Ульяна Каршева – Сказка о заветном месте (страница 33)

Миранда тоже держала холодное оружие наизготовку, и Наташа видела, как мелко трясётся нож в её руке.

Внезапная мысль обдала жутким холодом: а если какой-нибудь призрак дотянется до лошади? Животное упадёт, а то и рванёт от боли куда-нибудь — и это падение или прыжок станут катастрофой для всех.

Воздух полнился беспрерывным шелестом одежды, беспорядочным посвистом оружия, топотом на месте, мужским учащённым дыханием, хрипом и редкими болезненными возгласами… Наташу передёрнуло, когда в этот воздух ворвался взволнованный детский голосок:

— Элфрид! Элфрид! Ты сказал, что я целительница! Давай я помогу второму дяденьке! Что надо делать?

Стоявший спиной к Наташе, удерживаемый её руками, Эктор, услышав мольбу девочки, резко повернул голову к ней.

— Нет, дитя! — даже испугался старик. — Стой там же и не подходи сюда! Твой дар здесь бессилен!

— Но ты сказал, что у меня есть сила! Забери её! Мне не жалко!

Под своими ладонями Наташа почувствовала, как вздрогнули зябко сведённые плечи мальчика… Сама поёжилась, когда Миранда охрипло позвала:

— Света, не уходи от меня!

— Я только хотела помочь! — торопливо и огорчённо объяснила девочка.

Эктор с шипением втянул воздух сквозь зубы.

— Что случилось? — заволновалась Наташа и тут же чуть не рассмеялась в истерике.

Что случилось?! Глупее вопроса в этой ситуации не придумать!

Но плечи Эктора под её ладонями чем дальше, тем более отчётливо тряслись. И он стал горбиться, криво, немного в сторону поднимая руку, а потом и вторую — так, как будто инвалид, впервые вообще пробующий поднимать руки.

Она снова склонилась над ним — понять, что с ним… И не сразу, но догадалась — по его искривлённому лицу: мальчик собирается снова использовать все те силы, что успел накопить. И знает, что ждёт его впоследствии. Не хочет, что понятно в его положении едва исцелённого. Но надо.

А когда до неё, которая сама тряслась от ужаса предстоящего, пока неведомого, но точно приближающегося страшного, дошло, что он собирается сделать… Она взялась за его руки, сильно опустила их вниз и буквально ткнула к лошади.

— Эктор, призраков можно убить огнём?! — заикаясь, потому что клацали от сумасшедшего адреналина зубы, выкрикнула Наташа.

Он закивал, но это у него получилось так, будто он замотал головой. Она быстро глянула ему в лицо. Уже не только искривлённое, но и в слезах…

— Стой на месте и держись за стремя! Ничего не делай!

— Натали! — умоляюще воззвал к ней Элфрид, на секунду оглянувшийся от пострадавшего волка.

В эти мгновения она понимала всех. Старик и боялся за состояние воспитанника, и хотел, чтобы он пожёг неожиданного врага. Потому что Элфрид не знал другого выхода из смертоносной ситуации.

Но и девушка успела сообразить, что можно сделать, не задействуя все силы Эктора до последней капли.

Её сумка от нетерпения упала на землю.

— И чего раньше не спросила, дура… — сквозь зубы бормотала она, лихорадочно вытаскивая из сумки три «шашечные» доски.

Словно куклу, мотанувшуюся в её руках, она развернула Эктора лицом к себе.

— Подожги! — рявкнула она, сунув ему под нос, по сути, иссушённую древесную кору, которую только что об колено переломала на четыре части. — Эктор, живо!

От внезапного приказа мальчик подчинился сразу, чиркнув пальцем по краю топлива. Но Наташа не собиралась ждать, пока огонь разгорится, и потребовала:

— Подожги так, чтобы вот эта широкая сторона загорелась! Быстрее, Эктор!

Вздрогнувший мальчик торопливо провёл пальцем по нужной стороне.

— Поджигай остальные, Эктор!

А пока Наташа мигом перебросила горящую кору через головы волков.

Плотная толпа призраков в этом месте замерцала едва видными в дневном свете искрами — и осыпалась. Наташа не успела досмотреть, что там дальше станется, — чуть правее полетела следующая горящая деревяшка. Её руки дёрнулись, когда у неё потянули из ладоней остатки коры. Дима! Он подсовывал оживившемуся Эктору деревяшки и передавал волкам, а если успевал, то и сам забрасывал самые плотные ряды призраков горящим топливом. «Доски» стремительно ломали не только на четыре, но и на большее количество частей.

