Уитни Джи – Увидимся во вторник (страница 27)
Он помог мне выбраться из машины и, положив мне ладонь между лопаток, повел меня в обход к черному ходу. Он провел меня через забитые людьми коридоры и через гостиную, в которой стоял самый настоящий рев.
– Ты как раз вовремя! – Кайл протянул ему пиво, как только мы добрались до кухни. Затем он посмотрел на меня и улыбнулся. – Специально для тебя я сегодня сделал кофе и печенек, Шарлотта. Они на разделочном столе.
– Заткнись, Кайл. – Грейсон протянул мне свое пиво. – Из команды кто есть?
– Ага. Ты готов толкнуть речь про 10:0?
– Естественно, – произнес Грейсон. Он наклонился и прошептал мне: – Ты ведь останешься на два часа, да?
– Да.
Я глотнула пива и последовала за ним в гостиную.
Все члены команды сгрудились возле самодельной диджейской будки и скандировали: «10:0, 10:0», а квартира продолжала вибрировать от музыки. Между песнями кто-то из них хватал микрофон и произносил свою уморительную и совершенно нескромную речь. Они заканчивали свои пошлые монологи, снимая с себя рубашки, к великому удовольствию визжащих фанаток.
–
– Серьезно? – подвинулась ближе подруга. – О чем же?
– О сексе с ним, – засмеялась та. – О чем же еще? Пройдут годы, и я смогу оглянуться на свои студенческие годы и похвастаться, что переспала с первым задрафтованным в НФЛ игроком.
– Это если я с ним первой не пересплю.
Они засмеялись громче, а я проиграла в голове каждое сказанное брюнеткой слово. Я мысленно прокрутила все недавние проведенные с Грейсоном мгновения в кафе и ресторанах, где меня всюду преследовали завистливые взгляды. Его улыбка всегда помогала мне не обращать на них внимание, но увидев, как не менее двадцати девушек подходили сегодня к нему и теребили его за плечо или, поздравляя его за «несокрушимость», обнимали дольше, чем нужно, я поняла, что, возможно, в словах брюнетки был смысл.
Может, и ложный смысл, но тем не менее смысл.
Я допила остатки пива и пробилась через толпу в спальню Грейсона. Закрыла дверь и посмотрела расписание ближайшего «шаттла» «Сэйф Райдер». Затем отправила Грейсону сообщение.
Я: Я себя не очень хорошо чувствую. Наверное, я лучше пойду домой. (В следующий раз исправлюсь, обещаю.)
Я забила адрес своего общежития как точку высадки в приложении «Сэйф Райдер», но прежде чем я смогла нажать «подать заявку на поездку», Грейсон вошел в комнату и забрал телефон у меня из рук. Он положил его к себе в карман и запер дверь.
– Ты же мне сказала, что у тебя все в порядке, – произнес он. – Давай признавайся.
– Я просто устала.
– Херня все это, Шарлотта. – Он взглянул мне в глаза. – Рассказывай.
– До того, как ты меня забрал сегодня в общежитии, ко мне подошла одна из твоих бывших.
– У меня нет никаких бывших.
– Кажется, она считала по-другому.
Он сжал зубы.
– Понятно. Что она тебе сказала?
– Ничего конкретного, просто объективный взгляд.
– Расскажи мне, что она тебе сказала, Шарлотта. – У него был взбешенный вид, но голос оставался спокойным.
– Она сказала, что ты просто разыгрываешь комедию, что ты никогда не будешь встречаться со мной по-настоящему и что все, чем мы в последнее время занимаемся: все эти тайные поцелуи, уединенные встречи и ночные телефонные разговоры – часть твоей обычной игры, которая в итоге будет иметь губительные последствия. Я отмахнулась, но когда я попала сюда и послушала, как некоторые твои фанатки рассуждают о своих твердых намерениях переспать с тобой до твоего драфта в НФЛ, я поняла, что в этом есть смысл. Поэтому, как бы сильно ты мне ни нравился, я не уверена, что справлюсь с…
Он прижал палец к моим губам.
– Остановись. Мы прямо сейчас положим этому конец.
Он подвел меня к стулу, но сесть не дал. Вместо этого он сам на него сел и, сжав мне руки, подвел к себе – так, что я оказалась между его ног.
– Ну, во-первых, – произнес он, – это ты настаивала на том, что мы должны целоваться тайком, и на всякой подобной чуши, будто мы дети малые. Последние две недели я тебе каждый день твердил, что мы теперь больше, чем друзья, что я хочу встречаться с тобой, а ты всегда уклонялась или делала вид, что не слышишь. Во-вторых, в этом кампусе я ничего ни с кем, кроме тебя, не хочу делать, так что, если пара каких-то случайных девчонок обсуждает, как бы со мной переспать, не напрягайся.
