Ульрих Бар – Очень Дикий Запад (страница 21)

Подойдя к борту, ДиЗи глубоко вдохнул и медленно выдохнул, прежде чем забраться внутрь. Кряж возился у пулемета. Труп стрелка покоился рядом, чуть в стороне, куда его перетащил снайпер, дабы не путался под ногами.Откинув крышку приемника, он возился над «печенегом», словно хирург над больным. Цокая и присвистывая, переминался с ноги на ногу. Вскинув глаза на ДиЗи, подмигнул и заговорил ровным и спокойным голосом.Без привычного сарказма.

—ДиЗи, ты только посмотри, — постучал по стволу указательным пальцем Кряж. — Сколько видел их уже, ан не переставаю… не перестаю удивляться простоте и гениальности инженеров из Подольска. Знали, черти, как делать надо. Но это ладно, пустое. Один хрен мы его с собой не потащим, только полюбуемся. Главное то, что жрет он те же патрончики, что и моя «рагатуля».

С сожалением, как показалось ДиЗи, Кряж похлопал по прикладу пулемета, словно прощаясь с милым другом, и указал на выход, заметив снаружи то, что сам ДиЗи видеть не мог.

— Саньки вернулся. Пойдем, послушаем, что он там разведал.

*****

Тычок слушал отчет Саньки, слегка приоткрыв рот. Если тело его было с товарищами, то мысленно он витал в одному ему известных облаках. Тоска угрюмо смотрел на группу отбитых ими у муров людей и машинально поглаживал арбалет. Кряж, довольный тем, что удалось разжиться патронами, излучал уверенность, невольно заражая ею и ДиЗи. Саньки, встав плечом к плечу, тихим тоном расписывали ситуацию. Как обычно, говорил один, а мимикой и жестами рассказ сопровождал другой.

— Сколько, Тычок? — обратился Тоска к «мечтателю» после того, как Саньки замолчали.

— А! — встрепенулся Тычок. — Четыре минуты.

Он выставил перед лицом командира пальцы, раскрыв их веером. Тоска кивнул и, посмотрев на юг, выдал свой вердикт. Думал он поразительно быстро.

— Саньки, точно не рассмотрел, сколько их? Нет? Лады! Я и Тычок хватаем амера и этих,— он кивнул в сторону освобожденных, — и валим в сторону стаба. Саньки и Кряже остаются и отбивают у охотников всякое желание идти за нами. В героев не играть. Кряже — остановишь их таратайки. Саньки — не живодерствуйте. Испуганных не настигать и не добивать. На это заказа не было. Все сказал. Тычок, переведи демократу.

Выслушав крестного, ДиЗи затряс головой, не соглашаясь с доводами командира насчет него.

— Я помню, — начал он, — что в вашей команде приказы не обсуждаются.

— В нашей команде, а не в вашей, — поправил его Тычок, напомнив, что ДиЗи принят был в «семью».

— Да… — рассеяно заметил тот. — Конечно. Так вот, я бы хотел остаться с Саньками и Кряжем, если они не против.

Тычок вскинул плечи к ушам и быстро затараторил, переводя сказанное всем остальным. Тоска, мельком взглянув на ДиЗи, коротко кивнул и, не говоря ни слова, направился к ничего не понимающим людям, так и продолжавших стоять тесной группой, прижавшись друг к другу и не предпринимая никаких действий. Командир что-то сказал им и, подкрепив сказанное приглашающим жестом, повел их по намеченному маршруту. Пройдя совсем чуть-чуть, люди сошли с асфальта и скрылись в подлеске.

Тычок посмотрел на ДиЗи как на сумасшедшего и молча забрал у него обрез, вручив взамен трофейный автомат.

— Вот тебе «пукалка» посерьезнее. Один в нем, и два в довесок, — он протянул два стянутых между собой синей лентой магазина. — На рожон не лезь. Понимаю твое желание, но не одобряю. Слушай старших товарищей, даже не понимая того, что они говорят — слушай. По интонации поймешь, может. Плохое ты задумал, ДиЗи, мероприятие, да. Но — удачи.

Тычок развернулся и, не говоря больше ни слова, вскоре скрылся в том же подлеске, что и командир с группой.

ДиЗи с недоумением взглянул на автомат, лихорадочно припоминая все, что мог когда-либо слышать о «калаше». Как с ним обращаться?Не успел он отчаяться, как на выручку пришел Кряж и, лопоча без умолку, стал, тыкая пальцами, объяснять, что к чему. ДиЗи быстро усвоил принцип работы устройства и благодарно похлопал снайпера по плечу, на что тот улыбнулся и указал место, откуда в случае надобности ДиЗи предстояло вести прицельный или беглый огонь. По обстоятельствам.

Саньки вновь разбежались по разные стороны от дороги. Кряж исчез так, что ДиЗи и не заметил. До такого уровня ему было далеко. Оставалось только предполагать, сколько времени займет такое превращение из обычного ковбоя в солдата Стикса.

Послышался шум приближающегося транспорта. Судя по звуку, это были не грузовики. Слишком легкий звук, не похож на тот, что издавал железный монстр, сиротливо уткнувшийся в сосну. Легковой автомобиль. Нет, несколько. Минимум их было два. Ладони взмокли, мысли снова заплясали, как голоногие на раскаленной сковороде.

