Уитли Стрибер – Запретная зона (страница 51)

Мэри одела холщовую шляпу, а преподобный Онт застегнул пуговицы на охотничьей куртке. Оба они выглядели на редкость беспомощными. Онт был маленьким тщедушным человечком со щенячьими глазами и кротким нравом. Мэри храбрилась изо всех сил, но все знали, что она не способна обидеть даже муху.

— Прежде чем пускаться в путь, подумайте еще раз, — обратилась к ним Лой. — Нам лучше держаться всем вместе.

— Поехали! — сказала Мэри срывающимся от волнения голосом.

В этот момент из-под дома раздался едва слышный дрожащий звук, всего лишь легкое дуновение, но все сразу поняли, что он означает.

— Вот что нас ждет, — хрипло прошептала Дженни Хайджекс. — Все тот же шум. — Она посмотрела на перепуганные лица товарищей по несчастью. — Он там, внизу, прямо под нами.

Семейство Рис Дэйлов сбилось в кучку и стало торопливо совещаться. Уилли по-прежнему настаивал на открытом сражении, а лицо его матери застыло, как воск. Наконец вперед выступил Джим.

— Мы поедем с тобой, Мэри. — Энни-младшая уткнулась матери в подол платья.

— Спасибо, отец, — сказал Уилли, похлопывая рукой по ружью. — Я тебя не подведу!

Шум, доносившийся из-под пола, становился все сильнее. Задрожали безделушки, стоявшие на полке над телевизором, и зазвенели тарелки на столе.

— У нас мало времени, — обратилась к друзьям Мэри.

Рис Дэйлы вышли из дома вместе с Мэри и преподобным Онтом.

— Я не хочу находиться в доме, когда он обрушится, — оправдывалась Энни. — Я уже раз пережила такое. С меня хватит.

Лой подошла к Брайану и взяла его за руку. Эллен взяла большой кухонный нож и засунула за пояс. Она остановилась перед полкой и стала изучать коротковолновый радиоприемник, смахивая украдкой катившиеся из глаз слезы.

— Боб, он работает?

— Этим «Сони» я могу поймать Китай, но ты ведь знаешь, что рация не работает.

— Да, ты ничего не можешь передать, но ведь это приемник, и мы можем послушать, что делается вокруг нас. — Эллен включила радио и стала настраиваться на местную станцию.

Мэри Ейтс вместе со своими спутниками вышла на веранду. Лой отодвинула занавеску и стала наблюдать, как они садятся в «Чероки» преподобного Онта и пикап Рис Дэйлов.

Когда машина стала отъезжать от дома, земля затряслась сильнее, и любимые безделушки Нэнси, керамические эльфы и статуэтки, имитирующие дрезденский фарфор, запрыгали на полке.

— Если эти твари роют под домом туннель, нам лучше отсюда уйти, — сказал Боб.

— Нет, мы останемся! — Лой отошла от окна. В этот момент одна из статуэток упала с полки и с грохотом ударилась о телевизор. Ее голова отлетела в сторону и покатилась к двери.

Было слышно, как на улице заработали двигатели обеих машин, и они поехали по направлению к дороге.

Из подвала послышался тихий скрежет.

— Думаю, мы совершаем большую ошибку, — заметил Боб.

— Тогда почему ты не уехал вместе с ними? — спросила Лой резким голосом.

Брайана очень беспокоили ее отношения с Бобом. Чем больше сложившаяся обстановка напоминала военную, тем сильнее проявлялась тщательно скрываемая враждебность между двумя бывшими солдатами противоборствующих армий. Им обоим нужно было отвлечься от прошлого и направить свои силы и энергию на борьбу с общим врагом.

— Нам нужно найти мою установку, — обратился к присутствующим Брайан. — Это станет ключом к решению всех наших проблем.

Боб кивнул головой, но ничего не сказал.

— Ты знаешь, как это можно сделать? — спросила мужа Лой.

— Она может находиться где угодно, — вмешалась Эллен.

— Она где-то здесь. Ведь все происходит именно здесь. Мне кажется, что с помощью моих уравнений и каких-то невероятных комбинаций с приборами и оборудованием им удалось установить связь с одним из параллельно существующих миров.

— А ты мог бы сделать то же самое? — спросила Лой.

— С научной точки зрения я как бы работал с черно-белой фотографией. Тот, кто завладел моей установкой, усовершенствовал ее и довел до уровня объемного телевидения.

Все поднялись и вышли на веранду, чтобы посмотреть на отъехавшие машины. Брайан и Лой последовали за ними.

Было тепло, и воздух благоухал ароматом любимых роз Нэнси. Весело пели птицы, и бабочки перелетали с цветка на цветок. Казалось, трудно представить себе более мирную картину, если бы не оборванный телефонный кабель, валявшийся на дороге, и лежавшие рядом провода высоковольтной линии, по которым время от времени пробегала искра. Машина преподобного Онта медленно продвигалась вперед, а за ней следовал пикап Рис Дэйлов. Уилли стоял в кузове, опираясь о кабину и крепко сжимая в руках свой «ремингтон».

