Улана Зорина – Игрушка в руках Лоа (страница 15)

Отбросив назад монтировку, мужчина взвыл раненным зверем и запустил дрожащие пальцы в разом вспотевшие кудри. Он беспомощно сжал кулаки, вырывая с корнями отросшие волосы… Пот градом катился за ворот рубашки, по вискам, по щекам, смешиваясь в единый поток со слезами отчаянья.

– Нет… Нет… Я не хотел! Как же так? – глухо выл он, нервно качаясь в тесной кабине. – Фея, моя прекрасная фея! Прости, прости! – повернулся он к мёртвому телу. Вцепившись побелевшими пальцами в плечи несчастной, он в отчаянии попытался встряхнуть её, но та лишь безвольным кулем повалилась вперёд. Как же он так перестарался. А ведь всего-то и надо было лишь оглушить фею. А теперь её сказочный свет и вовсе потух.

Размазывая по щекам тёплую влагу, он, всхлипывая, распахнул водительскую дверь. В салон тут же ворвалось полуденное пекло. Листва весело шелестела, перешёптываясь между собой, танцуя на лёгком ветру. Солнечные зайчики задорно плясали по голубой кабине, норовя попасть прямо в глаза незадачливому убийце. Они будто бы соревновались, кто первый оттолкнётся от горячего железа и ослепит незваного гостя. Им было всё равно на разыгравшуюся трагедию, так жестоко прервавшую чьи-то мечты.

Отмахнувшись широкой ладонью от очередного забияки, водитель глубоко вдохнул полной грудью пахучий лесной воздух и судорожно выдохнул. Безуспешно пытаясь усмирить мелкую дрожь и взять себя в руки, он закрыл глаза и застыл, стараясь отрешиться от грешного мира, от жестокой реальности и своей бестолковости. Надо же, так глупо не рассчитать силу удара и уничтожить надежду на счастье.

Слушая разноголосый заливистый щебет, пробивающийся сквозь гулкое уханье сердца, он медленно успокаивался. Ничего, он найдёт ещё одну, и тогда… Зловещая улыбка растянула дрожащие губы. По напряженному телу прокатилась волна предвкушения. И, отбросив прочь мрачные мысли, он твёрдой рукой распахнул пассажирскую дверцу.

Глава 8

Человек предполагает, а Бог располагает. С отпуском так ничего и не получилось. Едва Виктор успел поставить точку в одном деле, как на город обрушилась новая напасть. Без вести пропала молодая девушка. Её муж, не дождавшись жены с работы, сам кинулся на поиски. Выяснив в магазине, где та работала, что супруга давно ушла, а значит, должна быть уже дома, мужчина помчался назад. Не обнаружив её в уютном домике, он безрезультатно обзвонил всех подруг и знакомых и только тогда обратился в милицию. По горячим следам девушку найти не удалось, и оперативники несколькими бригадами принялись прочёсывать лес. Несмотря на все стянутые силы, следов юной продавщицы так и не нашли.

Работала та в небольшом магазинчике на окраине города. Добиралась до дома обычно последним автобусом, а на остановке её уже встречал муж. В тот день покупателей было мало, а девушке нездоровилось, и её отпустили пораньше. Но домой Олеся так и не попала. Стройная доверчивая девушка с озорным взглядом словно испарилась на ухабистой грунтовке вдоль густого леса.

А утром Виктору позвонил сам майор Панюков, давно уже занявший место начальника отделения вместо ушедшего на пенсию Туполева. Панюков на днях сам подписал Виктору заявление на отпуск и теперь мог того только просить отложить свои планы на время. Думал Виктор недолго, глубокое уважение к старшему товарищу, прошедшему с ним весь его послужной путь от желторотого сержанта до капитанских погон, тоже сыграли немаловажную роль.

И, пробежавшись пальцами по гладкому перламутру тайной улики, присвоенной им с места преступления прошлого дела, Виктор вновь ощутил волну теплоты, исходящую из странного артефакта. Прикрыв глаза, он с наслаждением окунулся в незримый поток, каждой клеточкой своего существа отзываясь и принимая чужую энергию. Но время не терпит. И, нехотя оторвавшись от маски, Виктор сунул её под подушку и направился в душ.

***

В управлении стоял басовитый гул. Все оперативники были подняты по команде и участвовали в поисках молодой девушки. Виктор со своей бригадой отправился опрашивать соседей и знакомых Олеси, но никто девушку не видел. Как сквозь землю провалилась. Проведя весь день в тщетных поисках, Виктор устало сгорбился в своём кабинете, один-одинёшенек. Угрюмо почесав затылок, он облокотился локтями на стол и внимательно всмотрелся в листок с фотографией пропавшей. На него весело глядела девушка, совсем ещё девчонка. Мягкий овал лица, точёные брови и добрая улыбка. А ещё ямочка на левой щеке. Ну что с ней, такой наивней и домашней, могло случиться? В бессилии он грохнул кулаком о стол и крепче стиснул заломившие челюсти.

