Уильям Моррисон – Миры Уильяма Моррисона. Том 3 (страница 42)

Молодой лейтенант, казалось, был занят своими мыслями.

— Нет, сэр.

— Вы хотите сказать, — проревел капитан, — что не заметили, какой у этого человека был взгляд? Да что происходит с моими людьми? Ведь у него точно такой же взгляд, как у низших\.

— Мне очень жаль, — пробормотал лейтенант.

В каюту без стука вошла жена капитана и опустилась в кресло возле его стола. Устало вздохнув, она задумчиво улыбнулась.

— Все кончено, — прошептала она. — Колония готова.

— Что?! — закричал капитан. — О чем ты говоришь? — Он подскочил к ней и потряс за плечи. — Ты что, с ума сошла?

— Сам посмотри, — пробормотала она, махнув рукой на дверь, ведущую наружу. — Видишь?

Тревожная улыбка дрожала на ее губах. Руки беспокойно шевелились на коленях.

Капитан пошел к двери, перед глазами все крутилось, в голове больно стучали молотки, и все тело было каким-то жестким и неуклюжим. За дверью он увидел, как суперы бесцельно слоняются по сторонам, некоторые сидят, прислонившись спиной к деревьям, а прочие лежат в высокой траве. Но, несмотря на это, низшие работают по-прежнему, управляя машинами и пользуясь инструментами. Отчаянным криком капитан подозвал к себе Марко.

— Почему остановилась работа? — спросил он, когда Марко подошел.

— Работа не останавливалась, — улыбаясь, ответил Марко. — Мы работаем, капитан.

— Ну, да, вы работаете. А суперы?

— Больны, — ответил Марко. — Суперы больны.

— Больны?

Капитан вдруг понял, что так оно и есть. Но почему? Отчего? Он не мог понять причин этой странной болезни.

— Низшие работают, — повторил Марко. — Низшие не заболели.

— А почему вы не заболели? — обиженно спросил капитан, но Марко лишь молча улыбнулся. — Как вы, низшие, вообще можете работать, если суперы не отдают вам приказы? Откуда вы знаете, что делать?

— Знаем, — твердо ответил Марко. — Суперы учат. Хорошие учителя. Мы учимся. Низшие учатся.

«Что пытался сказать Марко? — подумал капитан. -Низшие достаточно обучились, чтобы работать самостоятельно? Суперы им больше не нужны? Но как, как все это произошло?»

— Корабли прилетают, — продолжал Марко. — Не страшно. Низшие воюют с ними. Низшие любят суперов.

Капитан вернулся к себе в каюту, сел и положил на стол гудящую голову, в которой отчаянно стучали молоточки. Он долго просидел в таком положении, складывая логическую цепочку событий: корабли — бессмысленное нападение — вот причина нынешних проблем. Корабли чем-то облучили их, и облучение повлияло на их мозги. Превосходные, мощные мозги суперов…

Услышав какой-то звук, капитан резко поднял голову. Он увидел свою красавицу-жену, сидящую в кресле и, очевидно, спящую с открытыми глазами. В углу сидел молодой лейтенант и беззвучно плакал, закрыв лицо руками. И все остальные тоже были здесь. Капитан увидел своих друзей и подчиненных. Все они пребывали на разных стадиях вырождения, беспомощные, а некоторые уже опустившиеся до уровня животных. Низшие же продолжали возводить колонию. Но почему? Почему именно они, результаты евгенических экспериментов в течение многих поколений, оказались неуязвимыми для странного облучения? Как это может объяснить наука? И чем все закончится? А может, это еще не конец?

Голова раскалывалась. Эта боль раздражала капитана, из-за нее он не мог привести в порядок мысли. А может, это начало его превращения в идиота? Что же делать ему, главе будущей колонии? Как он может все бросить?

К капитану подошел Марко.

— Низшие добры к суперам, — произнес он. — Не бойся.

Неожиданно капитан понял, какое будущее ждет эту планету. Здесь будут всем править низшие. Да они уже управляют всем! В то время, как суперы будут постепенно тупеть, низшие станут развиваться и улучшать свой разум. Не ограничиваемые ни в чем суперами, они, в конечном итоге, завоюют планету и через несколько поколений станут настоящей расой господ, содержащих полностью зависящих от них потомков суперов. Такое будущее совершенно не понравилось капитану.

— Низшие добры к суперам, — повторил Марко, ожидая одобрения от капитана.

— Да будь ты проклят, Марко! — безумно завопил капитан. — Мне не нужна твоя доброта!

Он бросился к своему столу, рванул ящик и выхватил из него пистолет. Но Марко оказался быстрее. Прыгнув на капитана, он стал вырывать у него пистолет. Раздался выстрел, пробивший в потолке каюты дыру.

На крики капитана в каюту вбежали низшие, хотя его жена и лейтенант никак не отреагировали. Все вместе они скрутили капитана и связали ему руки.

