Ульяна Каршева – Мотылёк (страница 49)

- … Почему же ты не предупредил меня? – спросила Лора, слушая его торопливый рассказ.

- Если б я сказал хоть слово – что бы ты сделала? – спросил в свою очередь Эмиль и пожал плечами. – Ты начала бы уговаривать меня остаться, сказала бы, что вместе придумаем что-нибудь другое, более стоящее, чем работа в богадельне. Возможно, сказала бы, что подключишь своего отца, чтобы он нашёл мне работу. А я и так из последних сил… Одного твоего появления хватило бы, чтобы я бросил всё и остался. Я очень боялся. И очень хотел, чтобы ты вошла. Даже несмотря на то что ты сказала про развод. – Он положил руки на стол, ссутулился. – Ну да, я слабовольный. Или слабохарактерный. Но теперь я думаю… Я думаю, какой это был бы ужас, если бы ты вошла и я остался. Я никогда бы не узнал, что такое жизнь. Настоящая. Да, здесь плохо пахнет. Да, мне приходится, кроме бухгалтерской работы, выполнять множество других небольших дел на подхвате, потому что рук не хватает. Но, Лора… Мне это нравится. Очень. А ещё… - Он вдохнул побольше воздуха, как будто боялся, что ему не хватит на дыхание из-за того, что он хочет рассказать. – Когда я проработал здесь два дня и ночью свалился спать, перед сном вдруг подумал странную вещь: здесь я и правда живу по-настоящему, а то, что происходило со мной там, в той жизни, на всяких балах и раутах, – это… Это как картинка в вирте. Что-то маленькое и суетливое. Из какого-то выдуманного мира. – Он снова взглянул на Лору, будто не замечая всех остальных, кто сидел рядом за столом. - И ещё подумал, что ты была права, когда кричала на меня, что это не жизнь.

В противоположном углу низкого помещения звонко стукнули тарелки. Эмиль вздрогнул и нервно оглянулся. Лоре показалось, он был готов мчаться туда, чтобы самолично разобраться, что именно происходит. Но он снова повернулся к ней лицом, всё ещё улыбаясь, правда теперь как-то более насмешливо. И его негромкий голос продолжал звучать отчётливо на фоне общего гула и позвякивания.

- Иногда мне кажется, я смешон на этой работе. Чужим себя чувствую, да и люди, которые сюда приходят, косятся порой. Но это когда работы мало. А начнёшь носиться – не до мыслей. Первый раз сюда пришёл – брезговал. Вонь, люди какие-то… Как ветхие тряпки… Хм. Был бы здесь твой отец – он сказал бы, что это не работа, потому что здесь нельзя заработать и нельзя подняться по карьерной лестнице. Нет роста. И даже возможности и стремления стать кем-то выше. Может, он и прав. Я… не знаю. Может, у меня пока эйфория, оттого что я занимаюсь чем-то другим. Может, это сейчас мне здесь нравится, а потом всё покажется сплошной глупостью. Всё может быть. Только, Лора, после этой работы я буду точно знать главное: чего я стою и чего я хочу.

Он замолчал, уже смущённо улыбаясь. Лора, кажется, поняла его смущение: разболтался неожиданно для себя. Это Эмиль-то, привычно спокойный и обычно выбирающий слова.

- Значит, ты нисколько не раскаиваешься, что работаешь здесь?

- Смешное слово – «раскаиваешься», - усмехнулся Эмиль и осмелился взглянуть на внимательно слушающего Эрика. – Пока я обрёл смысл в жизни. Пока. Потом, будет время оглядеться, может, найду что-то другое. Но сейчас… Сейчас мне нравится, когда эти люди, приходящие в эти бедные благотворительные обеды, хоть и побаиваются меня (а они сразу понимают, что я человек не их круга), но всё равно говорят мне спасибо. Лора, я знаю, это странно, что я здесь. Но иногда я думаю: вот уиверны – Эрик заставил их сделать мне операцию, не просто дорогостоящую, а вообще стоящую неимоверной суммы денег. А для чего? Чтобы я снова красовался на балах? Пусто как-то. Даже глупо.

- А где ты сейчас живёшь? – тихо спросила Лора.

- У старшего брата Рене – у Энтони. Он мне сдаёт комнату в квартире. У него семья, но поскольку я почти не бываю дома – прихожу только спать, то мне нравится. У меня есть вещи на первые дни. Скоро получу первые деньги за работу здесь – и себе оставлю, и на наш общий счёт буду откладывать – хотя бы за билет отдать.

Он говорил быстро, с подъёмом. Лора смотрела на него – и сомневалась, и прятала улыбку: долго ли он здесь продержится? Вон какой восторженный. Хотя что она сама понимает в этой жизни? Зато теперь она знала, что никогда не выпустит Эмиля из поля своего зрения, пока он до конца не встанет на ноги. Кстати… Она оглянулась на деда Ингрид. Он же хотел попробовать Эмиля в своих целях? Хотел взять на работу? Почему же сейчас он молчит? И смотрит на Эмиляизучающе. Тоже думает, что её бывший муж долго здесь не продержится?

