Уитни Джи – Увидимся во вторник (страница 37)

– Я в замешательстве, Грейсон.

– Не ты одна, – проговорил я. – Может, нам лучше перенести наш разговор?

– Нет. – Она схватила меня за запястье. – Я в замешательстве из-за того, что ты сказал по поводу ребенка.

– Я понимаю, почему ты решила двигаться дальше. – Я старался говорить так, будто действительно в это верил. – Со временем, если ты не против, я хотел бы встретиться с ним… или с ней. И все же ты должна сказать мне, мальчик это или девочка.

– Нет у меня детей, Грейсон. – По ее щекам потекли слезы. – Единственный ребенок, который у меня был, – твой, и я тебе об этом говорила.

– Был? – Я отпрянул. – Что ты имеешь в виду?

– Я столько раз тебе звонила, – проговорила она хрипло. – Столько раз.

– Подожди, подожди. – Я передвинулся к ней ближе и, обняв за плечи, притянул ее к себе. – Этого не может быть. Клянусь, я никогда от тебя этого не слышал.

– Потому что ты предпочел не слышать. Ты предпочел двигаться дальше по жизни так, словно я для тебя ничего не значила.

– И это неправда. – Я вытер слезы с ее глаз. – Шарлотта, пожалуйста, объясни, что ты имела в виду, говоря, что ребенок «был». И мне нужно знать, почему ты до сих пор считаешь, что это я ушел от тебя, когда было все ровно наоборот…

Шарлотта: тогда

Семь лет назад

Калифорния

Я: Грейсон, нам нужно поговорить.

Я: Грейсон, это очень важно…

Я: Грейсон, я на этой неделе звонила тебе тридцать раз. Уж наверное, ты можешь ответить хотя бы на ОДИН звонок…

Положив телефон и взяв в руки тест на беременность, я поглядела на две голубые полоски. Это был десятый тест за неделю, и результат был всегда один и тот же. В один миг мои планы по поводу Стэнфорда показались совершенно ничтожными, и я подумала о том, чтобы переехать в Нью-Йорк, чтобы Грейсон мог помочь мне вырастить нашего ребенка.

Не понимая, что делать дальше, я ничего не сказала ни моим друзьям, ни моей семье. Я хотела, чтобы Грейсон узнал первым и остался со мной, пусть хоть всего на один день.

Я продолжала звонить на его телефоны: на старый, на новый рабочий, на новый личный. Но он так и не ответил, и не перезвонил. Тогда я отправила ему электронное письмо и поставила в копию его агента, чтобы наверняка.

Тема: Срочно: Пожалуйста, прочитай и ответь.

Грейсон,

я беременна.

Шарлотта.

Ответа так и не было.

Прошло три дня. Я уже начала смотреть вылеты в Нью-Йорк, когда получила ответ: «Мы едем. Будь у себя через час». Сообщение пришло от Анны, и я ощутила слабое облегчение. Я рванула домой, чтобы успеть к их приходу, но когда они появились, это были вовсе не «они». Была только Анна.

– Значит, ты беременна? – спросила она, ввалившись в гостиную.

Я кивнула.

– Грейсон с вами?

– Нет. – Она швырнула сумку на диван. – Нет, он не со мной, но он послал меня к тебе, как только получил сообщение.

– Хорошо… Так он что, приедет завтра или позже?

– Он вообще не приедет. – Она с жалостью посмотрела на меня и тапнула несколько раз по экрану телефона. – Он пытается двигаться дальше и сосредоточиться на своей карьере, но он обещал решить все проблемы при условии, что ты можешь доказать, что это его. Итак, сколько тебе для этого нужно?

– Это?

– Да. «Это» – обуза, которую ты носишь у себя в животе. «Это» – якорь, который ты хочешь привязать ему на шею в надежде, что он вернется к тебе, хоть этого, вероятно, никогда не произойдет. Просто назови сумму, и он заплатит тебе.

Мое сердце екнуло.

– Он так и сказал?

– Нет, он сказал гораздо грубее, но я это ни за что не повторю.

Я уставилась на нее.

