Уильям Сирс – Готовимся к родам (страница 79)

«Итак, сегодня будет твой день рождения. Мы приехали в больницу в семь утра. Врач вскрыл плодный пузырь, и я стала чувствовать слабые схватки. С «небольшой» помощью капельницы схватки усилились, и через несколько часов я уже была готова родить тебя. В половине шестого вечера — после относительно легких вагинальных родов — я уже держала тебя на руках. Второй раз у меня искусственно индуцировали роды. Я надеялась на другое начало, но самое главное — это ты, моя милая маленькая дочь».

Наши комментарии.Диана радовалась здоровому ребенку, но была не очень довольна впечатлением, которое осталось от родов. Через несколько недель после родов мы консультировали ее по этому поводу. Зная, что она была под наблюдением в высшей степени компетентного специалиста, который принимает разумные решения, уважая желания родителей, но в то же время не ставя под угрозу благополучие детей, мы помогли женщине справится с чувством неудовлетворенности. Диана переживала бы не так сильно, если бы врач подробнее объяснил бы ей причины искусственной стимуляции и опасность дальнейшего ожидания. Тогда она могла бы участвовать в принятии решения о стимуляции. Эти искусственно индуцированные роды закончились благополучно, но так бывает не всегда. Методы определения срока, когда беременность «созрела», не очень точны. Иногда дети появляются на свет преждевременно и вынуждены следующие несколько дней или недель провести в палате интенсивной терапии — вместо того, чтобы спокойно закончить свое формирование в утробе матери.

КЕСАРЕВО СЕЧЕНИЕ — БЕЗ РАЗОЧАРОВАНИЯ

Мы были женаты уже семь лет и очень хотели детей, но все время откладывали, дожидаясь «идеального» момента. Я искренне стремилась сделать все возможное, чтобы создать «систему обеспечения» для «идеальной» семьи, и много читала о материнстве и о родах. Я знала, как важно найти профессионального ассистента. Я также понимала, что нам нужен мудрый врач, с которым у нас с мужем могли бы установится доверительные, а не враждебные отношения, как это нередко случается. В самом начале беременности я выбрала профессионального ассистента, а также врача, который вызывал у нас полное доверие.

Мы со всей ответственностью и серьезностью отнеслись к этой беременности. Мы составили план родов и показали его врачу, чтобы он прочитал и одобрил его. Нашим желанием были вагинальные роды при минимально возможном вмешательстве. Я хотела, чтобы мое участие в родах было максимальным. И благодаря поддержке, любви, заботе и молитвам всех, кто входил в мою «систему обеспечения», мне удалось добиться поставленной цели.

Роды были долгими, и в конце концов мы приблизились к 24-часовой границе безопасности — после разрыва плодного пузыря. Стало ясно, что нужно принимать какое-то решение. Но фетальный монитор показывал, что с ребенком все в порядке, и врач разрешил немного подождать, чтобы дать шанс исполниться нашему желанию вагинальных родов. Шейка матки полностью раскрылась, и в течение трех часов я безуспешно тужилась. Через двадцать девять часов после разрыва плодного пузыря стало очевидно, что ребенок расположен слишком высоко, чтобы можно было применить акушерские щипцы или вакуумный экстрактор. В качестве последней меры применили эпидуральную анестезию в надежде расслабить мышцы и связки таза, чтобы через него мог пройти ребенок. Эта попытка не принесла успеха. Мы так устали, что уже не верилось, что ребенок вообще когда-нибудь родится. Стали готовить меня к кесареву сечению. Мой муж и ассистент не могли сдержать слез разочарования.

Может быть, я пополнила статистику необязательных кесаревых сечений? Ни в коем случае! Мы знали, что кесарево сечение необходимо, потому что ребенок застрял в моем тазу. Фотографии новорожденной дочки свидетельствуют о том, что мои потуги привели к образованию «вмятины» у нее на лбу. В нашем случае вмешательство было необходимо ради сохранения здоровья матери и ребенка. Это не входило в наш план, но я знала, что сделала все, что от меня зависит — до родов, во время родов и после родов, — чтобы обеспечить здоровье и счастье нашей дочери.

Наши комментарии.Я (Билл) имел возможность беседовать с этой супружеской парой во время беременности, помогал при родах и оказывал им психологическую поддержку в послеродовом периоде. Это одна из самых ответственных супружеских пар, с какой мне когда-либо приходилось иметь дело. Они проделали всю необходимую «домашнюю работу», выбрали подходящего врача и профессионального ассистента, выработали собственную философию родов и составили план родов. Они не испытывали сожалений из-за хирургического вмешательства, потому что были убеждены, что сделали все, что от них зависело. Винить было некого (возможно, за исключением природы), и эти родители нашли утешение в том, что тщательная подготовка обеспечила им если не вагинальные, то хотя бы приносящие удовлетворения роды.

