Ульяна Берёзкина – Точка ру (страница 4)
Надо было закругляться с этой бессмыслицей, но он подумал – а чем заняться? Если уж решил не допиваться до наркологии и как-то затмить Веника перед родителями, очевидно симпатизирующими именно ему. Поработать? Он не станок, и сейчас у него свободное время. Так что хрен с ней, с массой этой самой Лизы. Ему скучно, и он готов пообщаться со странной девушкой, умеющей читать.
«И что же ты, Лиза, сейчас читаешь?»
«Не скажу».
«Почему?»
«Ты будешь смеяться».
Да он уже смеётся. Можно сказать – ржёт. Тратить вечер на такую переписку – само по себе что-то из циркового репертуара.
«Угадаю. Любовный роман. Он любит её, она любит его, но им не быть вместе страниц триста».
«Между прочим, есть очень хорошие любовные романы», – написала Лиза.
«Любовные романы в магазинах надо ставить на полки с фантастикой. Чтобы без иллюзий. А тех, кто их покупает, отслеживать и принудительно лечить».
«Почему?»
«Потому что любви не бывает. Это галлюцинации. Слуховые и зрительные. А глюки – всегда отвратительный признак. Значит, психическое заболевание протекает тяжело!»
Ну всё, незнакомая Лиза, они затронули его больную тему. И ему есть что сказать!
Артём налил себе кофе – на этот раз без коньяка и очень крепкий. Если вы не занимаетесь с девушкой сексом, поимейте друг друга хотя бы в мозг.
«А вот и нет, любовь существует!» – тем временем ответила Лиза.
«Спорю на что угодно – нет!»
«Как же мы будем спорить, если друг друга не знаем? Как проверить, кто выиграл? Какие временны́е рамки?»
О-о-о, Лиза ещё и логик.
«Всё просто, нам надо познакомиться».
«Это не входит в мои планы».
Даже так! А что если он сделал неверные выводы? И Лиза очень даже ничего, просто именно он ей не нравится? Она видела их с Борисовым в банке, приценилась и не заценила. Но тогда зачем пишет? Интернет-беседа – это, конечно, вариант, но перед встречей в реале. Она интроверт, и ей нравится толкать речи, не глядя человеку в глаза?
«Какого цвета у тебя глаза?» – спросил Артём.
«Карие».
Кареглазая Лиза из банка. Не сто штук их там. Захочет поглядеть – найдёт, не вопрос…
«Я иду спать. Спокойной ночи, Артём».
«Спокойной ночи, Лиза. Всё-таки подумай насчёт презентации».
Переписка прекратилась, а Артём вдруг почувствовал, что почему-то расслабился. Хотя и собирался поспорить и доказать этой святой наивности, что любовь – злая выдумка владеющих словом людей. И ещё – это было как-то ново. Девушке ничего от него не надо, даже такой мелочи, как приглашение куда-то. Она ни на чём не настаивает, ничего не просит и при этом зачем-то ему помогла. Артём снова задумался – он и в банк этот впервые пришёл, до этого все дела с банком вёл отец. То есть некая девушка Лиза увидела… что? Договор? Его самого? Решила помочь, но отношения не развивать и не знакомиться? Как ни крути, варианта всего три – или она правда очень некрасивая, или относительно нормальная, но с комплексами размером с Гренландию. А может, свихнутая на экономике и помогла за идею. Выяснить этот вопрос было элементарно – пойти в банк завтра. Но почему-то не хотелось. Пропадёт интрига. Пусть пока он не знает, кто такая эта Лиза.
5
– «Параллельный мир»… – Никитос через Лизино плечо заглянул в компьютер. – Варежкина, ты подалась в экстрасенсы?
– Это компания! Делают игрушки!
– Тогда чего тебе надо от их сайта? Барби себе выбираешь? Или рейдерством заняться решила? Ну а что, Елизавета Варежкина – владелец заводов, газет, пароходов. Одобряю.
– На работу хочу устроиться!
– Ты же работаешь в банке. Там тебя что не устраивает?
– Нет перспективы роста, – соврала Лиза.
– А среди мягких зайцев и резиновых утят рост будет космический? – Никитоса не так просто было провести.
Но не скажешь же, что ей просто очень хочется работать с Артёмом Есениным в одном офисе. Они уже неделю переписывались. В основном, конечно, всё ограничивалось двумя-тремя письмами, но пару раз общались долго. Лиза теперь знала об Артёме, как она считала, много. И самое печальное – он оказался полной её противоположностью. Они любили разные книги – она про любовь и отношения, он – фантастику и триллеры, разную музыку: она – классику, он – рок, разное кино: она – мелодрамы и драмы, он – ужасы и боевики. Даже насчёт еды имели разные вкусы: Лиза обожала сладости, он их терпеть не мог. В свободное время Артём играл в футбол с бывшими однокурсниками, а Лиза только вздыхала, когда папа включал телевизор и принимался болеть за одну из команд… Как она ни искала точки соприкосновения, не находила. И – он называл себя неромантичным человеком, отрицал любовь, а когда она намекнула на его фамилию и поинтересовалась, не писал ли он стихов хотя бы подростком, ответил: тема с фамилией его задолбала, стихи он не писал и не собирается, а ещё считает мужиков-поэтов слабаками и истериками. К тому же часто Лизе казалось, что Артём над ней посмеивается, а то и издевается. Как-то он написал «Лизок, ты чудо-юдо», и она расстроилась, так пишут детям, а не женщинам, с которыми возможны какие-то отношения. Потом махнула рукой. Она влюблена по уши, у неё тяжелейший солнечный удар и Артём нравится ей таким, как он есть – с фантастикой, роком, футболом и насмешками. А увидеть его снова хотелось так, что голова шла кругом!