Марко переполнил бьющий через край восторг. Ум его функционировал теперь лучше, чем прежде, он выучил слова, которых прежде не знал, узнал новые факты, понял новые идеи, недоступные ему раньше. А впереди еще предстояло много чего узнать. Но, тем не менее, он страстно хотел помочь бедным беспомощным суперам, даже теперь, когда исполнил свою мечту — спас, наконец, жизнь капитану.

Капитан извивался, пытаясь вырваться, но низшие бережно усадили его на пол. Марко подошел и положил руку ему на плечо.

— Все хорошо, капитан, — сказал он. — Низшие будут добры к суперам.

Super Science Stories, 1951 № 6

НАРКОМАНЫ

Нужно знать, что Палмер любил свою жену, как и прежде, иначе вы не поймете, в чем тут дело. «Все это для ее пользы», — дюжину раз повторил он себе на протяжении предыдущего дня. Этим он успокаивал свою разбушевавшуюся совесть. Он не думал, что становится кем-то вроде убийцы.

Она сидела возле искусственного камина, милого пережитка старины, читая какую-то книгу, точно так же, словно была дома на Марсе, а не на этом безжизненном камне. Она быстро приспособилась к одиночеству и странностям этой жизни — к отсутствию друзей, к необходимости экономить воздух, к странному ощущению искусственной силы тяжести, которая временами чуть колебалась, если в топливе станционного генератора попадались примеси. Она привыкла, практически, ко всему, кроме мужа.

Казалось, она почувствовала его взгляд, потому что обернулась и улыбнулась.

— У тебя все нормально, дорогой? — спросила она.

— Естественно. А у тебя?

— Так же, как можно было ожидать.

— Значит, не очень хорошо…

Она не ответила. «Она не хочет этого, но действительно завидует мне, — подумал он. — Ну, тогда мне нужно сделать так, чтобы ей нечему было завидовать». Он посмотрел через толстое окно из прозрачного металлопластика на великолепие звезд, ярко горящих и незамутненных взвесью или атмосферой.

Истории о несчастных смотрителях маяков, живущих на астероидах, были не применимы к этой особой космической скале. Здесь была замечательная, невероятно милая жизнь. По крайней мере, для него это был выход. И одновременно, это был выход для его жены.

Он стал бы горячо отрицать, если бы его обвинили в том, что он считает жену противной. Но все люди после определенной рюмки меняются, а Палмер бы гораздо хуже, чем пьяницей. Он был наркоманом марак, а пристрастившиеся к мараку люди считают всех вокруг замечательным, кроме тех, кто не разделяет их пристрастие к этому препарату. Таких они считают жалкими, развращенными существами, попросту лишенными разума.

Конечно, жизнь на астероиде не являлась выходом для большинства наркоманов, но только не для Палмера. «Я считаю свою жену, — подумал он в который уж раз, — жалкой личностью, которую я безумно люблю, так что мой долг сделать ее счастливой. И нужно поторопиться с этим. Она наверняка умрет в ближайшее время, так почему бы ей не прожить последние дни в мире и счастье, которые может принести только марак?»

У самой Луизы имелся бы ответ, если бы он задал ей такой вопрос. Но он был слишком осторожен и не спрашивал ее об этом.

Она отложила книгу в сторону и снова повернулась к нему.

— Джим, дорогой, — спросила она, — как ты думаешь, мы не могли бы приобрести телевизор?

— Он не станет работать без мезотронного детектора.

— Даже радио принесло бы какое-то разнообразие.

— От него тут не будет пользы. В это время года слишком много статичных помех от Марса и Земли.

«В этом и прелесть марака, — подумал он. — Марак меняет настроение и дает человеку спокойствие, при этом увеличивает его способности и помогает решить абсолютно все проблемы. Разумеется, мне не нужны ни радио, ни телевизор, я даже не начал читать ни одной книги в библиотеке. Они мне просто не нужны…

За толстым окном мелькнула тень, заслонив на мгновение огни звезд. «Это тень смерти, — подумал Палмер, но даже ей он сумел улыбнуться. — Даже смерть замечательна». Когда она придет, то обнаружит его счастливым. Он не станет дрожать, как вздрогнула при виде этой тени Луиза.

Он улыбнулся жене, вспоминая те шесть лет, что они прожили вместе. Это была короткая совместная жизнь, но она была такая… замечательная. Они только раз серьезно поссорились на втором году брака, после чего помирились и опять стали жить дружно. А затем, два года назад, он стал принимать марак, и после уже не был способен ссориться с кем бы то ни было. Марак был образцовым наркотиком, и Палмер не мог понять, почему кто-то должен бороться с ним.

Луиза попыталась с ним спорить после того, как узнала об этом, но Палмер превращал каждый спор в мирную беседу, которая пере-подняла его чистейшим благодушием. Он оставался таким, когда жена попыталась подсунуть ему в еду лекарство против марака. Именно это частенько сбивало ее с толку и злило, но глядя на нее, он лишь улыбался. Представьте себе жену, приходящую в ярость только из-за того, что ее муж слишком благодушен.