Уитни Грация Уильямс – Несносный Босс (ЛП) (страница 15)
— Какого… — она пристегивала ремень безопасности. — Что ты делаешь?
— Водитель, поднимите, пожалуйста, перегородку. — Я подождал, пока он поднимет разделительную панель. — Майя Лондон, ты и правда думаешь, что раз мы трахались, я тебя не уволю?
— Майкл Лейтон, — ответила она, насмехаясь надо мной. — Я
— Мы не спали, а
— Ладно, — ее голос стал тише. — Трахались. Но я знаю, что ты не посмеешь меня уволить.
— Хочешь поспорить?
— Не с мужчиной, который знает, что я лучший гребаный ассистент за всю его карьеру.
Я улыбнулся, не в состоянии оспорить это заявление. Но до того, как смог ответить что-то колкое, из интеркома донесся голос водителя:
— Мисс Лондон, вы все еще направляетесь к AMC на Таймс Сквер?
— Да, Арчер. Спасибо.
Я выключил кнопку спикерфона.
— Что за AMC на Таймс Сквер?
— У меня свидание с заядлым, отъявленным джентльменом. — Она отвернулась от меня, будто ощущала себя немного неловко. — Я назначила его несколько недель назад. Не хочу быть грубой и отменять все в последнюю минуту.
— Как его зовут?
— Не твое дело. — Она снова повернулась ко мне. — И если ты не хочешь быть третьим колесом, то попроси Арчера отвезти тебя обратно к "Ягуару", пока мы пойдем в кино. Потому что после нам понадобится машина, чтобы доехать до ресторана и, не обижайся, но ты не очень хороший компаньон для ужина.
—
— Тэйлор, — ответила она. — Может ты еще хочешь знать где он работает и сколько ему лет?
— Хочу. Расскажи.
— Он аналитик в ABC студиос, и ему двадцать семь. Счастлив?
— Он слишком молод для тебя, — сказал я. — В этом возрасте парень еще не занял никакую стоящую должность в компании. Ты способна на большее.
— Имеешь в виду себя?
— Нет, я —
Она прищурила глаза, но ничего не сказала.
— И если это парень из письма с темой: "Прошла неделя, а он не позвонил и не написал мне ничего", тогда ты, вероятно, уже знаешь, что я прав. Никто в здравом уме не станет ждать неделю, чтобы позвонить
Её щеки залились ярко-красным румянцем, а челюсть отвисла.
— Мы на месте, мисс Лондон, — сказал водитель, останавливаясь перед кинотеатром.
Майя отстегнула ремень безопасности и подождала, пока ей откроют дверь.
Я пошел перед ней, открыв для девушки дверь кинотеатра и следуя за ней по пятам к кассе.
— Я забронировала только два билета, — сказала она мне. — Или ты и правда собираешься последовать за нами в зал?
— Нет, но я подожду, пока он не появится на самом деле, если ты не против.
— Я
— А мне-то что?
— Ладно. — Она забрала билеты у клерка, и я последовал за ней к диванчику в одном из приватных лаундж-зон кинотеатра. Майя достала свой телефон из сумочки и улыбнулась, глядя на экран. — Он пишет, что застрял в пробке, но будет здесь через двадцать минут. Я расскажу тебе все о сегодняшнем вечере завтра на работе, раз ты так волнуешься.
— Я вовсе не волнуюсь, но спасибо за подтверждение твоей явки завтра на работу.
— Тебя не волнует, что его будут сравнивать с тобой?
— Мы обсуждали это.
Она покраснела и взглянула на свой телефон.
Через пятнадцать минут девушка вновь взглянула на телефон. Она просто обновляла его экран снова и снова.
Я взглянул на наручные часы. Фильм должен был начаться через десять минут, а её пара так и не появилась.
Вдруг телефон Майи завибрировал у нее на коленях, и она улыбнулась, тыкая пальцем в экран. Девушка подняла его ближе к лицу, и вмиг её улыбка увяла.
Набрав несколько слов, она подняла на меня взгляд.
— Он сказал, что возникли непредвиденные обстоятельства, так что… Ладно. Теперь флаг тебе в руки, давай, смешай меня с дерьмом… Я скучала по этому на работе, так что вот сейчас можешь вылить ушат холодной воды на мою личную жизнь.
— О чем ты говоришь?
— Ну, знаешь, расскажи мне, какая я дура, что повелась на приглашение парня, который уже дважды кидал меня, а не послала его на все четыре стороны. А затем добавь, как я тупанула, тратя свое время на то, что наряжалась и пыталась изо всех сил вызвать у тебя ревность…
Я перебил её поцелуем, нежно прикусив нижнюю губу девушки так, что она застонала. Так, что прекратила пытаться продолжить болтать и сдалась.
— Пошли!
Я неподвижно сидела на пассажирском сидении Ягуара Майкла, все еще прибывая в шоке от того, что он потребовал провести остаток ночи вместе. Он попросил моего водителя доставить нас обратно к ресторану, где забрал свою машину и сделал так, чтобы мы остались только вдвоем.
Не знаю почему, но когда он взглянул на меня, остановившись на светофоре, я не смогла удержаться от мысли, что отчасти все это кажется правильным. Что, когда этот мужчина не исполняет роль моего босса — даже на долю секунды — то кажется куда симпатичнее.
— Будет довольно сложно зарезервировать столик в этой части Нью-Йорка, — сказала я наконец, нарушая тишину.
— А нам и не нужна резервация столика.
— Поверю тебе на слово, но чтоб ты знал, я не против услышать твои извинения.
— За что?
— За то, что ты просто решил, будто мне понравится место, в которое мы направляемся, вместо того, чтобы вести себя, как джентльмен, и спросить у меня, — сказала я. — Я очень привередлива в еде, и у меня аллергия на множество продуктов.
— Я в курсе. — Он повернул на светофоре направо. — Ты не любишь морепродукты, ешь только приготовленную определенным образом курицу, лактозу переносишь лишь в некоторых видах сыров, и если хочешь, я могу перечислить весь список разного дерьма, которое, кажется, вызывает у тебя почему-то тошноту. — Он окинул меня взглядом. — Так хочешь, я перечислю?
Я покачала головой, пребывая в полнейшем шоке.
— Хорошо, — сказал он. — Я не спросил, потому что не должен, так как в противовес твоему обо мне мнению, я оказываю тебе должное внимание. Ты собираешься дать мне шанс быть милым или же займемся тем, чем уже занимались в твоем кабинете?
— Я дам тебе шанс…
— Хорошо. — Он опустил руку на мое обнаженное бедро. — Потому что с того момента, как ты объявилась на ужине с автором, я очень стараюсь не трахнуть тебя, так что прошу не стесняйся сообщить мне о своих предпочтениях.
Я покраснела и откинулась на сидении, не произнеся ни слова до конца поездки, пока он вел машину через заснеженные улицы.
Через тридцать минут Майкл подъехал ко входу в высокую башню. Парковщик забрал у него ключи, и босс подошел к моей стороне машины, чтобы открыть для меня дверцу.
Он положил ладонь мне на поясницу и, когда швейцар открыл для нас дверь, взглянул на меня, шепча на ухо:
— Ты надела это платье, чтобы заставить меня ревновать?