Уитни Грация Уильямс – Любовь среднего возраста (ЛП) (страница 35)

— Нет... — Мое дыхание было по-прежнему прерывистым. Я все еще ощущала толчки. — Я в порядке... Спасибо.

— Ну ладно, я тогда пойду и закажу десерт. Шоколадное суфле подойдет?

— Это было бы прекрасно... Я сейчас подойду.

Я услышала, как захлопнулась дверь, и Джонатан поставил меня на пол.

Не говоря ни слова, он взял несколько салфеток с автомата и вытер между моими бедрами.

Затем натянул платье обратно на бедра, ловко вернув ткань на место. После этого протянул руку и разгладил мои волосы, стараясь сделать так, как было прежде, даже снимая заколку и подцепив ее туда, где она была раньше.

Он поднял брови, заметив лейкопластырь с Бэтменом, и властно пробежал пальцами по браслету Харри Уинстона.

Мне потребовалось несколько минут, чтобы полностью отдышаться и сообразить, что только что произошло. Я покачала головой, не отойдя от случившегося.

— Какого черта с тобой происходит, Джонатан? Ты с ума сошел?

— Нет, но ты наверняка. Ты имела наглость прийти сегодня сюда из всех существующих мест. — Он усмехнулся.

— Я не выбирала это место, но даже если бы я это сделала, откуда мне было знать, что твоя деловая встреча будет здесь?

— Ресторан называется «Стэтхем», Клэр. Я им владею. Он находится прямо вниз по улице от холдинга, и мой портрет висит в коридоре. Всегда есть вероятность, что я могу быть здесь.

— Прекрасно. Большая оплошность с моей стороны, но это не дает тебе права прерывать мое свидание. — Я отстранилась от него и вышла из кабинки к зеркалам.

— Он тебе нравится? — спросил он.

Нет...

— Я пока не знаю. Я думаю, мне нужно познакомиться с ним поближе, прежде чем прийти к каким-либо выводам.

Его глаза встретились с моими в зеркале.

— Ты собираешься снова с ним встречаться?

— Да. Он похож на человека, который не трахнул бы меня в общественном туалете из-за ребяческой ревности.

Он закатил глаза и направился к двери.

— Избавься от него после ужина. Дай мне знать, когда вернешься домой, чтобы я мог тебя забрать. Нам нужно поговорить.

— А если мне не хочется с тобой говорить?

— Тогда нам необязательно говорить.

Глава 11

Клэр

Я не была уверена, нужно ли позвонить Джонатану, чтобы сообщить ему, что я уже дома. Часть меня была в ярости от того, что он сделал со мной в том туалете, но другая часть, которой я не находила оправданий, была счастлива, что он появился и прервал мой вечер.

Пока он ехал по городу на своем «Бугатти», минуя пригород, я сидела, откинувшись на спинку, и размышляла, когда же он начнет говорить. Он не произнес ни слова с тех пор, как забрал меня, и ни разу не посмотрел на меня.

Почему меня это волнует? Он не должен мне нравиться...

Джонатан мчался по песчаной дороге Оушен-Бич, проезжая знакомые места общественного пользования, в которые я привыкла ходить. Больше не было фонарных столбов или сверкающих огней на песке, которые освещали дорогу у берега. Была только темнота и тусклый свет луны.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он подъехал к большому деревянному дому и выключил автомобиль. Затем вышел, не сказав ни слова, подошел к моей стороне и открыл дверь.

Он потянулся к моей руке и повел вверх по ступенькам, нажимая какие-то кнопки на пульте управления. Когда его палец нажал последнюю цифру, дверь медленно открылась, и он втащил меня внутрь.

Моя челюсть отвисла, как только я зашла. Сводчатые потолки были по крайней мере футов пятьдесят и сделаны из черного стекла. Были картины Ренуара и Амадео — оригиналы, аккуратно оформленные позолоченными рамами, которые висели высоко. Комната была заполнена мебелью теплых натуральных тонов — мягкими коричневыми диванами, изумрудно-зелеными фаэтонами и бронзовыми элементами, и все это отражалось в окнах на задней стене.

Как красиво...

— Сними обувь, — приказал он.

Я выскользнула из своих балеток и пошла за ним в кухню, настолько огромную, что не была уверена, было ли это все реальным. Она напомнила мне о королевских британских кухнях, которые я видела в архитектурных обзорах, о кухнях, за посещение которых я бы убила.