– Я просто думаю, что ты порой не очень понимаешь, насколько ты популярен.
– Нет, я совершенно точно знаю, насколько я популярен. – На его губах появилась самодовольная улыбка, и он притянул меня ближе – так, что мои колени коснулись обивки стула. – Мне, конечно, приятна лесть, но она насквозь фальшивая. Я не могу контролировать то, что делают другие, но было бы замечательно, если бы ты говорила мне правду, когда что-то происходит. Тогда я мог бы исправить ситуацию до того, как ты начнешь искать оправдания, чтобы порвать со мной.
– Чтобы порвать отношения, они должны у нас быть.
Он не обратил внимания на мою реплику и отпустил мои руки.
– А еще мне нужно, чтобы ты смирилась с тем, что я никуда не уйду. – Он погладил мои бедра. – Ты зря тратишь время, пытаясь убедить меня в обратном.
– Грейсон, я не пытаюсь… – Я сбилась с мысли, когда он сдвинул в сторону мои трусики и прижал палец к моей «киске».
– А я не пытаюсь закончить наш разговор прямо сейчас, – ухмыльнулся он. – Мы можем вернуться к нему, когда я с тобой закончу. – Он спустился со стула на пол и поднял на меня глаза. – Сядь своей «киской» мне на лицо.
Я тут же залилась краской.
– Что?
– Ты слышала. – Он погладил мое правое бедро. – Сядь своей «киской» мне на лицо.
Я не шелохнулась.
Тихонько усмехнувшись, он нежно поднял мою левую ногу и поставил ее на стул. Затем сжал мои бедра, чтобы я не двигалась.
Без всякого предупреждения он втянул ртом мой набухший клитор, заставив меня схватить его за волосы. Я стояла, прикусив губу, пока он беспрестанно порхал языком по моей «киске», лишая меня сил.
Целуя мою «киску» так, будто это был рот, он проскальзывал языком все глубже и глубже, не давая мне контролировать темп.
– А-а-ах, – застонала я, когда он большим пальцем принялся тереть мой клитор, мучая меня спокойным, чувственным ритмом. – О боже…
Он постанывал, погрузив палец внутрь меня и не отрывая языка. Музыка за дверью сотрясала стены, и моих криков почти не было слышно из-за громких воплей и шума в гостиной.
– Грейсон… – Мои ноги дрожали, и я с трудом удерживала равновесие. – Грейсон, я не могу… я…
Он не обращал на меня никакого внимания. Он продолжал работать языком, заставляя трепетать мою «киску». Я ощущала, как внутри меня поднимаются незнакомые мне волны наслаждения, ощущала, как вверх и вниз по позвоночнику пробегает дрожь.
Вскрикнув, я закрыла глаза и упала вперед, на стул, чувствуя, как меня накрывает оргазм. Я потеряла контроль над своими мышцами, будто во мне не осталось костей.
Он встал и поцеловал меня в шею, затем поднял и перенес меня к себе в кровать. Напоследок он поцеловал мою «киску» и исчез в ванной.
Я услышала тихий звук бегущей воды и открыла глаза. Сейчас я была способна только лежать и смотреть в потолок.
Через несколько минут Грейсон вернулся в комнату и, немного помассировав мне ноги, помог сесть. Он вытащил мой телефон из своего кармана, нажал несколько раз на экран и вернул его мне.
– Как я уже говорил, – произнес он. – Мне нужно, чтобы ты перестала искать оправдания, чтобы порвать со мной. Я хочу быть с тобой, и только с тобой, и, хоть ты это и отрицаешь, ты чувствуешь то же самое. – Он погладил меня по волосам. – Если еще кто-нибудь придет к тебе и начнет врать, скажи мне, чтобы я с этим покончил. Хотя мы оба должны признать, что после сегодняшнего никто уже не посмеет сказать, что я не способен на открытые отношения.
Я опустила взгляд на свой телефон и увидела, что он отметил меня на своем новом статусе в Фейсбуке:
– Ну, теперь у нас никаких претензий друг к другу нет. – Он поднял меня с кровати и подвел к двери. – Да?
Я кивнула. У меня все никак не укладывалось в голове, что он со мной сейчас сделал.
– Рад, что мы пришли к единому мнению, – проговорил он. – А теперь, так как ты мне все еще должна два часа, приходи ко мне в комнату через сорок пять минут – я снова отведаю твоей «киски».
Шарлотта: тогда