Уильям Кинг – Крестовый поход Махариуса (страница 158)

— Ставлю на кон свою жизнь, — сказал Махариус.

И вдруг я ощутил всплеск веры в него. Если Махариус сказал, что сделает это, он сделает. Или умрет.

Какое-то время Септим просто стоял. Черепа продолжали кружить вокруг него, пока он размышлял. Затем он расправил плечи и улыбнулся:

— Тогда вы получите свою последнюю кампанию, генерал Махариус, а затем вернетесь на Терру вместе со мной.

Генералы покинули зал, чтобы плести свои заговоры и пытаться восстановить хотя бы подобие дисциплины в потерявшей веру армии. Махариус отбыл готовиться к возвращению на Локи. Когда мы выходили из комнаты, я случайно обернулся и заметил, что инквизитор Дрейк о чем-то живо беседовал с кардиналом Септимом. Всего на мгновение они показались мне парой заговорщиков. Эта мысль не на шутку встревожила меня.

Глава 22

Я снова увидел под нами мутную сферу Локи. Крестовый поход возвратился, чтобы раз и навсегда покончить с Рихтером и его пособниками. Махариус объявил, что одержит победу, если это станет последним, что он совершит. Пришло время испытать его план на практике.

На командной палубе кипела деятельность, однако это была блеклая пародия на то, что здесь происходило прежде. Когда-то сюда поступали сотни отчетов из отдаленных миров, разбросанных по всему галактическому сектору. Однако теперь всех волновал только один мир и его жители. Вот насколько сильно сузился наш фокус, когда энергии Крестового похода рассеялись во внутренних распрях.

Голосфера отображала только громадный грязный шар Локи и двух ее спутников: огромную луну-череп и другую луну, крошечную и быструю. Инквизитор Дрейк сверлил их взглядом, как будто считал, что сумеет предсказать ход будущего, если станет смотреть достаточно пристально. Остальные командующие бросали на нас опасливые взгляды. Махариус мрачно улыбался, храня лишь одному ему ведомую тайну, которая должна была решить судьбу всех нас.

— Нифльгард снова в руках врага. Похоже, нам придется начинать все сначала, — сказал Дрейк, пытаясь таким образом выудить из Махариуса хоть какую-то информацию.

— Война не продлится долго, — тихо сказал Махариус, — когда Рихтер и его штаб падут.

Дрейк метнул на него непонимающий взгляд:

— О чем ты?

Махариус дал знак техноадепту, и картинка увеличилась, открыв нам территорию, за которую мы так долго и упорно бились. Массивные бронированные цитадели располагались укрепленным кольцом. Каждая из них представляла собой город-твердыню, в которой жили десятки миллионов человек. И каждая обладала промышленными мощностями, способными обеспечить всем необходимым десяток армий.

— Нифльгард был плацдармом для обычной кампании. Мы нуждались в его улейных факторумах ради боеприпасов и снаряжения, снабжения нашей машины войны, компенсации чрезмерно растянутых маршрутов поставок. Нам требовались ресурсы этого мира. Но теперь они нам не нужны. Главная задача — устранить Рихтера и силы, что стоят за ним, — сказал Махариус. — В прошлом мы увязли в бесконечной войне, сражаясь так, как того хотел враг, и тем самым утратили преимущество. Но на этот раз будет иначе. Теперь мы атакуем Рихтера напрямую.

— Но кольцо твердынь непреодолимо. Они выдержат самую сильную орбитальную бомбардировку любого флота. Ты сам говорил, что нам придется захватывать мир с земли.

— Я ошибался, — ответил Махариус. — Есть другой способ. Мы десантируемся с орбиты прямо внутрь кольца и отрубим чудовищу голову.

Дрейк посмотрел на Махариуса так, будто заподозрил, что тот спятил. И я его понимал.

— У нас нет двадцати лишних орденов Космического Десанта, — произнес инквизитор. — На земле нас прихлопнут как мух. Ты говорил, что больше не хочешь попусту тратить жизни солдат, а теперь хочешь погубить их всех сразу в одном великом жесте, чтобы пожертвовать собой во имя Империума?

В голосе инквизитора появились странные нотки, словно ему не так уж и не нравилась озвученная им мысль. От меня не укрылось, что стоявшие поблизости флотские офицеры со спокойным любопытством слушают их разговор. Они могли себе это позволить. Не им ведь высаживаться на Локи и пробивать брешь в укрепленных горах.

Махариус рассмеялся. Звук был приятным, без единого намека на безумие, однако он меня не успокоил.

— Я пока не готов умереть, друг мой, — ответил он. — До тех пор, пока не расквитаюсь со всеми врагами.

Озираясь на прошлое, мне кажется, будто он бросил на Дрейка странный взгляд, когда сказал «со всеми врагами». Но в то время я заметил лишь спокойную уверенность в его словах, заставившую людей вокруг него вздрогнуть. Он был совершенно уверен в том, что делал. Мы будто вновь слушали старого Махариуса, который неизменно оставался спокойным эпицентром бури сражения. Но разница была в том, что изменился я. Я больше не разделял самоуверенности лорда верховного командующего. Стоило раз подвергнуть сомнению свою непоколебимую веру в него, и обратного пути больше не было.