Он жестом пригласил меня присесть на один из серебристых барных стульев и затем включил плиту.

Он повернулся спиной ко мне и начал готовить еду — ни разу не оглянувшись через плечо и не сказав ни слова. Джонатан не торопился, наливая нужное количество различных масел и жаря мясо, покачивая головой каждые несколько минут.

Пока он резал овощи, я посмотрела на часы и поняла, что прошел час с тех пор, как мы добрались до дома.

— Держи. — Он повернулся и поставил мне тарелку с курицей, картошкой и салатом. — Я не видел, чтобы ты много поела на свидании.

— Спасибо...

Мы ужинали в полной тишине; был слышен только звук скрежета вилок о тарелки. Я посмотрела на него несколько раз, пытаясь увидеть, взглянет ли он в ответ, но нет. Он не спускал глаз со своей еды.

Когда он увидел, что моя тарелка опустела, то схватил ее и бросил в раковину. Затем надел пиджак и направился к двери из матового стекла, которая была на противоположной стене.

— Иди сюда, Клэр. — Его голос казался нейтральным, но в глазах все еще присутствовала холодность.

Я не торопясь подошла к нему, и он накинул теплое одеяло на мои плечи. Затем открыл дверь, и я поняла, что Тихий океан был всего в нескольких футах.

Я думала, что мы собирались прогуляться вдоль пляжа, так как я была все еще босиком, но он привел меня на красивую черную яхту, которая была пришвартована неподалеку. Он помог мне подняться по ступенькам и дал сигнал человеку, который появился из ниоткуда, запустить судно.

Он начал водить меня по всем элегантным комнатам — чайная комната, терраса, гостиная, комната с джакузи — и затем внезапно остановился.

Джонатан повернулся и пристально посмотрел на меня, долго и упорно, как будто обдумывал то, что хотел сделать или сказать.

— Я не люблю, когда мне врут. — Он притянул меня в свои объятия и поцеловал, прижимая к себе так плотно, что я могла почувствовать его эрекцию через штаны.

Он завладел моим ртом своим языком, практически не давая мне возможности дышать — мгновенно возбудив меня.

Я знала, что он был расстроен, но мне хотелось почувствовать его внутри себя снова. Я хотела, чтобы он взял меня прямо там и в тот же момент, так что я нагнулась, чтобы расстегнуть его брюки, но он прервал наш поцелуй.

— Зачем ты это сделала? — Он зарычал.

— Что? — Я выдохнула. — О чем ты говоришь?

— Давай без чертового сарказма...

— Прости?

— Я же ясно выразился. — Он потянул меня на диван. — Почему ты пошла на свидание с этим врачом?

— Не было выбора... — Я откинулась на спинку стула и коснулась своих распухших губ. — Моя мама меня подставила... Я заявилась к ней домой, собираясь ехать в оперу, но она сказала, что устроила мне свидание с ним.

— И он похож на того, с кем ты хочешь пойти на свидание, да? — Он сощурил на меня глаза. — Кто-то твоего возраста или старше?

— Да...

— Объясни мне это.

— Что ты имеешь в виду?

— Объясни, почему ты считаешь, что встречаться с кем-то своего возраста или старше для тебя лучше. А еще лучше, просто скажи мне, почему я недостаточно хорош, потому что и так ясно, что ты чувствуешь.

— Дело не в том, что ты недостаточно хорош, просто... — Я видела, как он сжал челюсти. — Когда я решу снова с кем-то встречаться, то хочу, чтобы это был человек, у которого немного больше жизненного опыта, которому ничего не преподносили на блюдечке с голубой каемочкой, понимаешь? Тот, кто знает, что такое любить и терять, и тот, кто будет лезть из кожи вон, чтобы сделать так, чтобы ни один из нас больше не почувствовал этого с кем-то другим...

— То, что он старше, с большим жизненным опытом, означает, что он будет относиться к тебе хорошо?

— Есть большая вероятность. Да.

— Между прочим, мне ничего не преподносили на блюдечке с голубой каемочкой. Хочешь — верь, хочешь — не верь, мне пришлось трудиться за каждую копейку, которая у меня есть. Я точно знаю, что такое любить и терять, и я бы никогда не причинил тебе боль. Если ты…