Ульяна Каршева – Тайны старого дома (страница 42)

— Страха перед выходом из барака ночью теперь нет, — вполголоса заявил он. — Нет этого гадского дядьки. Этого хватает, чтобы я высидел все уроки по расписанию. Да ещё… Видение призраков у меня осталось. И я собираюсь его развивать. Так что… Нет, на уроках я буду нормально сидеть.

— Тогда давай думать о том, как ты вернёшься домой, — улыбаясь его решительному тону, предложила она.

— Легко, — опять пожал он плечами. — В туалет вышел — вот и всё.

— Ты молодец, — кивнула она. — Успокоился?

— Ага. Я пошёл, — кивнул и он. И поднялся со стула. Но, когда подошёл к двери, обернулся. — Тётя Нина, давайте я сам Лене всё расскажу — про Савелия.

— Согласна.

И мальчишка вышел в коридор, так же решительно сразу направляясь к двери своей комнаты. Нина подошла было к двери — запереть её. И внезапно остановилась. Денис прав: нет вредного дядьки, который лез в её комнату. Нет призрака, который мстительно уводил из барака. Теперь барак вновь превращается в дом, где между соседями нет никаких охранительных границ. А значит, можно не закрываться на висячий замок, а можно просто задвинуть язычок щеколды и пойти досыпать то ночное время отдыха, которое было украдено призраком и Савелием…

Если последнее получится. Уснуть.

Она не стала ложиться. Уселась с ногами на диван, хорошенько укуталась одеялом. Время подумать. Например, о том, что несколько последних дней в бараке обнаружили в ней самой… ту самую стройняшку-хохотушку, которая была до замужества. И что-то уверенно твердило ей, что пора бы перестать прятаться от бывшего мужа, сама закрываясь от огромного мира и закрывая детей, как минимум — от города. Нет, ничего не скажешь: здесь жить замечательно, не считая некоторых неудобств. Но дети… Она нутром чуяла, что они каким-то образом давно поняли, что надо бояться мира вокруг них. Из-за отца.

Пора исправлять ситуацию.

Как — Нина пока не знала. Но твёрдо уверилась, что время пришло.

Несмотря ни на что, есть люди, которые искренне хотят помочь ей. И пусть она теперь немного настороже будет относиться к Марье Егоровне, но переживания той, как переживания и других жильцов из-за оставленной в беде тёти Матрёны, смягчали их вину.

…Нечаянный взгляд на часы. Время к половине седьмого. Пора готовить завтрак детям, поднимать их кормить и выпроваживать к полюбившейся им няне Галюшке… Нина неожиданно для себя замерла. Почему няня Галюшка сказала детям, чтобы они опасались Савелия? Почему она охарактеризовала его, как человека, не любящего «котеек»? Няня что-то знала о том, что произошло в комнате тёти Матрёны? Или однажды увидела Савелия в неприглядной ситуации?

Обеспокоившись, Нина сначала думала подойти к няне Галюшке, чтобы порасспросить её о том, почему она так назвала Савелия. Но покачала головой. Нет, не надо. Не надо тревожить то, что теперь ушло в прошлое — с концами. Пусть няня Галюшка и знает что-то о Савелии, сейчас это уже не важно. История прошла — и ладно.

И, решив так, Нина вышла в кухоньку, чтобы посмотреть, всё ли готово, чтобы начать готовить завтрак для детей, а потом высунулась из-за занавески и насмешливо сказала:

— Проспали всё на свете? Санька! Анюта! Встаём! С добрым утром!

И стиснуло сердце, когда полусонная Анюта села на кровати и поцеловала свою Плюшку в нос, пока котёнок лениво отбивался от неё лапками. Санька же встал и сразу понёс своего Тишку к тарелочкам, наполненным влажным кормом.

Вскоре оба сидели за столом и весело переговаривались, пока Нина не спросила:

— Как спалось? Что видели во сне?

Ждала ответа, что спалось хорошо, а во сне… ну, например, летали.

Но Санька вдруг сказал:

— А мне старенькая тётенька приснилась! Она меня за руку взяла и повела играть с котятами! Их так много было!

— Ой, и у меня тётенька была! — изумилась Анюта. — И я тоже с котятками играла! Мама, а бывают одинаковые сны?

— Вы же брат с сестрой, — удерживая слёзы, отозвалась Нина. — Наверное, бывают. А ваши Тишка с Плюшкой там были?

— Конечно! Мы в верёвочку играли!

После вопросов о сне дети некоторое время вспоминали его мелкие детали, не пугаясь, но радуясь, что у обоих они одни и те же, а потом услышали звонкий голосок няни Галюшки и заторопились мыть за собой посуду и собираться на улицу.

Оставшись в одиночестве, Нина задумалась, глядя на раззанавешенное окно: спал ли под утро Денис? Видел ли он тот светлый и радостный сон о котятах, к которым его привела тётя Матрёна? Или этот сон видели только самые маленькие дети барака? О последнем она-то узнает. Ведь Санечка и Анюта наверняка поделятся интересным сновидением с другими детишками из группы няни Галюшки.

