Уитни Грация Уильямс – Любовь среднего возраста (ЛП) (страница 91)

— Мы встречаемся некоторое время и... Ты сдерживаешься, когда мы целуемся, и никогда не приглашаешь меня. — Он выглядел обеспокоенным.

— Если бы мы были платоническими друзьями, я бы не целовала тебя. — Я снова поцеловала его в губы, тем самым подтверждая свои слова. — Ты, безусловно, не только друг. Я просто хотела подождать некоторое время, прежде чем приглашать кого-то к себе. — Если это не Джонатан Стэтхем...

— Я понимаю. Ты не хотела бы быть моей парой на конференции «Юнипер» на следующей неделе? Это недельное мероприятие, и оно будет проходить в фантастическом курортном комплексе в пригороде... Я могу взять тебе отдельный номер, если ты не будешь чувствовать себя комфортно в совместном.

Может быть, если ты поселишься с ним, это поможет тебе двигаться дальше...

— Нет необходимости в отдельном номере. — Я встала на цыпочки и снова поцеловала его. — Я хотела бы поехать.

— Хорошо. Ну, я все организую и сообщу тебе подробности за ужином в четверг. Спокойной ночи, Клэр.

— Спокойной ночи, Джон… — Я откашлялась. — Дэмиен. Спокойной ночи, Дэмиен.

Два дня спустя...

Я бросила сотовый телефон Эшли в миску с водой и поместила в морозильную камеру. Я не была одним из тех родителей, которые верят, что их дети не пользуется телефоном только потому, что так было велено. Я проследила за тем, чтобы «отсутствие мобильного телефона» было реальным «отсутствием мобильного телефона».

Я видела, как слезы текли по ее лицу, пока я читала ей лекцию, но те не вызывали у меня сочувствия.

— Что, если бы ты разбила мою машину? Что, если бы что-то случилось с тобой? И в довершение ко всему ты пила? Что, если бы тебя остановила полиция, а ты управляла машиной в нетрезвом состоянии — в шестнадцать лет? Ты могла бы погубить свою жизнь прежде, чем она началась! Ты думала об этом? — Мой голос был громче, чем когда-либо. — Я воспитывала тебя намного лучше, Эшли Мари Грэйсен. Я даже не могу... Я не могу с тобой сейчас говорить. — Я покачала головой. — Иди в свою комнату. Привыкай к мысли, что не выйдешь оттуда следующие четыре месяца.

— Мне очень жаль... — Она всхлипнула и ушла.

Я прислонилась к столешнице и покачала головой, выдохнув несколько раз. Я была в ярости и сбита с толку. Почему она донесла на себя? Я бы никогда не узнала об этих выходных, если бы она не заикнулась про них, и это было на нее не похоже. Она было не в ее стиле.

Прежде чем я успела отойти от своего отпуска, она выболтала все: о свидании поздней ночью. О гостинице. О пиве. Взятие машины без разрешения. Она рыдала, когда рассказывала о случившемся, и хоть она подчеркнула, что вернула машину «без единой царапины» и пообещала «никогда не пить снова», я все равно должна была наказать ее, чтобы такое никогда больше не повторилось.

Четыре месяца — достаточно долго?

Я схватила коробку мятного мороженого с шоколадной стружкой и пошла в гостиную. Затем плюхнулась на диван и стала щелкать каналы, выискивая для просмотра что-то позитивное. Мне нужно было очистить свой мозг.

К сожалению, ничего подходящего не было, никаких вечерних ток-шоу. Шел повтор «Доктора Фила», но я уже видела все шоу на HGTV. Я начала листать платные каналы и остановилась на «Гарри Поттере».

Я вздохнула.

Не так давно мы смотрели его вместе с Джонатаном, Эшли и Кэролайн, когда он внезапно нагрянул. На самом деле в день, когда это произошло, у меня было ощущение, будто меня там и не было там: они втроем проговорили почти весь фильм. Они спорили о том, что было верно по книге, а что нет, какие части им нравились больше, и кто из них был самым большим фанатом. Все было настолько плохо, что в какой-то момент они начали спорить друг с другом о мелочах, одновременно бросаясь шоколадом, чтобы наказать того, кто был не прав.

Когда фильм закончился, и Кэролайн стала победителем, я подумала, что мы с ним наконец-то проведем время наедине, но они решили смотреть следующую часть.

Я выключила телевизор и пошла в свою комнату, плюхнувшись лицом в подушку. Прошло уже три месяца с тех пор, как я порвала с Джонатаном, и еще не было и дня, чтобы я не думала о нем.

Мне казалось, что время сотрет его из моей памяти, что каждый проходящий день будет еще одним днем, когда его не будет в моих мыслях, что отношения с кем-то другим помогут мне забыть Джонатана, но это было далеко от истины.

Воспоминания о нем всплывали в моей голове каждый раз, когда я ложилась спать в одиночестве, каждый раз, когда я просыпалась без него, и каждый раз, когда входила в свой новый офис, где меня не ждало никаких цветов.