Последние призраки, кажется, сообразили, что дело швах, и неторопливо поплыли в более или менее густую от кустарника чащобу. Но вслед им полетела горящая стрела, сорвавшаяся с лука одного из волков.

Изумлённая Наташа глазам не поверила, заметив, что стрелу поджёг Аедх!

Это вот как?!

Аедх же вместе с волком-лучником постояли немного, глядя, как мерцают остаточные следы призраков, а потом они поспешно пошли забрать стрелу и притушить суховатую здесь траву, которую уже смяло постепенно поднимавшееся пламя от стрелы.

Вернувшись к своим, воин-маг встал перед Эктором и сипло проговорил:

— В следующий раз, если ты знаешь, как совладать с напастью, говори нам. Мы все маги — в той или иной степени дара. Но огонь можем вызывать все.

— Я не знал… что вы не знаете, — с трудом ответил мальчик. — Я думал… — Он замолчал, отвернувшись.

Наташа посмотрела на него, на Аедха и сказала:

— Мы все растерялись. И Эктор тоже. Не надо злиться на него.

Подняв на неё тяжёлый взгляд, Аедх учтиво поклонился девушке и ушёл туда, где его волки приводили себя в порядок, а Элфрид уже спокойнее помогал пострадавшим оправиться от парализующего прикосновения призраков.

Отрадным девушке показалось одно: трое волков, которые не были задеты призраками и пришли в себя после странного боя скорее остальных, тут же разошлись по лесу — так, чтобы быть в поле зрения своих товарищей и самим видеть их. И вернулись — замедленным шагом, потому что всё их внимание было оказано найденным пластам коры, которую они на ходу подравнивали ножами или кинжалами.

— Им понравилась игра, — шепнула Миранда, которая тоже на всякий случай следила за волками.

— Не только игра, — вполголоса добавил Дима, услышавший её шёпот. — Видите? Они набрали столько коры, что хватит на каждого по несколько штук. Зачем? Думают — будет ещё одна драка?

— Может, и так, — задумчиво сказала Наташа, немного даже расстроившись, что волки набрали топливо. А потом улыбнулась: — Зато те несколько штук, которые они чистят, точно пойдут на шашечные доски!

— Почему ты так думаешь?

— А иначе смысл — их чистить-то?

— А-а… — протянул мальчишка. — Похоже, что так.

— Эктор, как ты себя чувствуешь? — спросила Наташа, когда ладошка мальчика ухватилась за её ладонь и крепко сжала.

— Огонь — это легко, — тихонько вздохнул он и осторожно выглянул из-за Наташи посмотреть на Аедха. — Жаль, что я… сглупил. Я ведь думал — придётся снова вызывать большой огонь. Так не хотел… А этот, маленький… После него я не чувствую, что мне плохо. И силы быстро восстановил.

— Боишься Аедха? — прошептала Наташа, чтобы слышал только Эктор, который снова опасливо выглянул из-за неё.

— Я не боюсь, — насупился мальчик. — Но он злится.

— Он злится не на тебя, Эктор, — подошёл к ним Элфрид. — Он злится на себя.

— Почему? — удивился мальчик.

— Он знает, что против призраков действенно железное оружие, но не знает обо огне. Мы учимся, Эктор, каждый раз сталкиваясь с чем-то опасным, но редким в жизни. Теперь он знает. И в следующий раз, когда мы столкнёмся с чем-то неведомым нам, лучше бы сразу обговорить, как с ним, этим неведомым, можно справиться. Не забудь об этом, Эктор.

— Только тогда пусть и Аедх не забывает.

С последним словом от мальчика Наташа согласилась: там, где один не сообразит, как справиться с бедой, другой подскажет.

Кстати… Элфрид здесь. Значит, те два волка пришли в себя?

Она присмотрелась. Точно. Они уже спокойно общались с товарищами или слушали Аедха, который обращался то к одному, то к другому своему подчинённому.

— Элфрид, — не глядя на старого эльфа, сказала Наташа. — А что случилось с этими призраками? Я поняла, что призраки опасны. Но чем?

— Это магические призраки, — объяснил старик. — Поэтому они не ушли вслед за исчезновением своих физических тел. Они бродят по миру, ищут живых, чтобы содрать с них оболочку смертного.

— Но зачем? Они так… питаются?

— Нет. В них крепко убеждение, что они могут таким образом вернуть себе плоть и стать живыми.

— Вы сказали, это их убеждение — стать живыми. А что на деле?