– Чем быстрее ты мне скажешь, тем лучше. Естественно, если ты хочешь получить алименты, тебе придется держать своего незаконнорожденного ребенка в тайне. Никаких книг, никаких выступлений.

– Уйдите, Анна.

– Еще кое-что, – произнесла она. – Грейсон хочет убедиться, что ты не пытаешься воспользоваться им и его будущими доходами, поэтому тебе придется выслать мне снимок УЗИ, чтобы подтвердить свою беременность. Еще тебе придется пойти в ДНК-лабораторию, которую выберет он, и подтвердить, что ребенок его, а не чей-нибудь еще. – Она взяла свою сумочку и направилась к двери. – Итак, для справки, я улажу все с документами, если у тебя будет доказательство твоей… – она посмотрела на мой живот и закатила глаза, – беременности. Если, конечно, не…

Я захлопнула дверь у нее перед носом.

Я записалась на ультразвук на самое позднее время в день драфта НФЛ, надеясь избежать любых новостей о Грейсоне, но моя логика потерпела крах – несколько пациентов смотрели церемонию по телевизору в комнате ожидания.

Когда представитель команды Нью-Йорка взошел на трибуну, я заставила себя посмотреть на экран.

– В первом раунде наш первый выбор… – произнес он. – Нью-Йорк выбирает защитника Питтсбургского университета Грейсона Коннорса!

Толпа громко зааплодировала, а камера приблизилась к Грейсону, встающему из-за стола. Он улыбнулся в камеру, и мое сердце екнуло, когда он двинулся к сцене получать кепку и футболку команды Нью-Йорка.

Несмотря на свою злость, я все же была рада, что он стал номером один. Я вытащила телефон, чтобы написать ему последнее поздравление, но вдруг уронила его на пол, когда увидела, как его целует супермодель Элизабет Тиль.

Какого черта?

Я ждала, поцелует ли он ее в ответ, и он поцеловал. Затем обнял ее и ушел со сцены, вдребезги разбивая мою веру в то, что мы еще могли быть вместе. Он стал тем, кем обещал не становиться, и мне нужно было как-то с этим смириться.

– Мисс Тейлор? – позвал меня кто-то по имени.

– Да?

– Можете зайти.

Я последовала за ней в небольшой кабинет и разделась. Я машинально выполняла то, что от меня требовалось, в то время, как мое сердце бешено колотилось внутри.

Я легла на кушетку и лежала с закрытыми глазами, пока медсестра намазывала мне живот прохладным гелем.

– Не шевелитесь, мисс Тейлор, – мягко проговорила она. – Судя по форме, которую вы заполнили, у вас срок – около восьми недель, но мы сейчас быстро это проверим. Также мы выпишем вам витамины и закрепим за вами доктора недалеко от Стэнфорда. Но сейчас давайте перейдем к моей любимой части. Вы себя хорошо чувствуете?

Я не ответила. Так больно мне еще никогда не было.

– Хорошо… – продолжала она попытки разговорить меня. – Я включаю монитор, этот детектор я прижимаю к вам… – Она принялась перемещать детектор по животу. – Так мы сможем получить снимок растущего ребенка – маленькой Шарлотты, – и увидеть сердцебиение. Можете сами взглянуть, когда будете готовы.

Я открыла глаза и, с трудом улыбнувшись, взглянула на нее. Затем посмотрела на экран.

– Где он? – спросила я.

– Так, вот зародыш. – Она указала на серое пятнышко на экране. Она увеличила в несколько раз изображение, но больше ничего не сказала.

– На каком я сроке? – спросила я.

– Ваш срок был восемь недель.

Она с сочувствием взглянула на меня.

– Был?

– У плода отсутствует сердцебиение, мисс Тейлор. – Она сжала мне руку. – На этом сроке при жизнеспособной беременности мы бы уже увидели его на экране. В любом случае мы проведем все необходимые исследования, чтобы выяснить, почему беременность прервалась, и у вас будет вся информация, которая вам понадобится в будущем. – От ее слов у меня по коже побежали мурашки. – Вы можете подождать, когда ваше тело очистится естественным образом, или мы можем записать вас на процедуру абразии.

– Аборт?