Ульяна Орлова – Музыка для братьев (страница 6)
– Тебе.
– Мне? Ты меня спросил?
– Я вот и спрашиваю… Оль, а разве нет? Ты одна здесь с мальчишками…
– А мальчишек ты спросил? Антона? Славика?
– Нет ещё. А почему они не согласятся? Там спокойнее. Условия лучше. И мы же – рядом… Славка – там, где Антон… Но в нём-то и вся загвоздка…
– Какая загвоздка? – напряжённо спросила мама. Антон тоже напрягся. Никогда папа не делал между ними различий…
– Ну, то, что мы его опекуны… Его не выпустят за границу!
Точно! После долгой волокиты родителям удалось оформить только опекунство над Славкой. Потому что нет сведений о том, что Славкины родители погибли или лишены родительских прав… Но это по бумажкам только! А сейчас получается… Антон еле сдерживал себя, чтобы не дёрнуть ручку двери.
– И что ты предлагаешь? – это мама.
– Оль, я не знаю… Я и советуюсь.
– Я думаю, что нужно всем вместе советоваться! С ребятами…
Молчание. Потом усталый голос отца:
– Я просто не знаю, как им сказать…
– Борь, что ты не знаешь? Ты уже всё решил. Уже подсчитал во сколько нам переезд обойдётся. Квартиру там подыскиваешь. Почему ты не спросил меня? Я не смогу жить в чужой стране!
– Оль, ну ведь раньше могла же. И ничего я пока не подыскиваю. Так, навел справки.
– Справки… Знаешь, Борь, раньше я много чего могла. Сына, например, в интернате оставить. И что из этого вышло?.. Борь, да не захочет он, пойми же ты!
– Откуда ты знаешь? Он ведь хотел ехать со мной… Оль, я когда приезжаю в Россию, знаешь, мне так грустно становится… Загадили страну.
– Правильно, и давай отсюда смотаемся! Так, да? Пусть дальше гадят…
«Что за чушь? Какая ещё заграница?!» – сердито подумал Антон. Так всё было хорошо, а тут… Чего им неймется-то?
– Я просто думал, что нам всем там будет лучше… И мы будем вместе. Я измучился так мотаться… – тихо сказал отец.
– Борь… Я тоже хочу быть вместе. Но я не смогу так. А Славку ты куда денешь?
– Нужно искать его родителей… Только как?
«Ага, хорошо придумал, пап… А ты не подумал, как я там без него буду? И без Шурки? Ты зачем меня рвешь на кусочки?»
Молчание нарушила мама:
– Борь, у них сегодня был медосмотр. У мальчика подозрение на ревматизм. Надо обследоваться. Какие-то там шумы в сердце…
Ох, ёлки! Антон услышал медленные удары своего сердца. Они проваливались в пустоту и были такими громкими, что он испугался – сейчас их услышат родители… Хотя, какая разница… Эх ты, Славка…
В тишине кто-то скрипнул стулом.
В тишине кто-то вздохнул.
Что такое «ревматизм», Антон не совсем понимал. Из книжек знал, что из-за этой болезни опухают суставы, и пальцы становятся сложно сгибать. И что ею можно заболеть, если человек долго мёрзнет и плохо ест…
– У кого? – бесцветно нарушил тишину отец.
– У Славика. Видимо, последствия жизни на стройке…
«И нашего путешествия…» – подумал Антон. Странно только, что в том году проходили медосмотр и – ничего не обнаружили… Да и Славка не жаловался, что у него что-то болит. Хотя, если вдруг случалось ему замёрзнуть или промокнуть под дождём – малыш шёл в ванную и отогревался там не меньше часа…
За дверью молчали. Антону почему-то ужасно захотелось лечь в постель и уснуть. Чтобы наутро проснуться и понять, что всё это – сон.
– Борь, я уже позвонила доктору, спросила. Он сказал, что нужно беречь ребёнка. С такими вещами живут до старости… Хорошо бы сердечко посмотреть.
– Оль, что ж ты молчала?
– А что, это разве что-то изменит? – мама говорила так тихо, что сложно было разобрать слова. – Как-то повлияет на твоё решение?
Папа ответил неразборчиво.
– Да ну, Боря… Разве тебя может что-то изменить?
