Ульяна Гринь – Таверна «Зеленый попугай» (страница 6)
– Конечно, – она вдохнула, выдохнула и продолжила уже с воодушевлением: – Нет, тут, разумеется, надо убраться, но… Посмотри, какой огромный двор! Здесь можно поставить столики в хорошую погоду и… И вообще! Второй этаж! Там наверное комнаты, которые можно сдавать!
Вик покачал головой. Не сдаваться. Это просто первое впечатление. Она скоро устанет, ей станет скучно. Принцессочка привыкла, что ей прислуживают, в таверне же прислуживать будет она…
– Пойдём внутрь? – она оглянулась, и Вику пришлось согнать довольную улыбку с лица. он ответил:
– Думаю, там ещё… грязнее.
– Ничего, я знаю отличный способ убрать грязь, – весело ответила Лекса.
Она открыла дверь ключиком и толкнула её. Вик честно ожидал, что дверь рухнет на пол, но та выстояла, правда, заскрипела, как несмазанная телега. Лекса вошла первой, и он услышал её до омерзения восторженный голосок:
– Виуз, это просто сказочно! Прибраться, починить столы и лавки – и это место станет лучшим в городе! А может и во всём мире!
Вик поморщился. Во имя Богини, нельзя давать женщинам ощущение собственного всесилия. Это развращает их. А окружающим от этого плохо. Вот, пусть прибирается и украшает, кто ей позволит руководить в таверне-то?
Он вошёл вслед за Лексой. Похоже, перед тем, как забросить коммерцию, кто-то заметно тут покуражился. Подошвы сапог захрустели по осколкам посуды, Вик безотчётно поднял и поставил на ножки покосившийся стул, огляделся. Солидное помещение, и потолки высокие. Балки вроде нетронутые жучком. Окна маловаты, но можно свечей поставить побольше…
Вик покрутил головой. Глупость несусветная! Он уже начал таверну обставлять! Зачем? Надо поискать здесь что-то, что может вывести его на путь. Что-то с волнистой линией.
– Так, Вик, давай разделимся, – деловито сказала Лекса. – Ты берёшь на себя двор, а я внутри начну убирать.
– Я не собираюсь ничего убирать, не мужское это дело, – рассеянно ответил Вик, разглядывая внутреннее убранство таверны.
– Как это не собираешься?! – удивилась девушка. – Ты же совладелец! Мы на равных правах будем заниматься бизнесом! Поэтому надо на равных правах заняться ремонтом и уборкой!
– Я не буду заниматься никаким бизнесом! – рявкнул всерьёз обозлившийся Вик. – А тем более уборкой! Делай что хочешь, я ищу знаки!
– Правило первое! – тихонечко просвистел зелёный попугай, карабкаясь по чудом уцелевшему высокому стулу на стойку бара. Потом принялся расхаживать по столешнице, разглагольствуя: – Женщине перечить нельзя никогда, ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах. Потому как это заставляет женщину нервничать, а когда женщина нервничает, у неё в руках могут оказаться тяжёлые предметы. Соображаешь? Идём далее. Когда у нервной женщины в руках оказывается тяжёлый предмет… – и вдруг заорал дурным голосом: – Лекси, брось сковородку!
Вик шарахнулся от попугая в сторону, и голова вдруг встретилась с каким-то тяжёлым предметом. В ушах зазвенело, в глазах потемнело, и Вик осел на пол, озадаченно взмахнув руками. Попугай удовлетворённым голосом прокомментировал:
– Вот что случается, когда у нервной женщины оказывается в руках тяжёлый предмет!
Лекса склонила голову к плечу, закинув на него же огромную чугунную сковороду, и заботливо спросила:
– Как ты себя чувствуешь, Вик?
– Н-не зн-наю… – пробормотал он, пытаясь нащупать болевшее место на голове. Нащупал и зашипел, как степная гадюка. Попугай гаркнул:
– Подъём! Штанишки надиём!
– Не надиём, а надеваем, – рассмеялась Лекса.
– Но всё равно вставаем! – победоносно закончил попугай и откашлялся: – В общем, дайте друг другу мизинчики и скажите: «Мирись, мирись и больше не дерись!»
– Бездны на вас нет, – буркнул Вик. Нет, ну надо же! Какая-то девчонка взяла и стукнула его по голове без предупреждения! Этого он ей точно не простит! Но страшная месть варвара настигнет её в тот момент, когда в руках Лексы не будет никаких тяжёлых предметов.
Глава 5, где герои искрят
Варвар и наследник варваров занимался тяжёлым неблагодарным трудом во дворе, а Лекса пыталась сообразить, с чего бы ей начать. Нет, она, конечно, уже начала уборку – стащила все стулья и останки лавок в один угол, двинула столы в другой и освободила хорошее пространство в середине.
– Пашка, ты нашёл целую посуду?
– Я в процессе, – пропыхтел попугай. Посуду он сортировал своеобразным способом: треснутые и битые бокалы, тарелки, чашки клювом сбрасывал на пол, целые оставлял на полках. В результате ревизии Лекса опечалилась:
– Эх, и это придётся докупать…
Она подошла к столбу в середине зала, к пришпиленному листку бумаги и написала по-эридански ещё один пункт каллиграфическими округлыми буквами: «Купить посуду». Почти все предыдущие пункты начинались со слова «купить»… Ничего, матушка втайне от отца сунула Лексе увесистый кошель с империалами, так что начинающая коммерсантка не пропадёт.