Отец Палмер стал читать молитву, которую хриплыми голосами подхватили все присутствующие, включая и Брайана. Ему страстно хотелось, чтобы всевышний услышал их мольбы, но он не мог заставить себя в это поверить.

Обе машины повернули за угол и исчезли из вида, но никто не двинулся с места, продолжая молиться.

Не прошло и двадцати секунд, как до их слуха долетел звук винтовочного выстрела, и все стали молиться еще неистовее. Раздалось еще три выстрела из винтовки, а потом послышалась стрельбы из карабина. Молитва оборвалась. Теперь каждый молился про себя, за спасение собственной души.

Раздался одинокий выстрел старенького дробовика Мэри и эхом отозвался в горах. Наступившую вслед за этим зловещую тишину вдруг нарушил истошный человеческий вопль. Линда Келли зарыдала, а Нэнси поспешно увела детей в дом, крепко прижимая их к себе.

Крик повторился, отчаянный и безнадежный, как завывание ветра в ненастную зимнюю ночь.

— Да поможет им Господь, — прошептал отец Палмер.

Раздался треск, как при электрическом разряде, и над деревьями засветились лиловые огоньки, которые были хорошо видны, несмотря на яркий солнечный свет. Леденящие кровь крики не умолкали, и вдруг до Брайана дошло, что кричит и он сам, и все собравшиеся вокруг него люди, за исключением Лой и Боба, которые с ружьями в руках ходили бок о бок по дорожке, ведущей к дому.

Брайан взял себя в руки и направился к жене и другу. Проходя мимо отца Палмера, он увидел, что тот стоит на коленях, подняв сжатые кулаки к небу, не то с мольбой, не то с гневом.

Раздался глухой удар, и из-за деревьев поднялся столб пламени, устремившийся прямо в небо. По дороге катилась одинокая автомобильная шина, от которой шел дым с едким запахом горелой резины. Вскоре она остановилась и упала на бок.

Доктор Гидумэл прижал руки к вискам. Его глаза были широко открыты, а зубы стиснуты.

Когда крики прекратились, Брайан с удивлением обнаружил, что где-то рядом играет музыка. Сначала он не сообразил, в чем дело, но потом понял, что это было радио. Эллен настроилась на местную станцию в Глен Фоллз. Звучала старая песня Нэта Кин-Кола «Мона Лиза». Всего в семидесяти милях отсюда шла обычная жизнь, и люди даже не представляли, какая угроза нависла над ними.

Потом Брайан увидел, как из пелены дыма появилось тонкое кольцо и, извиваясь, высоко взлетело над вершинами сосен, закрывая Мэйн-стрит.

— Господи, вы только посмотрите! — Кольцо развернулось и превратилось в змею, извивающуюся в воздухе, как виноградная лоза, к концу которой был прикреплен какой-то предмет.

Лой и Боб вскинули ружья, хладнокровно прицелились и выстрелили. Змея подняла голову и отпрянула назад. Непонятный предмет черной точкой пролетел по небу и, описав дугу, направился прямо на них. Боб снова выстрелил, и предмет отскочил в сторону и упал на улице, в двадцати футах от них.

Потом наступила тишина, и змея исчезла.

— Принесите одеяло и закройте ее, — приказала Лой.

Брайан увидел, что непонятный предмет был человеческой головой. Он узнал юное лицо Уилли Рис Дэйла, на котором застыл жуткий оскал.

— Сейчас принесу, — тихо отозвался он.

— Брайан! — взвизгнула Нэнси, когда он проходил через парадную дверь. — Брайан, там внизу что-то есть! — расширенными от ужаса глазами она смотрела на вход в подвал.

— Уходите отсюда.

— Господи, Брайан, куда нам идти?

— Поторопитесь, — резко скомандовала Лой. Брайан схватил со стола скатерть и направился к двери.

Когда он вышел на веранду, то обнаружил, что голова все еще подает признаки жизни, а лицо передергивается.

Лой и Боб снова открыли по ней огонь. При каждом выстреле голова бедняги Уилли подпрыгивала на мостовой.

Брайан шел к ним, размахивая скатертью.

— Осторожнее, Лой! У этого ружья сильная отдача.

— Я знаю, как с ним обращаться, — Лой показала глазами на голову. — Закрой ее. Лучше, если этого никто не увидит.

Голова была по-прежнему жива, левый глаз судорожно мигал, а язык шлепал во рту, как бьющаяся в оконное стекло ночная бабочка. Одна пуля пробила левый висок, а другая снесла лоб, обнажив складчатую зеленоватую массу, бывшую когда-то серым веществом.

Брайан вдруг заметил, что глаз уставился прямо на него. Он чувствовал, что это уже не лицо Уилли Рис Дэйла, а он сам, но уже в другом измерении.

Глаз быстро замигал, а потом мышцы вдруг застыли. Он жадно следил за каждым движением Брайана.

Лой снова выстрелила, а Брайан быстро набросил на голову скатерть. Ему совсем не хотелось к ней приближаться.