Пол такой холодный почему-то. Антон осторожно переступил ногами.
– Там вообще климат не всем подходит… Зимой ветрено, летом дожди. Это на севере… Но… Оль, знаешь, мне иногда так страшно за вас! Я ночами не сплю, мысли всякие разные. Я даже молюсь… И так по мальчишкам скучаю! Оль, ты не представляешь, как бы мне хотелось быть с вами!
Мама молчала. А Антон никогда не слышал такой тоски в голосе папы… Да уж… Нелегко ему…
– Борь, если хотелось бы – можно было что-нибудь придумать, разве нет?
– Вот я и думаю… Если я буду работать здесь – мы так долго не протянем… И Тошке в институт нужно будет поступать…
Какой институт?.. Это ведь через четыре года! Вечность.
– Оль, я завтра попробую спросить у Антона, что он думает… Да не волнуйся ты! Я просто спрошу, я же не настаиваю…
– Спроси… Я днём пойду за билетами. Мальчишки очень соскучились по своему другу. Ты не передумал ехать?
– Нет. Я хочу увидеть Валеру… Может он чего посоветует. В следующее воскресение у меня самолёт. Вас провожу и поеду обратно.
– Боря… Ты ведь знаешь, я тоже очень скучаю…
– Оля, Оля… Помнишь, как девчонкой ты не хотела расставаться даже на день? Ты почему-то очень грустила тогда…
– Боря, я помню. Только, пожалуйста, давай не будем повторять прошлого?! Вспомни, к чему нас это чуть не привело.
– Оль… Да кто же спорит… Главное, что все живы и здоровы.
«Почти все!»
– Почти, – откликнулась мама, – а вспомни, как ты в прошлом году сам смеялся, что искали одного, а нашли двоих…
– Двоих оболтусов.
– Без которых мы не можем жить…
– За которыми нужен глаз да глаз. И суровая мужская рука.
– Это точно. Борь… Тебя нельзя одного надолго оставлять, а то у тебя там всякие мысли заводятся!
– А как не оставлять?
Антон уже не мог стоять и тихо пошёл обратно. Предательски скрипнула половица под линолеумом. Ну и пусть… Он, кажется, хотел пить? В сумке же оставалась бутылка воды, что ж его понесло на эту кухню?
В его комнатке царили сон и спокойствие. Славка тихонько дышал, сложив свои ладони под щечки. Одеяло валялось на полу. Антон аккуратно поднял его, накрыл братишку. Забрался к себе наверх и улегся на живот. Задумчиво уставился в тёмное окно. Сейчас только тополь разделял его тревогу. Обиду. Страх за Славку. Вину… Тоску по отцу и той счастливой жизни, которая так далека от него и бывает так редко… Горечь расставания… И сквозь этот комок – несмелая радость ощущения дома… И его, этого дома, может не стать?
Антон любил свой дом. Свою маленькую квартиру. И тихий зелёный дворик, и школу, которая порой надоедала уроками и ранними подъемами тёмной зимой, но она была тоже неотрывной частью его, Тошкиной, жизни. Такая цепочка из прочных звеньев: дом, Славка, родители, школа, его город… Ни одно не вырвешь! При чём тут другая страна? Зачем?!
Папа сказал, что там спокойнее. Может быть и так – Антон там не был. Но он любил свою страну: пусть тревожную и нескладную, но его! И Шуркину… И тех ребят, которые помогали ему… Он тоже немного узнал прошлым летом о том, какая она… Когда вместе со Славкой добирался домой… «Загадили…». И что с того? Не всё и не везде! Она разная, да, его Родина, но она же – своя!
Бывает, рука у человека болит, или нога – её же не выбросишь. Лечить её надо. И о Родине – заботиться. А не бросать.
Антон думал, что ничего не изменится, а ведь вот… Получается – может? Или всё же – нет?.. Неужели не бывает такого – чтобы всем было хорошо? И чтоб не уезжать никуда… И Славка… Эх, надо было летом ехать на море! Как же сделать его здоровым?
Антон не знал. Тополь молчал. Мысли вертелись, как неугомонные снежинки за окном. Наверное, ответы знает только Бог… И Он сейчас тоже не спит.