Что ж. С детства Лекса слышала фразу: «Чтобы начать что-то новое, надо избавиться от старого и ненужного». Старое и ненужное сейчас захламляло углы, пол и пространство за стойкой. Лекса почесала в затылке и пробормотала:
– Эманти или аманти? Ладно, авось всё-таки эманти…
Она развела руки в стороны, как учил профессор Парикенти, и медленно свела их вместе, сосредоточенным голосом говоря заклинание:
– Феррало эманти ати и кьяур!
Яркая зелёная искра проскочила между ладоней, и от неё родился лёгкий вихрик. Пашка с ворчаньем полез прятаться куда-то в полки стойки. Вихрик скользнул по полу, принялся слизывать осколки посуды и крутить их в воздухе. Потом к ним добавились деревяшки и ошмётки каких-то тряпок. Одной рукой Лекса вела вихрик по таверне, а второй лихорадочно махала, чтобы создать реципиент. Плотный, прочный и вместительный. Но создавалась сплошная ерунда: марлевый мешочек, рыболовная сетка, гардина… Лекса в отчаянье пробовала разные варианты заклинания, а сзади раздался голос профессора Парикенти:
– Визуализация и постановка пальцев – вот главное в магии создания объектов!
Лекса вздрогнула и стремительно обернулась, чуть не потеряв вихрик со всем его содержимым, а потом плюнула:
– Тьфу ты, Пашка! Разве можно так пугать?
Попугай раскрыл клюв и залился весёлым смехом матушки. А Лекса, стиснув зубы, собрала расхристанный вихрик в первоначальное состояние и сосредоточилась. Визуализация… Представила огромный мешок из джута, вместительный и плотный, царапающий своими жёсткими волокнами. Постановка пальцев… Указательный и средний прямо, большой согнуть дугой и прижать остальные к ладони!
И хоп!
Мешок возник посреди таверны, напряжённо подняв края, готовый принять мусор, Лекса выдохнула и загнала вихрик внутрь. И расслабилась, сбросив пальцами магию.
– Вот так вот! – удовлетворённо заявила Пашке. – Зови этого варвара, чтобы он отнёс всё на помойку!
– Сама зови, я его боюсь, – заявил этот поганец и, тяжело хлопая крыльями, улетел на потолочную балку. Лекса возмущённо смерила его взглядом, что не произвело на Пашку ровно никакого впечатления, и вышла во двор.
Вик развлекался. Развалившись посреди территории на сложенных широким штабелем досках, он дирижировал. Оркестром были мешки, ветки, куски дерева, брёвнышки и прочий крупный мусор. По мановению его рук всё это безобразие всплывало в воздух, летело к забору и приземлялось там, формируя в ансамбле волнистую линию. Лекса даже засмотрелась, настолько процесс был плавным и красивым. А потом спохватилась:
– Господин варвар! Раз вам не стоит ни малейшего труда поднять все эти предметы, то не будете ли вы так любезны вытащить на помойку мешок с мусором из таверны?
– Не буду, – с ленцой ответил Вик, не прекращая манипулировать деревяшками.
– Почему же?
– Ты ударила меня сковородкой.
– Ты вёл себя по-хамски!
– Я вёл себя нормально. Никогда мной не будет командовать женщина!
– Командовать я тобой не собираюсь, Вик, а вот просить буду и не раз. Будь так добр, пожалуйста, если тебе не трудно, – Лекса прищурилась, набрала воздуха в грудь и рявкнула: – Вынеси мешок на помойку!
– Вот! Ты опять начинаешь командовать.
– Я сказала «пожалуйста»…
Лекса почувствовала, как всё внутри зажигается яростью. Что делать с этим упрямым хамлом? Ничего не добавишь, варвар и всё тут! Может, показать ему боевое воплощение? Может, это поможет? Или хватит парадного?
Спина зачесалась от желания выпустить крылья, но Лекса сдержала себя огромным усилием воли. Нет. Наследная принцесса империи драконов не станет унижаться и умолять какого-то там небритого и нечёсаного варвара об услуге! Она развернулась на каблучках ботинок и вошла в таверну. Пашка ждал на стойке, грызя добытое из саквояжа яблочко, но при виде сдвинутых бровей хозяйки резво юркнул обратно под стойку. Да-да, прячься, праздное пернатое! Никому сегодня не поздоровится!
Характер у Лексы был отцовский. Его Императорское Величество Курт был скор на гнев и ярость, но отходчив. А вот матушка Маша – та могла затаить обиду на годы… Лекса не умела долго обижаться, но в те моменты, когда злилась, весь дворец прятался.
– Энабли кьяур! – рявкнула она, продемонстрировав великолепную постановку пальцев. Правда визуализация подкачала. Мешок дрогнул, поднялся в воздух и поплыл вон из помещения прямо к варвару. Лекса широко распахнула глаза и вдруг испугалась. Если, как она и подумала, мусор упадёт на голову этому наглецу, то может и убить! А становиться убийцей ей совершенно не хотелось!