Ульяна Каршева – Дым Чары (страница 63)
После обеда первыми на улицу вышли Артём и Костян, как первые же поевшие. Арина замешкалась, пока перекладывала в сумке с ингредиентами вещи так, чтобы они были под рукой, а то перемешались за время её движения. Перекладывала, естественно, для виду. На деле же хотелось выйти из кафе вместе с Сергеем. Кажется, он сообразил это, так что заторопился, быстро допивая сок…
— Арина, выйдем вместе! — чуть не велел он.
Сдерживая радость (ну и что, что деловито сказал!), девушка покивала и снова присела за стол. Строго сказала:
— Не торопись, а то тоже, как Костян, разбрызгаешь.
И покраснела: насколько воспитательским тоном высказала это предупреждение.
Но Сергей только улыбнулся, а потом откинулся на стуле, чтобы положить на колени собственную сумку с ингредиентами, а потом… Благо сидели соседями, он достал из кармана джинсов что-то сверкнувшее бликами и протянул вещицу Арине.
Девушка машинально забрала предложенное и ахнула: на ладони лежал кулон из какого-то плотно-зелёного цвета, на серебряной цепочке.
— Что это?
— Это малахит. Кулон для тебя я купил давно, да всё никак обстоятельства не позволяли… — Сергей замолчал, немного смущённый. — Тебе… нравится?
— Очень! — искренне подтвердила Арина и поспешно спросила: — А ты… Ну…
И прикусила губу, не зная, как выразиться.
— Я тоже не знаю, как сказать, — признался Сергей. — Но… Мне бы хотелось, чтобы между нами… Ну… — Он покачал головой: — Легче с дымчарой разобраться, чем объяснить всё, что надо, в такой ситуации. Арина, давай начнём с… дружбы… Если ты не против… Господи, каким идиотом я себя… — пробормотал он, виновато глядя на девушку.
Он не успел убрать руки. Зажав в кулачок кулон с цепочкой, Арина положила ладошку на его руку и торопливо сказала:
— Я хочу с тобой дружить! — И тихонько рассмеялась. — Теперь и я себя чувствую…
Они вышли в коридор, где настенное зеркало позволило увидеть, как будет глядеться кулон на Арине: Сергей сам повесил девушке вещичку, встав за её спиной. Полюбовавшись немного то ли подарком, то ли дарителем, Арина спрятала кулон под блузку и улыбнулась Сергею, глядя в зеркало:
— Не хочу, чтобы остальные знали. Пока.
— Согласен, — сказал он, стоя так близко, что Арина не удержалась: мелкий шаг назад — и прижалась к нему так, что он сразу сообразил опустить ладони на её плечи.
Но работа ждала — и они заспешили выскочить на улицу, где их уже ждало такси, вызванное Артёмом.
К дому с «варнинговой» квартирой добирались постепенно — заходя во все дома, которые попадались по дороге. Так что, пока дошли, у подъезда их уже дожидались Неля и Владислав. Арина радостно подумала: «А ещё скоро приедет Виктор!»
Эйфория владела не только ею. Пока чистили квартиры одну за другой, Артём и Костян постоянно лезли в гущу событий в каждой квартире, а всё потому, что часто, почти каждые полчаса оборачивались к Сергею и спрашивали:
— Ну? Что там? Звонят?
А он радостно качал головой.
— Нет, не звонят.
Позвонили до вечера лишь три человека — всё с той же просьбой устранить паранормальный негатив в квартире.
В одной из квартир первым чуть не вляпался Артём. Он так самоуверенно полез между тремя дымчарами-хлорофитумами, словно их уже можно было не принимать в расчёт, как опасность. Только крик Костяна помог вовремя вытащить его из немедленной ловушки: дымчары резко зашевелились, пытаясь приблизиться к человеку, который излишне самонадеянно присел на корточки рядом с ними, собирая на месте оберег.
А через полтора часа Костян, вроде бы осторожно обходивший довольно крупного хлорофитума, не заметил, как лапа дымчары медленно поднялась — и…
Арина рыбкой бросилась вперёд, свалив на пол очумевшего от неожиданности мальчишку и свалившись сама. После чего лихорадочно задвигала ногами, отталкиваясь от пола и уходя с Костяном из-под удара хлорофитума к стене, пока мужчины стремительно накидывали на дымчару ремни с ключами, используя подсказанный Владиславом приём.
И вот, наконец, она — «снежная» квартира.
Успел добежать к подъезду Виктор, после чего вся компания нетерпеливо влилась в нужную квартиру и столпилась у входа в комнату, всегда тёмную, потому что когда-то Сергей закрыл окно плотными шторами: в темноте дымчары вялые. А потому приходилось пользоваться свечами, чтобы рассмотреть в ней хоть что-то.