«Надо успокоиться»,— подумал ДиЗи и щелкнул предохранителем. Еще есть маленький рычажок, который отвечает за «бах» и «бах-бах-бах», как объяснил Кряж. Переводим в режим многочисленного «бах». Все, ДиЗи готов.

В отличие от грузовика, ревевшего раненым зверем при одолении подъема, двигатели этих автомобилей, казалось, его вовсе не ощущали, и в какой-то миг появились, выпрыгнув на ровный участок. Два черных хаммера сами по себе имели устрашающий вид, так что в апгрейде не нуждались. За темными, наглухо тонированными стеклами рассмотреть «всадников» адских колесниц не удавалось, и ДиЗи в уме прикидывал, скольких человек с оружием может уместиться в одной такой машине. Даже в самом скромном варианте получалось, что перевес противника подавляющий. Хорошо, что он остался. Четверо — лучше, чем трое. Или двое? Как считать Саньков, за двоих или все-таки за одного?

«Буду жив — обязательно спрошу», — решил ДиЗи.

До грузовика оставалось совсем ничего, и новоприбывшие вскоре заметят то, что осталось от их группы, направлявшейся с пленными на базу. Пора бы уже Кряжу сказать свое веское слово. Отчего же он медлит, почему ДиЗи не слышит выстрела? Он даже попытался найти снайпера глазами и тут же отказался от этой затеи. Лучшее, что сейчас он может сделать, так это сосредоточиться на скорой схватке с бандитами и не опоздать со своим вступлением в бой.

Тем временем, первый хаммер достиг того места, где грузовик свернул с дороги. Резко остановившись, джип дважды коротко просигналил. Видимо, то был некий условный знак, и второй автомобиль, не доехав пару десятков метров до первого, остановился, тут же начав разворачиваться. В разрез ожиданиям ДиЗи, хаммер, после того как развернулся, не уехал в обратном направлении, а сдавая назад, вплотную приблизился к бамперу головной машины. Не заглушенные двигатели продолжали утробно ворчать. Никто не спешил выходить наружу, опасаясь первым словить пулю в голову.Пауза затянулась, натягивая нервы ДиЗи до предела. От такого напряжения желудок вновь разбушевался, и если бы в нем что-нибудь было, то пришлось бы вновь выгибать спину, стоя на четвереньках. Сглотнув липкую тягучую слюну, ДиЗи протер кулаком вдруг заслезившийся правый глаз. Проморгался, стряхивая пелену.

Дверцы обоих джипов синхронно распахнулись, и по асфальту застучали подошвы тяжелых армейских ботинок. На свет божий из утробы автомобилей появилось девять человек. Одеты они были не как военные, а как люди, забравшиеся на склад дармовой одежды. Сброд. Вооруженный, с налетом дисциплины, но все-таки сброд.

Как бы плохо ни думал ДиЗи о вновь прибывших, а позиции они разобрали грамотно. Двое отправились к грузовику, посмотреть, что произошло. Остальные рассматривали пространство вокруг через прицелы своего оружия. Вооружены они были лучше, чем ДиЗи и его друзья. Тут тебе и неизвестные, черные, как беззвездное февральское небо, автоматы, и угрожающе покачивающие стволами Томпсоны, с кругляшами магазинов. Он даже заметил два израильских обрубка, носящие звонкое и лаконичное название — Узи.

Десятый участник этой экспедиции оставался в машине. Устроившись на заднем сидении, он склонился над ящиком рации и, поглядывая наружу ошалелыми глазами, без умолку говорил во вполне похожую на телефонную трубку. Нервы его не выдержали, и он, оторвавшись от своего занятия, срываясь на фальцет, закричал на одного из своих бойцов.

— Закрой дверь, валенок! Не хватало мне е…

О чем он кричал, ДиЗи, естественно, не понял, но он знал точно, что уже никто не поймет, ибо договорить ему не дал хлопок выстрела, на который, словно многократное эхо, отозвались все стволы. Стреляли куда попало, но не попадали никуда. Если бы небо можно было убить, то оно погибло бы уже через секунду.

— Все-таки сброд! — ничуть не таясь и не боясь быть услышанным, вмиг повеселевшим некой безумной веселостью голосом проорал ДиЗи, выцеливая свою первую жертву. Плавно потянул спуск, и автомат тут же отозвался короткой очередью.

Удержать ствол оказалось труднее, чем рассчитывал ДиЗи, и, положив мысль об этом на воображаемую полку, он лихо откатился с прежнего места. Вышло удачно. Перед головой оказался пень, спасающий голову от шальной пули.

Канонада не прекращалась. Правда, как на слух самого ДиЗи, стала тише. Видимо, из игры выключилось несколько стволов. Вязко чавкнула пуля, прилетевшая в пень, вырывая этим звуком ковбоя из ненужных мыслей. Еще одна пуля выбила изрядную щепу из его укрытия и, взвизгнув, рассекая воздух у самого уха, скрылась в лесу. Некто облюбовал его укрытие в качестве мишени, резонно приняв пень за вполне годный заслон. Не понять — кто-то видел, как он откатывался за пень, или же невидимый стрелок интуитивно решил разбавить древесину свинцом?