Версию о том, что Олеся сама скрылась, бросив супруга, Виктор сразу отмёл. К этому не было никаких предпосылок. Супруги недавно поженились и нежно любили друг друга. Все соседи наперебой хвалили приятную пару и не могли рассказать про них ничего плохого.

В дверь тихонько постучали, и в кабинет заглянула ухоженная женщина.

– Вы к кому? – оторвался Виктор от созерцания фото пропавшей.

– Я к следователю. Мне позвонили… Олеся… Она у нас в магазине работала, – разволновалась женщина, так и застыв в раскрытых дверях.

– Да вы заходите, присаживайтесь, – внимательно осмотрев гостью, Виктор задумался. Симпатичная, лет тридцати пяти, может, сорока. С высокой аккуратной причёской, приятной улыбкой и встревоженным взглядом аккуратно подведённых умных глаз. Строгий бежевый костюм плотно обтягивал стройную, но не худую фигуру, а из-под пиджака выглядывал отглаженный белый воротничок шёлковой блузки. Женщина послушно вошла в кабинет, глухо тукая каблучками по истёртому линолеуму.

Виктор мысленно присвистнул: ей бы по подиуму ходить, а не смущать одиноких милиционеров своей гордой осанкой.

– Здравствуйте. Я Валентина. Валентина Петровна Сомова. Заведующая продуктовым магазинам, где работала Олесечка, – приятным грудным голосом представилась та.

– Капитан Воронков. Валентина Петровна, что вы можете сказать мне о том дне? Может быть, вы что-то заметили? Что-нибудь подозрительное?

– Подозрительное… – женщина как-то замялась. И, смахнув с выразительных глаз несуществующую слезу, доверительно наклонилась вперёд.

– Да, я помню тот день. Олеся уже пришла на работу какая-то зелёная. Сказала, что ей нездоровится. Девочки присматривали за ней, мало ли что, и периодически сообщали мне о её отлучках с рабочего места. А отходила она, скажу я вам, часто, – холёными длинными пальцами с острыми розовыми ноготками женщина нервно постучала по столешнице и, снова гордо выпрямив спину, выжидательно уставилась на Виктора. Тот степенно записывал на чистый лист все её показания.

– Вы продолжайте, я слушаю. Так что вызвало у вас подозрения? – вскинул голову следователь и снова склонился над записями.

– А вот это и вызвало, – нервно сцепила она в замок пальцы и, не зная, куда деть напряжённые руки, устроила их у себя на коленях. – Никогда она так себя не вела, – выдохнула женщина и поджала накрашенные розовым перламутром пухлые губы. – А в тот день бегала на улицу буквально каждые полчаса. И, знаете, я думаю, ей действительно не здоровилось.

– Почему вы так решили? – вскинул голову Виктор. В серых глазах аппетитной красотки светились решимость и понимание.

– Так я женщина, товарищ следователь. А Олесю рвало, вот она и сбегала на улицу, пряталась за углом, чтобы не отпугнуть покупателей. Понимаете, люди же, им не объяснишь, что она вовсе не отравилась товарами в магазине. Началась бы паника, нервы, скандалы. А кому это надо? Ни нам, ни ей, ни, Боже упаси, покупателям. Вот когда к обеду она так и не пришла в себя, я решила её отпустить. Пусть отдохнёт дома, сил наберётся. Хотя это так быстро не лечится, понимаете? – пристальный взгляд её прожигал самое сердце.

– Нет, объясните мне, – откликнулся Виктор, отвечая внимательным взглядом на взгляд.

– Ну, конечно, мужчины, разве вы можете догадаться? Вероятно, что она просто беременна. Вся эта тошнота по утрам, рвота, постоянные головокружения. А ещё девочки видели, как Олеся ходила в аптеку. Это же элементарно! – с чувством выполненного долга Валентина Петровна расслаблено откинулась на жесткую спинку.

– Ну, допустим, нам это всё равно ничего не проясняет, – в замешательстве выдохнул Виктор. – Куда же могла пойти девушка?

– В этом я вам не смогу помочь, – покачала прелестной головкой заведующая, поймав золотыми колечками в маленьких ушках задорные блики солнечных проказников. – Ушла она рано, автобуса ждать не стала, да и какой ей автобус, если желудок выворачивается наизнанку. От нас пошла пешком, как всегда, по объездной, а дальше уж мне неизвестно. Мужа её я не знаю, но Олеся рассказывала, что после работы он всё время встречал её. Только не в этот раз, полагаю. Он не мог знать, что я её отпущу, и ей придётся добираться до дома пешком. Больше мне ничего не известно. Девочкам тоже, так как больше из магазина не отлучался никто. Я даю гарантию за моих девочек, – вновь породистая гордость в аристократической осанке дала о себе знать, и женщина вскинула голову.

– Хорошо, Валентина Петровна, – отозвался Виктор, протягивая ей густо исписанный лист, – прошу вас ознакомиться с протоколом допроса и внизу подписать «С моих слов написано верно. Мною прочитано.», сегодняшнее число и вашу подпись.