Ульяна Громова – Дитя раздора. Работа над ошибками (страница 6)

Впрочем, пока я одевалась и собирала рюкзачок с документами и парой вещей, видела в окно кухни, что он это уже сам сделал. И мешок просроченных яблок моим свинтусам высыпал. Хороший Артем хозяин. Наташке с ним повезло.

Я запирала дом, а Артем стоял у калитки и звонил соседу:

– Дядь Гриш, за домом Старковой одним глазом присмотри, ладно? … С меня причитается, – улыбнулся на слова соседа и, вытащив у меня ключ из рук, сам замкнул калитку и повесил его на крючок с другой стороны ворот.

Григорий Антоныч не первый раз будет присматривать за моим домом, поэтому знает, где взять отмычку. А я со спокойной душой и с радостной улыбкой села в машину Артема.

Он включил потихоньку музыку и тронул машину с места. Развернулся на дороге и погнал к выезду на трассу.

Мы молчали, но это было приятное молчание. Которое в любой момент можно было легко нарушить любым словом и завязать непринужденную беседу. Но мне было хорошо и так. Любимый рядом, шансонье пел о жизни, мерно шелестели покрышки по асфальту. И я улыбалась, смотря в окно. Ловила на себе взгляды Артема.

Он тоже улыбался. Взял меня за руку и держал всю дорогу до самого города, если только ему не нужно было переключить передачи. Потом снова брал меня за руку.

– Катюш, если хочешь, заедем к твоим жильцам, посмотрим, в каком виде квартира, – предложил и большим пальцем погладил тыльную сторону моей ладони.

– Я думала попросить тебя об этом, когда ты будешь свободен от своих дел.

– Мне только забрать запчасти. Это недолго, я все оплатил через приложение. Так что если хочешь, можем сразу заехать. Они дома?

– Не думаю – они оба работают. Скорее всего, только вечером.

– Хорошо, пусть будет вечером. – Он помолчал. – Может, сходим куда-нибудь? В кино?

– Лучше в парк. Который с аттракционами.

Артем взглянул на меня с удивлением, вздернул брови:

– Почему в парк?

Я пожала плечами:

– Просто ностальгия. Я была там только с родителями. Мне там было хорошо… – Горло сдавило. И Артем сжал мою руку, давая ощущение поддержки. – С тобой мне тоже хорошо, – добавила я.

– И мне с тобой, Кать…

Так ответил, что в душе защемило, слезы навернулись на глаза. Хорошо со мной… Но муж он чужой.

Такие мысли нет-нет, но возникали. Я снова прогнала их, глубоко вздохнула, похлопала ресницами, чтобы высушить непрошенные капли, и перевела разговор на другую тему, близкую нам обоим:

– А еще в детский магазин заехать хочу. Уже руки чешутся купить что-нибудь в приданое малышу.

Андрей поудобнее уселся в кресле и кивнул:

– Это обязательно. Я тоже хочу.

– Артем, а чем ты будешь в городе заниматься?

Мне это было интересно. Не только потому, что я все же строила планы, как мы будем растить сына, живя в разных семьях. Я хотела понимать, сколько у Артема вообще будет времени на нас с сыном.

***

Артем

Катя словно мои мысли читала. Я как раз всю дорогу держал ее за руку и думал о том, что до рождения малыша вообще не буду работать. Ну а смысл выходить на два месяца? Лучше провести их с Катей. Я это решил по дороге.

А Наташе я, конечно же, скажу, что вышел на прежнюю работу, чтобы не было лишних вопросов. К тому же она мне прям в соточку – там выезды днем и ночью, командировки в пригороды на двое-трое суток, которые я почти законно смогу проводить с Катей, не рискуя нарваться на гнев жены. И ей будет спокойнее.

Я привык не прятаться от жены, но после прошедшей ночи уже не был уверен в правильности такого поведения. Спокойнее было бы родить ребенка и поставить Наташу перед фактом. Поорала бы, поистерила и успокоилась.

Но теперь уже поздно копья ломать. Только Катю я не просто так с собой в город забрал – побоялся оставить. Теперь уже не мог даже представить, что в мое отсутствие выкинет моя жена.

– Кать, а как вы с Наташкой познакомились?

Катя повернула ко мне голову:

– Я думала, ты знаешь, – удивилась она. – Хотя… – пожала плечами. – В деревне мы были шапочно знакомы, Наташа старше меня на два года. А в городе встретились и как землячки подружились. Только она не технолога училась, а я на маркетинг. Но знаешь, Артем, слышала как-то выражение, что женской дружбы не существует. Красивые девушки выбирают в подружки тех, кто попроще, чтобы оттенить собственную красоту. Из нас двоих красивая была Наташа, а я умная. Ой, прости, я не хотела…

– Не, я понял, – улыбнулся Кате. – Но ты неправа в одном… – помолчал, окинул ее взглядом и перед глазами она голенькая встала. Я облизал ее фигуру мысленным взглядом. – Ты красивая, Катюш. Очень красивая.