По иронии судьбы, эти роды наблюдали два корреспондента газеты «Los Angeles Times», писавшие статью о работе профессиональных ассистентов. Статья была о том, что этот «новый» персонал способен снизить риск кесарева сечения. Поначалу корреспонденты были разочарованы, поскольку, несмотря на высокий профессионализм ассистента, роды закончились кесаревым сечением. Я переубедил их, объяснив, что главная цель профессионального ассистента состоит в том, чтобы супруги получили удовлетворение от родов. В нашем случае в этом сомневаться не приходилось. Статья была напечатана.

НЕУДАЧНАЯ ЭПИДУРАЛЬНАЯ АНЕСТЕЗИЯ

Во время первой беременности мы с мужем планировали естественные роды в больнице без какого-либо медицинского вмешательства. Мы готовились к этому событию, читая книги и посещая курсы по методу Брэдли и Ламаза. Мы планировали приехать в больницу как можно позже, чтобы медицинское вмешательство было по возможности минимальным. Тем не менее, плодный пузырь разорвался в самом начале родов, и дежурный врач посоветовал немедленно ехать в больницу.

В больнице медсестра уложила меня в кровать и подключила к фетальному монитору. Мне это не очень понравилось, потому что пребывание в постели замедляло роды. Мониторинг проводился в течение двадцати минут каждый час, после чего мне было позволено встать с кровати и свободно передвигаться. Боль была вполне терпимой, и поэтому я сохраняла мобильность и могла менять положение тела.

Через десять часов врач посчитал, что роды не прогрессируют, и назначил внутривенное введение питоцина. Как только препарат оказался у меня в крови, боль стала невыносимой. Мне казалось, что я схожу с ума. Я терпела, сколько могла, но боль не прекращалась, и я стала бояться, что потеряю сознание. Больше всего я боялась попасть под нож хирурга, и поэтому выбрала эпидуральную анестезию в надежде избежать кесарева сечения.

После того как анестезия подействовала, я испытала огромное облегчение. Через несколько часов я почувствовала желание тужиться. Стадия потуг была самой приятной. Несмотря на эпидуральную анестезию, я чувствовала каждую схватку и могла тужиться, чтобы самой вытолкнуть ребенка. Это был самый яркий момент в моей жизни.

Позже у меня появилась невыносимая боль в затылке, отдававшая в шею и позвоночник. Врачи определили, что причиной этого стала дуральная пункция. Мне предложили два варианта: внутривенное введение кофеина, который снимет боль лишь на некоторое время, или процедура, при которой в спинномозговую оболочку введут мою собственную кровь. Вмешательство не дало результата и лишь стало причиной второй дуральной пункции. Тогда я сделал выбор в пользу естественного выздоровления — даже если это займет несколько недель. Все это время мне пришлось лежать на спине, и я не могла ухаживать за ребенком — только кормила грудью и держала на руках.

Все побочные эффекты, которые мне довелось испытать на себе во время родов и восстановительного периода, были вызваны медицинским вмешательством. Поэтому роды первого ребенка стали для меня важным уроком.

Наши комментарии.Стефаниузнала, что не следует делать во время следующих родов. Врач слишком рано посоветовал ей приехать в больницу. Это вызвало эффект домино — череды медицинских вмешательств. Необходимость лежать ради электронного мониторинга замедлила роды, что привело к необходимости ввести питоцин, чтобы стимулировать родовую деятельность. Питоцин, в свою очередь, стал причиной невыносимой боли, что обусловило применение эпидуральной анестезии. Эпидуральная анестезия стала причиной головных болей и мучительного послеродового периода. Тем не менее, несмотря на все эти вмешательства, Стефани считала, что родила ребенка естественным путем, потому что избежала кесарева сечения и активно участвовала в родах на стадии выталкивания ребенка.

ПРЕВРАЩЕНИЕ КЕСАРЕВА СЕЧЕНИЯ В РОДЫ

Мой первый ребенок появился на свет в результате кесарева сечения — из-за чистого ягодичного предлежания. Я была неопытна и предполагала, что если попрошу врачей о «естественных родах», они сделают все возможное, чтобы исполнить мое желание. Психологическая травма, которую я получила, не заживает до сих пор. Но я начала собирать информацию. Большую часть сведений о «естественных родах» я получила на собраниях Международной молочной лиги, а также из книг, которые брала в их библиотеке. Я узнала, что большинство акушеров-гинекологов хорошо разбираются в медицинских вмешательствах, но мало что понимают в естественных родах. Кроме того, я поняла, что медицинские вмешательства часто становятся источником проблем.