Я почувствовала, как комок подкатывает к горлу, и начала плакать. Я не попыталась вытереть слезы, а позволила им течь и перевернулась на бок, позволяя нашим воспоминаниям снова и снова возникать в моей голове.

Я вспомнила наше первое свидание, как он прижал меня к перилам и обнял за талию. В тот момент, когда он собирался приблизиться к моим губам, зазвонил телефон и остановил поток образов. Дэмиен.

— Алло? — тихо ответила я.

— Привет, сладкая. Мы же встречаемся сегодня вечером?

Черт, я забыла об этом...

— Конечно, во сколько я должна быть готова?

— В семь. Ты в порядке? Кажешься немного приболевшей.

— О, да. — Я всхлипнула. — Я в порядке. Наверное, аллергия.

— Ты хочешь остаться дома? Мы можем…

— Нет, нет... Я выпью таблетки от аллергии или что-то еще. Мне действительно нужно… то есть я имею в виду, что хочу пойти с тобой.

— Тогда ладно. Я не могу дождаться, когда увижу тебя.

— Я тоже. До встречи. — Я повесила трубку и посмотрела на часы: четыре часа.

Я решила потихоньку собираться, думая, что это поможет избавиться от мыслей о Джонатане.

Я скатилась с кровати и набрала теплую ванну с пеной. Затем расставила вокруг свои любимые ароматизированные свечи и быстро разделась, погрузив тело в пену.

— Класс... — Я легла на спину и прислонилась плечами к прохладной керамике. Затем потянулась за водонепроницаемым радио и настроила его на станцию классической музыки, вздрогнув, как только услышала знакомый припев. Это была песня Джонатана, под которую мы танцевали на яхте.

«Шаг назад... Шаг вперед... Ты танцуешь все лучше, Клэр... Я думаю, мы должны закончить этот урок внизу...»

Я переключила станцию. Разговорное радио.

«И финансовые новости на сегодня, «Стэтхем Индастриз» собирается достигнуть еще одного рубежа, поскольку их предпродажные заказы практически свергли…»

Я выключила его. Затем погрузилась под воду с головой и не выныривала, лишь бы попытаться справиться с натиском еще большего количества воспоминаний:

Мы сидели в ванне вместе, наблюдали друг за другом, улыбались и смеялись просто так, ни над чем.

— Иди сюда, Клэр. — Он протянул мне руку, чтобы помочь переместиться в джакузи, и закатил глаза, когда я не двинулась. Затем скользнул на мою сторону и обнял. — Твоя манера все усложнять никогда не переставала удивлять меня... Принятие ванны с пеной — это твое любимое занятие?

— Да, но в десять раз лучше, когда я делаю это одна.

— Хватит лгать мне.

— Кто сказал, что я лгу? — Я протянула руку и провела пальцами по его волосам, глядя Джонатану в глаза, в то время как он пристально смотрел в мои. Затем наклонилась и начала приближать его голову для поцелуя, но он отстранился.

— Прекрати. — Он убрал мою руку от себя и покачал головой, вздыхая. Затем притянул к себе на колени, удерживая напротив груди, и поцеловал. — Я люблю тебя, Клэр.

Мое сердце остановилось, а тело замерло. Я не была уверена, что сказать.

— Я…

— Ты не должна говорить это в ответ. — Он прокладывал дорожку поцелуев вдоль моего горла. — Я знаю, что ты чрезвычайно уязвима и недоверчива в этом плане, но я хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя, и нет ничего такого, чего бы я ни сделал для тебя... Я осуществлю все, о чем ты попросишь, если это сделает тебя счастливой.

Он поднял руку и провел пальцами по волосам, нежно целуя мои губы, отчего я снова потеряла дар речи.

— И прежде чем ты даже попытаешься спросить об очевидном, я никогда не испытывал такие чувства к кому-то еще. Никогда. Только к тебе.

Я вынырнула на поверхность и стала судорожно глотать воздух, вдыхая его так много, как только могла.

Когда я закончила принимать ванну, то вытерла слезы, зная, что если бы Джонатан был здесь, то не позволил бы мне плакать. Он нашел бы способ заставить меня смеяться.

Я задула свечи, которые окружали меня, и вылезла из ванны. Сдерживая слезы, я закуталась в халат, в котором он видел меня, впервые приехав к дому.

Открыла шкаф и начав просматривать платья, я остановилась на том, что он купил для меня на бал в честь первичного размещения акций.

— Мне нравится это... — Я кружилась в белом платье через одно плечо, которое едва касалось пола. — Я ж не сильно похожа в нем на невесту, правда?

Он откинулся на спинку стула и покачал головой.

— Ты собираешься быть таким весь день? Ты ничего не сказал ни об одном из платьев, которые я меряла. Разве тебя не волнует, что я надену на бал? Или ты используешь свое молчание, чтобы сказать мне, что не хочешь, чтобы я шла с тобой?

Он поднял бровь.

— Мисс Грэйсен? Вы готовы к следующему платью? — спросила продавец. — Мистер Стэтхем выбрал еще одно, в то время как вы примеряли это.

— Ты вообще собираешься разговаривать со мной сегодня? — Я прищурилась в ожидании ответа, но он не сказал ни слова.