный ее шаг превращался в танец. Завораживающий, примагничивающий. Не получалось не смотреть на нее. Не изучать.

И предупредить захотел, чтоб не боялась. Впервые за последние годы я не хотел, чтобы меня боялись.

Эгоистично хотел, чтобы когда-нибудь она танцевала под снежинками для меня, потому что на те гребаные несколько минут я не чувствовал ничего, кроме восхищения.

– А где Марат? С Машкой? – заржал Саня.

– Марат о друзьях совсем забыл, на шлюху променял, – поддакнул Димон.

– Отъебитесь от него, – жестко осадил я, – сам разберется.

– Тим, ты обкуренный, что ли? Сам же говорил…

– Заткнись!

Я резко поднялся, потушил сигарету о пепельницу, схватил куртку и вышел на улицу.