«Снежинок» не было.
Но колодец пустоты был.
— Арина, — напомнил Сергей, встревоженно всматриваясь в него — на расстоянии всё тех же двенадцати оберегов от границ колодца. — Будь осторожней.
— Буду, — пообещала она, садясь на колени и забирая у него сумку с серебряной проволокой и выкладывая один из главных ингредиентов перед собой на пол.
Остальные встревоженно застыли у порога.
Как лучший собиратель оберегов, которых до неё никто не придумал, Арина должна была сосредоточиться на всех двенадцати оберегах, чтобы понять, где необходимо использовать серебро. Если такая возможность — усилить обереги серебром — будет.
Она смотрела на колодец и пальцами будто размешивала серебряную проволоку, выложенную на пол. Стороной слышала за спиной негромкие реплики:
— Я думаю, это портал из другого мира к нам, на Землю, — важно говорил Костян.
— С чего ты так думаешь?
— Когда мы сюда в первый раз пришли, Аринка сказала, что она хотела бы проверить этот колодец счётчиком Гейгера. Ты знаешь, что это за счётчик?
— Знаю, — ответил Артём, чуть усмехаясь. Наверное, для него вопрос Костяна прозвучал очень наивно.
— А там, где физика, значит — эти дымчары инопланетные. Возможно, разумные. А возможно — мутанты, — подбавив в голос угрожающих ноток, произнёс Костян.
— Любопытная версия…
— А мне кажется, эти дымчары — что-то из области мистики, — прошептала Неля. — Мы ведь многого и о своей Земле не знаем. А вдруг?..
А потом голоса стихли.
Арина застыла на мгновения, глядя на колодец пустоты — и кинулась вперёд с такой скоростью, что поойкивала время от времени, когда коленками стукалась о пол. За собой тащила, двигая по полу, кучу серебряной проволоки, которая постепенно таяла: девушка быстро и уверенно вплетала проволоку определённой длины в видимые только ей места на оберегах. Причём, насколько сама заметила, той же проволокой ещё и прикручивала ослабевшие со вчерашнего дня элементы оберегов.
Когда оползла двенадцатый оберег полностью, довольно здорово потратив серебряную проволоку, подбежал Сергей, помог ей встать.
— Всё, — сказала Арина. — Больше… — она посмотрела на свои руки. — Больше не получается ничего. Может… потом? Но сейчас — нет.
— И не надо, — подбадривающе уговаривал Сергей, оттаскивая её от оберегов и колодца. — Если понадобится — потом доделаешь. А сейчас… мы только посмотрим, стоило ли стараться с серебром…
— Вроде ничего не происходит, — с тревогой вглядываясь в колодец, сказал Владислав.
Рюкзак с ингредиентами лежал у его ног — снова, как ни странно, полный. Арина ещё слабо удивилась: где ж он его пополняет? Наверное, у него много друзей — решила она, которые откликаются на его просьбы помочь с элементами оберегов.
— Я тоже ничего не вижу, — вздохнула Неля.
— Зато я вижу, — напряжённо сказал Костян. Он стоял чуть сбоку от входной двери в комнату и всматривался в колодец со стороны стены.
Владислав немедленно переместился к нему. Постоял молча, приглядываясь, пока остальные с надеждой смотрели на него.
— Точно, — нарушил он молчание. — Я тоже вижу!
Все торопливо бросились посмотреть, что именно они видят. И замерли, не в силах поверить глазам: почему-то именно с этой стороны колодец пустоты начал просвечивать — да так, что сквозь него стали видны линии шкафа, стоявшего за ним.
— Он… пропадает? — пожелал убедиться Артём.
— Кажется, да, — всё ещё с сомнением ответил Сергей.
— Арина… — прошептал брат. — Что происходит? Я не вижу — забыла?
— Колодец исчезает, — удивлённо сказала девушка, не веря сама себе.
— Тот, в котором падал снег? — уточнил Виктор, изо всех сил таращась, но — увы, так и не видя того, что видели все остальные.
— Ага. Тот.
Колодец пропадал медленно — так, словно неохотно, не желая уступать. По нему бегали странные тени, из-за чего у Арины, например, складывалось впечатление, что его обливает чем-то невидимым даже для них для всех, но отчего он словно таял. Словно был ледяным, а его обливали горячей водой…
Понадобилось сорок минут, чтобы колодец испарился совсем.
Они стояли неподвижно, до сих пор не веря.
— И что будет, если я… — первым нетерпеливо начал Костян.