Старый Логан так и не сказал ни слова, но, когда распрощались с Эмилем и вышли на улицу, тёмную даже днём из-за столпившихся здесь высоток, старый пират сказал:

- Эрик, присмотри за ним. Мальчишка явно не дурак, разве что практического опыта не хватает. А после такого опыта будет ещё ценней.

- Нашёл, кому напоминать, - пробормотал Эрик и чуть позже обратился к Лоре: - Теперь ты успокоилась?

- Да, - сказала Лора, посматривая на верхушки домов, запрокидывая голову. – И очень рада, что ты будешь за ним приглядывать.

Эрик положил её руку себе на сгиб локтя и повёл из переулка. Лора была ему благодарна, что он не сразу велел сесть на вертолёт, и потому можно пройтись. Она знала, что слова Эмиля, не всегда логичные и очень взволнованные, ей нужно заново прокрутить в памяти. И сейчас она была полна благодарности Эрику за то, что он выполнил её желание и нашёл Эмиля, дал возможность увидеть его и нисколько не обозлился, когда они, Лора и Эмиль, в порыве странного чувства давно не видевших друг друга родных людей бросились обниматься.

Так, в молчании, они прошагали улицу, прежде чем сели на вертолёт. На последних шагах к нему Лора взглянула в лицо Эрика. Странно было думать о том, что оставила в прошлом мальчишку, только-только начинающего жить, и идёт под руку с мужчиной, который многое повидал…

Остальные шли позади и тихонько переговаривались. По отдельным репликам Лора поняла, что команда Эрика делится впечатлениями о недавнем происшествии. Лишь старый Логан с Ингрид шли молча.

Но у вертолёта старый пират удержал за руку девушку, собиравшуюся сесть вместе с Лорой и Эриком.

- Мы полетим на другом транспорте! – категорично заявил Логан, и Ингрид пожала плечами и пошла за ним.

А Эрик помог Лоре зайти в салон и сесть. Когда вертолёт поднялся в воздух и набрал высоту, Лора задумчиво спросила:

- И что теперь? Что дальше?

Эрик поднял её ладонь – опять высоко, как поднимал её в первый раз, в первую встречу на лайнере, поцеловал и сказал, глядя в глаза:

- Лора, я люблю тебя. Согласна ли ты выйти за меня замуж?

На несколько секунд она беспомощно застыла взглядом на его сияющих тёмным аквамарином глазах, а потом выдохнула и сказала:

- Эрик, любимый, я согласна!

И даже его деловитое:

- Свадьба – через три месяца. Эти три месяца будешь жить у меня!

… не приземлило её впечатление летящего счастья.

Три месяца спустя

Запыхавшись, Лора почти домчалась до угла дома и только было вытянула левую руку к углу, чтобы для опоры вцепиться в выступ и крутым нырком завернуть за дом, как между лопатками что-то мягко и ощутимо нажало. Она стремительно развернулась и, уже привычно не глядя на цель (руку немедленно дёрнуло куда надо), выстрелила из пистолета.

- Так нечестно!! – завопила Ингрид, резко остановившись и обиженно глядя на засветившееся красным пятно на своём импульсном жилете – в районе сердца.

- Честно! Ты сама сказала – до первого выстрела в сердце! – крикнула Лора, сама в запале и сияя, что попала сразу, с первого выстрела.

- Но мы только начали!

- А я виновата? Ты же меня натренировала так, что у меня руку буквально тащит стрелять в цель! И что мне теперь делать? Это уже рефлекс! – Лора глубоко вздохнула, съехала по стеночке на разогретую солнцем брусчатку у дома и предложила: - Ингрид, может, хватит? Пошли в дом. Чаю попьём. Мне бы отдышаться надо от этой беготни.

Ингрид подошла к ней и мрачно свалилась рядом, поставив между коленями ствол импульсного пистолета. Она и одного раза выстрелить не успела.

- Мы и пяти минут не побегали, а ты – отдышаться, - пожаловалась она. И вздохнула, глядя на бесконечный приусадебный парк.

Поместье Эрика, расположенное на Тэе – планете густых и дремучих лесов и множества небольших озёр и мелких речек, впритык примыкало к одному из смешанных лесов и неплохо вписывалось в окружающие пейзажи. Приусадебный парк отличался от леса тем, что лишние кусты под огромными деревьями убрали, а между самими древесными гигантами проложили небольшие каменистые дорожки, чтобы по парку можно было и погулять. Тем более, защита от дикого зверья была невидима и давала возможность представлять, что гуляешь по самому настоящему лесу.

Девушки сидели у самого дома, а через дорогу и небольшую ухоженную, чисто парковую полосу кустов начинался сам лес.

Дойдя в своих мыслях до «гуляешь», Лора оживилась.

- Ингрид, а давай погуляем по парку, как в прошлый раз? Попросим на кухне собрать нам рюкзаки с ланчем – и вперёд?

Не двигаясь с места и не глядя на Лору, Ингрид спросила:

- Лора, тебе здесь нравится? Среди лесов?

- Да. А тебе? Разве нет? Ты же с удовольствием гуляла со мной в прошлый раз.

- У меня ощущение, что в этих лесах тесно и света мало, а мне пространства хочется и света, - пробурчала Ингрид, а потом откинулась прислониться к стене дома и мечтательно сказала: - Вот будут у меня деньги, найду себе место на какой-нибудь планете, где есть океан, а в нём острова…