Стоит ли спрашивать Дениса о последнем сне?

Нет. Если он его видел — расскажет сам. А напоминать ему о страшном, о ночном кошмаре во сне и наяву Нина не будет.

Видела ли тот сон Лена? Если видела, возможно, она и расскажет мальчишке, и тогда о нём будет знать и Нина. Насколько она понимала, подростки теперь будут частыми гостями в её комнате. Что ж… Жизнь начинает медленно, но упрямо расцветать лучшими красками, чем было до того… И Нина поклялась себе, что однажды выберет время и внаглую заявится к бывшему мужу. После случая с тётей Матрёной она ничего не боится и не хочет бояться! И фыркнула на свою браваду. А потом притихла, глядя на скамью перед бараком. А если не бравада? Рядом всегда теперь будет Николай, и уж он-то поможет ей во всём, о чём она его попросит. А уж дальше…

Оглянулась. Пора включать ноутбук. Пора работать.

Глава 19. Вместо эпилога

Потихоньку страсти улеглись. И пришло время поразмышлять, что именно случилось и почему…

Тело Савелия в барак не привозили. Родственники не захотели возиться с похоронами того, кто всю жизнь был гнилым прыщом на ровном месте. Единственно — купили гроб и сопутствующие предметы. На кладбище его увезли сразу из морга, благо дело передали соответствующей фирме. А через некоторое время в его комнату на законном основании вселилась пожилая чета — дальние родственники Савелия и тёти Матрёны. Жильцы барака поначалу смотрели на них насторожённо, но эти люди были искренне добродушны и благожелательны со всеми. И, что интересно — как заметила про себя Нина, они нисколько не усомнились, когда им предложили взять котят. И жильцы выдохнули, полностью приняв новичков.

Но это было очень даже потом.

А пока…

Денис и Лена часто забегали к Нине. Ведь теперь их объединяла общая тайна. А Нина гостеприимно встречала их, хотя сердце сжималось при взгляде на Дениса. Как хорошо, что мальчишке всего двенадцать лет!.. Хоть порой он рассуждает, как взрослый. Впрочем, последнее — возможно, оттого что он поздний ребёнок?.. Главное, что самого страшного в насланном кошмаре Денис не понял. Он увидел трагедию между тётей Матрёной и Савелием. Но, будучи подростком, не сумел разглядеть трагедию между тётей Матрёной и жильцами барака. Неизвестно, была ли в бараке мать Дениса во время той страшной сцены, слышала ли она умоляющий крик бедной женщины, на который никто не отозвался… Пусть мальчишка не будет с детства разочарован в людях. Пусть будет доверять тем, кого знает с детства. Пусть…

И однажды, когда они, все вместе, в очередной раз обсуждали, что произошло, Нина нашла способ увести мальчишку от опасного для него разочарования во взрослых. Просто спросила:

— Денис, а ты всё ещё видишь призраков за окном?

Спросила при Лене, и девочка тоже с любопытством уставилась на своего младшего друга. Да с таким вниманием, что Нина побоялась — не ответит мальчишка, восприняв это любопытство… праздным. Но Денис поджал губы, будто вспоминая, а потом сказал:

— Вижу. Но не так, как раньше.

— И в чём разница? — подтолкнула его теперь и сама заинтересовавшаяся Нина.

— Раньше они висели за окном, будто чего-то ждали. И я их боялся именно из-за этого — что они неподвижно висят. А теперь медленно так пролетают, как будто… растерялись и не знают, что делать дальше. Ну, без тёти Матрёны.

— Но они есть… — задумчиво уточнила она.

Лена смотрела на них и вдруг заволновалась.

— А разве мы им не поможем, как тёте Матрёне?

— Я ни одного не вижу так отчётливо, как видел её, — растерялся Денис. — А мне кажется, если бы им нужна была помощь, я бы разглядел хоть кого-то из них.

— Но того священника ты же видишь? С посохом который? — настаивала Лена. — Давай поможем ему?

— Да как? — уже чуть не рассердился мальчишка. — Он же к нам не подходит, чтобы мы ему помогли!

— Так и он не подходит, потому что не знает, что мы его видим! — обрадовалась девочка. — Давай постоим перед ним, чтобы он видел — мы смотрим прямо на него!

— И что дальше?

— Как что? Если он не отвечает нам… Напишем ему записку, чтобы он нам во сне, как тётя Матрёна, объяснил, как ему помочь!

Убеждённость девочки оказалась такой сильной, что Денис, кажется, чисто машинально посмотрел в окно. К Нине-то пришли к вечеру. И мальчишка проворчал:

— Мы его всё время днём видим…

— Вот завтра и подойдём к нему! — твёрдо решила Лена. Судя по следующей фразе, фантазия девочки, несмотря на плохое видение Леной призраков, работала неплохо: — А ещё надо бы объяснить тем призракам, которые плохо видны, что мы делаем.

— Как?

— А мы помашем им рукой, когда подойдём к священнику. Они послушают нас, поймут, что мы хотим помочь, и сами всё расскажут. Во сне. Ну, в нашем.