Уильям Кинг – Крестовый поход Махариуса (страница 5)

— Похоже, умею, — возразил я и направил лазпистолет прямо на Маленького Тоби, который потянулся к своему пальто. — Осторожнее, — предупредил я.

Иван шагнул вперед, сунул руку ему в карман и вынул оружие.

— Не знаю, о чем вы думаете, парни, но вы подписываете себе смертный приговор, — произнес Тоби.

— Нам приятно, что ты волнуешься за нас, — сказал я. — Но лучше беспокойся о себе. Лезь в машину.

Иван придержал дверь и сел следом за Тоби внутрь. Антон и я присоединились к ним. Это был лимузин. Казалось, в нем достаточно места, чтобы закатить вечеринку.

— Вели водителю везти нас в вербовочный пункт, — произнес я.

Тоби послушался, и наземный автомобиль плавно тронулся с места. Из-за головы Тоби я видел, как мимо проносятся улицы Кузничного рынка. Отсюда все выглядело иначе. Внутри наземного автомобиля было тихо, и мы были так далеки от идущих на работу людей, словно уже находились в космическом корабле.

Антон был бледен. Иван казался каменным изваянием. Маленький Тоби сидел расслабленно, будто это не ему уткнули оружие в затылок. Я все время ждал, что он что-нибудь выкинет. Возможно, он что-то и планировал.

Не знаю, сколько мы ехали до Имперской площади, но в итоге оказались там. Машина остановилась перед большой мраморной башней. Над гигантским входом распростер крылья имперский орел. Иван открыл дверь и выбрался наружу. Мы последовали за ним. Маленький Тоби опустил стекло и посмотрел на нас. Мгновение его лицо оставалось безразличным, но затем он улыбнулся и сказал:

— Удачи, парни… и не возвращайтесь.

Мы поднялись по ступеням и через огромные двери вошли в вербовочный пункт. Когда они закрылись за нами, я вспомнил о послании, выжженном для отца на стене комнаты, подобно высеченной на надгробии эпитафии.

В нем говорилось: «Ушел в солдаты».

Ангел огня

Приложение 107Д-5Н

Запись аудиоданных, обнаруженная среди обломков бункера № 207, башня Хамеля, Каладон, в которой содержится информация относительно возможности канонизации лорда верховного командующего Солара Махариуса и расследования дела о бывшем верховном инквизиторе Иерониме Дрейке, обвиняемом в ереси и измене Империуму.

Идите в свете Императора.

Едва орк вышиб дверь, я понял, что покойник.

Вдвое выше обычного человека, с громадным цепным мечом в массивном крепком кулаке, зеленокожий оглядел казарму налитыми кровью глазами. Он запрокинул уродливую голову, открыл клыкастую пасть и издал яростный вопль, который разбудил бы и мертвеца. Он проорал что-то на своем дикарском языке. Кажется, орк думал, что мы ему подчинимся. Но мы — Имперская Гвардия, солдаты Императора, а орки издревле считались Его врагами. То, что зеленокожему удалось забраться настолько глубоко в бункер, подсказывало, что по крайней мере рота наших солдат уже полегла. Черт подери, в укреплениях башни Хамеля могла погибнуть целая армия, а я бы ничего и не узнал.

Командование молчало вот уже несколько дней.

Прежде чем я успел выкрикнуть приказ, ксенос ринулся в комнату. Стремительным взмахом цепного меча он отрубил руку и плечо Богуслава, а затем отсек Алайну макушку, забрызгав комнату мозгами, кровью и обломками костей. Я услышал, как за спиной опрокидываются стулья и переворачиваются столы, как удивленные солдаты в серой форме вскакивают с металлических коек, чтобы встретиться с этим неведомо откуда взявшимся ужасом, с которым никак не ожидали столкнуться в глубине укрепленного комплекса.

Орк сделал два шага и оказался почти на расстоянии удара от меня. Я поднял дробовик и нажал спусковой крючок. Оружие не подвело меня. Ни разу, за все тридцать лет службы. Крошечные мозги орка размазало по стене. Безголовое тело повалилось на землю, еще дергая руками, цепной меч с ревом начал крутиться по окровавленному полу, пока зубья не заскрежетали о металлическую ножку койки.

По пласкритовым ступеням спускались новые орки, выкрикивая зверские боевые кличи. Некоторые с диким восторгом палили в потолок. Другие размахивали огромными зазубренными мечами и топорами, ревя от первобытного вожделения.

Я снова выстрелил из дробовика, и бегущего впереди орка опрокинуло на собратьев. Они замедлились достаточно, чтобы я успел выдернуть из гранаты чеку и забросить ее прямиком в толпу. Я прыгнул за перевернутый обеденный стол, укрывшись от взрывной волны, и бросил взгляд на остальное отделение. По большей части оно состояло из зеленых новобранцев, не намного старше, чем был я, когда вступил в Имперскую Гвардию. Вот и все, что осталось от грозной армии, следовавшей за Махариусом через всю Галактику. Грустная мысль.