Поэтому, когда в банке Егор вдруг выложил на стол приглашения на рекламный показ компании «Мечта» и объяснил, что это их постоянные клиенты, вот начальнику и принесли пригласительные билеты, начальник ими не соблазнился, а Егор взял, Лиза вцепилась в это приглашение раньше, чем его ухватит Варвара.
– Да не больно и хотелось, – сказала Варвара гордо, – Варежкиной точно посмотреть на одежду нужнее!
Егор вздохнул. Возможно, он-то собирался пойти туда именно с Варварой, но Лиза уже держала картонную карточку мёртвой хваткой.
– Так и быть, Варежкина, прогуляемся с тобой как коллеги. Интересно, что там покажут…
Вряд ли Егора интересовала женская одежда, скорее – манекенщицы, ну да его дело. Лиза решила – будь что будет. Артём уверен, что она там не появится, следовательно, искать её не станет и ни о чём не догадается!
– Только надень платье, не явись туда в джинсах, – предупредил Егор. – Ты и не такое можешь отмочить!
В день показа Лиза в самом деле совершила подвиг. Назло Егору и его мнению о себе купила платье, изрядно помучившись с выбором и в итоге переложив его на консультанта в магазине, и даже сходила в парикмахерскую. Пусть уж коллега прекратит путать её с бухгалтерским приложением. Разумеется, Егору понравиться она не мечтала, просто в ней вдруг словно бы созрела внутренняя потребность трансформироваться из калькулятора в женщину. Как именно это делается, Лиза не знала, но решила, что новое платье поможет.
У дома культуры, где «Мечта» проводила свою презентацию, Лиза застряла на крыльце. Её начала бить нервная дрожь. Затолкав себя усилием воли внутрь, вообще чуть инфаркт не схватила. Прямо перед её носом стоял Артём собственной персоной и разговаривал с каким-то пожилым дядькой.
Лиза метнулась за колонну, чтобы её никто не заметил. Хотя… кому она нужна, все заняты друг другом, а потом и вовсе уставились в ожидании на подиум.
– Лизавета Витальевна! – откуда ни возьмись появился Егор. – Надо же, сразу и не признал. А ты ничего. Особенно в платьице… Да и причёска… Зачем на работу косички плетёшь?
– Чтобы волосы на документы не падали, – огрызнулась Лиза.
В следующий раз Егор оказался рядом, когда в зале уже играла музыка, мигали огоньки, манекенщицы представляли осенние платья и курточки, а по залу ходили официанты.
– Держи, – Егор всунул Лизе в руки бокал с шампанским. – Расслабляйся.
Лиза отхлебнула и сосредоточилась. Пришла смотреть на моделей – надо смотреть на моделей. Вдруг ей что-нибудь понравится, а потом она это что-нибудь купит и даже начнёт носить. Но… её терзали смутные сомнения, что те шмотки, что она сейчас видит, ей не подойдут. Хотя бы по причине абсолютно не модельной фигуры.
Другое дело – женщины в зале. Более живые и нестандартные. И многие очень даже хорошо одеты. И как им это удаётся? Они рождаются со знанием, как одеться да как накраситься? Вряд ли. Значит, всё это нарабатывается и достигается. Тогда и Лиза сможет достичь. Если уж через двадцать два с половиной года жизни пришла к выводу, что она – женщина.
И вдруг снова появился Артём! С какой-то девушкой, и встали они так, что Лиза могла их не только видеть, но и слышать.
– Не образую устойчивых эмоциональных связей, – закончил какую-то речь Артём.
Девушка, длинноногая блондинка, была явно раздражена. Смотрела на него так, словно сейчас влепит пощёчину. Но, видимо, это показалось ей неуместным, и она удалилась на своих ненормально высоких каблучищах, а возле Артёма тут же возник Борисов:
– Ты бессмертный? – он тоже был не в лучшем расположении духа. – У тебя что, с Наташкой что-то было?
– Ромыч, ты беспокоишься о моей половой жизни? – спросил Артём достаточно громко, чтобы Лиза начала ощущать, что вот-вот потеряет сознание.
– Я беспокоюсь, что мой друг – дурак, – выразительно сказал Ромыч, – И что завтра Наташкин отец пойдёт к твоему, а потом вы пойдёте в загс под конвоем. А утром после свадьбы ты повесишься, потому что жениться собирался только на краю могилы.
– Перестань быть мне родной мамочкой, – отбился Артём, – повешусь, принесёшь гвозди́чек.