Наташка холеная, красота ее выверенная. Катя – как природа дала, такая и есть. Наташка чуть полкило наберет веса, сразу неделю только листики салата жует и йогурты ест натуральные, несладкие. А Катя… она в тех местах, где моя жена худая, вся округлая, но и у нее при таком-то хозяйстве нет на теле ничего лишнего. У них вообще фигуры разные. У Наташи талия высокая, тело от этого кажется коротковатым, от спины к попе спуск пологий, и сбоку ее силуэт на тонкую веточку с каплями дождя похож: большая капля – попа, капли поменьше – титьки.

А у Кати все пропорционально, она моделью могла бы быть. Изгиб ее кошачий в пояснице и ямочки над попкой – я насмотреться на них не мог. Вид сзади просто потрясающий. Да и спереди не уступает – грудь не такая большая, как у моей жены, но тоже торчком и мне в ладошку не вся влазит. Идеальный вариант.

Хотя я люблю большие попы и большие титьки. На Наташку потому и запал. Все мое!

Но вот слова Кати о женской дружбе зацепили. Заставили задуматься. Мгновенно всплыли небрежные фразы жены о подружке ее, о Кате:

…простая, как грех… – И с этим я согласен. Грех, который волнует, черт возьми.

…да кому она нужна? Сильно умная! Мужчины любят глазами… – И я опять согласен, кроме да кому она нужна… Счастливым будет тот мужик, что в жены ее возьмет.

Из груди вырвался тяжелый вздох, живот напрягся, а плечи поднялись. С чего меня подобрало всего, как будто я кинуться на кого-то решил, я не понял. С трудом расслабил плечевые мышцы и… хватку на Катиной руке и руле.

Вот даю миру копоти…

***

Катя

Кусала губы, переживая, что задела Наташу. Я не из тех женщин, что будут поливать соперницу грязью. Да и какое соперничество? Мы с Наташей почти на равных. Она – жена Артёма. Я – ношу его ребёнка. Будто поделили мужчину пополам и разделили роли. Она его услада, а я – жизнь, в которой скоро появятся крики, подгузники, заботы, бессонные ночи…

Наташа сознательно лишила себя этих радостей. Мне только непонятно, как он ей разрешил. Но это дела очень личные и их семейные, я не лезла.

Вздохнула, подумав о том, что не сделай этого Наташа, Артема бы в моей жизни, наверное, не случилось. Наша бы связь была пустая – просто секс. А сейчас… мне казалось временами, что между нами появляется что-то большее.

– Кать, есть хочешь? Ела что-нибудь сегодня?

Я помотала головой, неожиданно вырванная из мыслей. Смотрела, как Артём съезжал к небольшому кафе на въезде в город. А рядом ларек. У меня сразу слюней набирался полный рот.

– Да, шаурму в сырном лаваше, только без кетчупа, но с горчицей.

– А тебе можно? – нахмурился Артем.

– Скажи, чтобы немного положили, – кивнула я и сглотнула.

– А пить? Сок?

Я прислушалась к себе:

– Нет, минералку без газа.

Артем вышел, а я наблюдала за ним. Как делал заказ, платил и, взглянув на машину, зашел в кафе. Потом вернулся в ларек, держа в руке бумажный пакет, взял шаурму и вернулся в машину.

Когда садился, поставил пакет мне на колени. Он горячий. И из него распространялся запах курицы-гриль. А еще я видела большой контейнер с отварной картошкой.

– Я квартиру посуточно снял, а это чтобы не готовить. Но если хочешь, можем заказать пиццу или суши, м? – смотря на меня, он завел «Лексус».

Я кивнула с улыбкой. Хотелось и пиццу, и суши. И салат какой-нибудь. И сладкого. И Артема под бок.

Мы сразу поехали в самый крупный торговый центр «Планета», вместе пошли в детские магазины.

***

Артем

Мне казалось правильным, что покупать вещи к рождению сына мы идем с Катей. Наташу я обязательно приобщу к этому позже – пусть втягивается. Может, детские вещички помогут ей прийти в себя. А пока с Катей этот выход мне нужнее. Она наверняка уже знает, что нужно купить малышу на первое время.

И я с готовностью ходил с ней, перебирал детские тряпочки, удивлялся, что бывают подгузники для мальчиков и девочек, запоминал, к чему примерялась Катя, как выбирала коляску, почему отказывалась от качающейся кроватки, но смотрела на ту, что с полочками внизу. Она была счастлива, то и дело обнимала меня, льнула, целовала в губы и смеялась. И я тоже. Мы ходили по центру в обнимку, мне все время хотелось спустить руку пониже талии и смять ее попку, и пару раз я позволял себе это. Потом Катя убежала в туалет, оставив меня на скамейке посреди широкого прохода между ювелирными островками, и я сначала хотел позвонить жене, но потом поднялся и подошел к прилавку.