— Мы уничтожим крепости, — сказал Махариус. — И вот как мы это сделаем.

Кратко и ясно он описал свой план. Это звучало как безумие, но чем дольше я слушал, тем больше понимал, что вновь начинаю верить. План все же мог сработать.

Колдуны-технопровидцы из Адептус Механикус завершили свою работу. Их корабли поднялись с поверхности меньшей луны. Я стоял рядом с Махариусом, Дрейком и остальными, наблюдая, как их суда возвращаются к основной массе флота.

— Сколько еще? — мрачно спросил инквизитор.

— Двигатели включатся в следующем цикле, и тогда мы начнем. — Махариус оглянулся на штабного офицера. — Пусть все будут готовы через двенадцать часов.

— Войска ждут. Шаттлы готовы. Мы ожидаем лишь координат для высадки, сэр. — Он вытянулся в струнку, явно полагая, что сейчас Махариус назовет ему место десантирования.

— Отлично, — произнес Махариус, отпустив его. — Мой личный шаттл пойдет на острие атаки. Пусть люди знают, что я отправлюсь с ними. Я буду на поверхности, делить с ними все риски.

Я внимательно слушал его. Антон поймал мой взгляд. Его лицо было непроницаемой маской, но я знал, о чем он думает. Если Махариус собирается на поверхность, то с ним пойду и я, вместе с Антоном и Иваном.

Махариус отдал последние приказы, а затем мы остались наедине с ним и Дрейком.

— Ты скрытен, — сказал Дрейк. — По-прежнему подозреваешь, что среди нас предатель? Еще один Красс или что похуже?

Махариус пожал плечами:

— Я не знаю, где мы высадимся… пока. Не узнаю, пока предсказательные алтари не укажут место, и ждать осталось еще четыре часа.

Минута сменялась минутой, Махариус, Дрейк и старшие офицеры сидели в большой каюте и изучали очертания ядовито-зеленой планеты под ними. Они курили и пили, будто смертники. Полагаю, все они чувствовали, что Локи станет для них могилой. Мир стал несчастливым местом для Махариуса, Крестового похода и Львиной стражи. Мы сражались так упорно и так тщетно, что никто уже и не верил, что в этот раз будет иначе.

И все же, несмотря ни на что, они сидели напряженные и нервные, готовые откликнуться на любой приказ. Неважно, что происходит с Крестовым походом в целом, — они пойдут за Махариусом и будут с ним до самой смерти.

— Что, если не сработает? — вдруг спросил инквизитор Дрейк.

Все собравшиеся в зале офицеры посмотрели на него так, будто он сказал страшную ересь.

— Сработает, — ответил Махариус. — Я целиком доверяю Адептус Механикус. Мудрецы проверили каждый расчет тысячу раз. Двигатели расположены правильно. Ошибки не будет.

Луна находилась на дальней стороне планеты, делая свой последний виток. Я бросил взгляд на настенный хроно и понял, что очень скоро мы узнаем, сработает план Махариуса или его финальный отчаянный гамбит потерпит крах. Сам он ничем не выдавал тревоги. Если Махариус питал какие-то сомнения, на его лице они никак не проявлялись. Он обвел взглядом своих командиров и улыбнулся.

— Что за вытянутые лица, джентльмены? — сказал он. — Я хочу, чтобы вы были готовы к высадке на Локи и уничтожению еретиков с абсолютной всепоглощающей беспощадностью. Сейчас не время для сомнений. Сейчас — время одержать для Империума победу, дабы показать остальным мирам, что Крестовый поход остается силой, с которой стоит считаться.

Один за другим офицеры за столом расслабились. Один за другим они заразились уверенностью, которую выказывал их командир. Прямо как в старые времена, когда Махариус казался неуязвимым, и всего на миг мне показалось, будто он вновь стал тем непобедимым стратегом, которым мы его считали.

— Мне это не нравится, — сказал Дрейк. — Слишком многое может пойти не так. Слишком многое оставлено на волю случая. Что, если технопровидцы не учли в расчетах какой-то фактор? Что тогда? У тебя не будет второго шанса.

Махариус снова улыбнулся:

— Уверяю, я понимаю это как никто другой, инквизитор. И также уверяю, что, если что-то пойдет не так, мы ничего не потеряем. Хуже, чем прежде, уже не будет. А если все пройдет согласно плану — что и случится, — мы сокрушим самую крепкую твердыню отступничества и порока во всем секторе. Мы покажем сомневающимся, что остаемся грозной силой.

В словах чувствовалась убедительная мощь, но, слушая его, я задался вопросом, кого он имел в виду, когда упомянул о сомневающихся, — Крестовый поход или себя самого.