Я закричал, велев им готовиться. Бессмысленно требовать от них примкнуть штыки — едва ли этот необученный сброд переживет ближний бой с орками. Но те, кто оказался сообразительнее прочих, примкнули штыки без команды. Остальные еще возились с оружием. Пара-тройка человек пытались надеть шлемы и противогазы. Андропов торопливо натягивал ботинки.

— Приготовить чертовы лазганы! — проорал я, поднимаясь на ноги. Я направил дробовик прямо на них. — Хотя бы умрите стоя, как люди. Черт! Если будете метко стрелять, может, даже выживете!

Большинство гвардейцев подняли оружие, хотя вели себя так, словно не знали, как с ним обращаться. Некоторые выглядели совершенно ошеломленными. Наверное, они впервые оказались так близко от орков, что вряд ли могло поднять боевой дух даже самых отважных солдат. Если они сейчас же не начнут делать хоть что-нибудь, этот бой наверняка станет для них последним.

— Вы же солдаты Императора! — прокричал я. Кажется, на моих губах даже выступила пена. Теперь они начали меня бояться, а это хорошо — лучше уж меня, чем орков. — Огонь по ублюдкам!

Один из зеленокожих выжил, хотя его рука висела на тонком лоскуте кожи, — этих орков чертовски сложно убить. Он поднялся с пола и взревел что-то на своем языке, которого никто из нас не понимал. Я снова прицелился в него и спустил крючок. Дробь попала ему прямо в грудь и повалила обратно на пол. Я сделал шаг вперед и стандартным гвардейским ботинком двенадцатого размера с подбитой гвоздями подошвой прижал пальцы его целой руки, сломав их, а затем врезал прикладом по черепу. Вы, наверное, думаете, что у меня получилось. Как бы не так. Дробовик просто отскочил от толстых костяных наростов. Черт, да он едва оцарапал выдубленную зеленую кожу.

Я отступил назад и сделал еще один выстрел в упор. С лестницы донеслись новые крики, и я понял, что скоро подоспеет вторая волна. Я оглянулся на новобранцев, которые видели во мне командира, и снова наорал на них. Довольно странное место для последнего боя — спальня с серыми пласкритовыми стенами, вдоль двух из них выстроились койки, возле третьей стоят личные шкафчики, в центре разбросаны металлические столы и стулья. С каждой свободной поверхности на нас взирали пропагандистские плакаты.

— Они идут! Приготовиться, черт вас задери!

Я пошел обратно к солдатам и встал за линией огня. Мне не очень хотелось быть изрешеченным залпом лазерных лучей. Похоже, в этом месте, на захолустной планете, в недостроенном бункере наполовину законченной крепости нам придется вести героическую оборону до последнего человека. Я преодолел немалый путь, чтобы закончить свои дни здесь.

Орки хлынули в дверь. Они гибли один за другим в огневом мешке под шквалом лазерных лучей. Орки падали на пол, их кожа шипела и обугливалась. Но наш огонь не останавливал тех, кто напирал сзади. Никогда не останавливал. Они рвались внутрь, отталкивая раненых, затаптывая упавших, отчаянно желая сцепиться с нами в бою.

— Не прекращать огня! — взревел я громче любого орка. Если зеленокожие доберутся сюда, нам конец. — Если кто-то остановится, я засуну дробовик ему в задницу и лично нажму на крючок!

Солдаты продолжали стрелять, но орков не становилось меньше. Они преодолевали расстояние быстрее, чем можно ожидать от столь крупных и с виду неуклюжих существ. Я увернулся от силового топора чудовища размером чуть меньше огрина и быстро попятился. Орк снова замахнулся. Я натолкнулся на стену и понял, что отступать дальше некуда. Топор прошел так близко, что я ощутил, как вибрирует его навершие. Я стремительно поднырнул под удар и ударил прикладом дробовика, метя в коленную чашечку. Попал я скорее благодаря удаче, нежели точному расчету. Орк зарычал и повалился с раздробленным коленом. Но он не выпустил топор и попытался снова ударить меня. Я ушел в сторону и выстрелил. От силы заряда существо отлетело на пол.

Я оглянулся. Дела наши шли хуже некуда. Орки вцепились в моих парней и рвали их, словно цепной меч пораженную гангреной ногу. Я перезарядил дробовик и свалил очередного орка.

Этим я переключил на себя внимание остальных, но и отвлек его от своих товарищей, что в какой-то степени пригодилось. Пара-тройка ребят, успевших примкнуть штыки, кинулись на орков с отчаянной яростью людей, которые готовы к смерти, но хотят утащить вместе с собой в могилу нескольких врагов.

Одного из орков проткнули около шести раз, прежде чем он понял, что происходит. Зверюга завопила от гнева и ярости, прежде чем свалиться под ноги солдатам. В комнату ворвались еще двое орков, поскальзываясь на трупах и внутренностях сородичей. Не в первый раз я заметил, что орочья кровь имела зеленоватый оттенок и пахла, как велиальские грибные стейки. Я метнул в дверной проем очередную гранату, просто чтобы орки не расслаблялись. Еще одну кучку зеленокожих раскидало во все стороны.