Уильям Кинг – Иллидан (страница 11)
Иллидан шел по длинной галерее, в которой лежали на койках орки. К вене каждого из них тянулись трубки от чана с кипящей зеленоватой жидкостью; вырезанные в плоти руны направляли воздействие Скверны. От койки к койке, следя за процессом, сновали сутулые служители мо’арги: щелкали по трубкам металлические когти, светились нечестивым ликованием глаза. Акама наблюдал за происходящим с нескрываемым отвращением.
– Это омерзительно, владыка Иллидан.
– Может, и так, но нам это необходимо.
– Ты уверен, владыка?
– А ты уверен, что хочешь знать цену сомнений в моих действиях?
Иллидан все еще пребывал под воздействием крови Магтеридона: разум его туманился подспудным гневом, и в том заключалась одна из опасностей задуманного.
– Я не хотел оскорбить тебя, владыка.
Один из орков заскрипел зубами и сжал кулаки, ворочаясь на койке, в плену кошмара. Он, несомненно, тоже ощутил на себе силу Магтеридоновой крови, а ведь он получал ее в дистиллированном виде, магически усиленную. Орк весь пошел ярко-красными пятнами, кожа его уплотнилась и загрубела, под ней бугрились раздувшиеся мускулы, а ногти превратились в когти. Даже сквозь сомкнутые веки пробивалось слабое свечение.
– Чем дальше, тем они крупнее, – заметил Акама.
– Они меняются под воздействием сыворотки: становятся быстрее и сильнее. Их раны будут заживать лучше.
– Но какой ценой, владыка?
– Их наполнят злоба и ярость, жажда сражаться и убивать, гнев и ненависть.
– Нельзя ли смягчить эти побочные эффекты, сохранив необходимые перемены?
– Нам нужно все. Ты же видел Пылающий Легион в деле, ощутил его гнев. Если хотим выстоять, то должны быть столь же свирепы и беспощадны.
– Думаешь, мы сможем победить Легион, владыка?
– Думаю, мы сможем сдержать его.
– Выходит, ты ищешь спасения лишь для родного Азерота, а этот мир превратишь в поле брани?
– Твой мир уже стал полем брани, Акама. И – нет, я ищу спасения не для одного только Азерота. Я желаю защитить всех нас.
– И как же, владыка? Превратив нас в то, с чем мы сражаемся? – Акама указал на ближайшего орка: лоб его стал ниже, клыки крупнее. Внезапно он очнулся и, порвав смирительные ремни, схватил Иллидана за руку. Когти глубоко впились в плоть Предателя, но тот легко высвободился и одним ударом перебил орку кадык. Затем рывком свернул ему шею и с улыбкой взглянул на Акаму. Убийство доставило Иллидану наслаждение, а значит, кровь Скверны все еще действовала на него.
– В этом экземпляре было многовато ярости.
– А я думал, что в битве с нашим врагом ярости много не бывает.
– Ты нравишься мне, Акама! – рассмеялся Иллидан. – Только не испытывай моего терпения. Я не в слова играть намерен, а победить в войне.
– Мы все этого хотим, владыка. Надеюсь, война у нас всех одна.
Со стен Цитадели Акама следил за тем, как из ворот крепости выходит новая армия орков Скверны. Прошла неделя с тех пор, как Предатель взялся за ее создание, и вот цитадель, ругаясь, воя и пыхтя, покидали одновременно десятки тысяч преображенных бойцов. При виде Иллидана они неуклюже салютовали ему оружием, и тот лениво махал в ответ рукой. Предатель был доволен: его армия росла, и он более не нуждался в поддержке Кель’таса и Вайш. Теперь у него имелось войско под стать его чародейской мощи. Иллидан взаправду сделался властителем Запределья.
– Они помогут мне установить контроль над полуостровом Адского Пламени, – сказал Предатель. – Затем мы закроем портал Легиона и, пополнив ряды, замедлим продвижение демонов.
– Искренне на это надеюсь, владыка, – ответил Акама. Он окончательно убедился, что заключил союз с демоном. Превратить всех орков в армию Скверны – безумный план. Иллидан просто-напросто превращался в нового Магтеридона, грозя стать еще худшим деспотом. – А после этого ты вернешь храм Карабор моему племени?
– Разумеется, Акама. Даже не сомневайся.
От сомнений, впрочем, Акама не избавился. Он нащупал в сумочке на поясе рунный камень и подумал о ночной эльфийке, что носила при себе камень-близнец.
– Готовься к отъезду, – велел Иллидан. – Завтра мы возвращаемся в Черный Храм.
Иллидан вошел в комнату, где собирался его совет. Следом за Предателем хромал Акама. По залу сновали Сломленные, завершая приготовления: стену украшали огромные гобелены с гербом Иллидана, а в центре стоял деревянный стол с резной столешницей в виде объемной карты Запределья. Собравшиеся вокруг стола эльфы крови поспешили поклониться Иллидану: его визит явно застал их врасплох.
Прекрасная леди Маланда приветствовала Предателя апатичным жестом руки.
– Владыка Иллидан, принц Кель’тас сожалеет, что не может присутствовать на совете. Он повел войско к Пустоверти закрывать портал Легиона и…
Верховный пустомант Зеревор перебил ее:
– Магическая защита Храма сплетена заново, владыка Иллидан. Она пребывала в плачевном состоянии, но…
Тут же поспешил вклиниться Гатиос Изувер, невероятно крупный для эльфа крови и закованный в тяжелую броню паладина:
– В Долине Призрачной Луны противник не замечен, владыка Иллидан. Врата наглухо запечатаны.
Верас Глубокий Мрак прислонился к столу и скрестил на груди покрытые шрамами руки. Он единственный среди соратников не спешил бороться за внимание Иллидана. Предатель покачал головой: этим эльфам крови как будто заняться больше нечем – плетут интриги друг против друга, лишь бы добиться его благосклонности. Правильно Кель’тас оставил их в храме; хотя, надо признать, с прямыми обязанностями они справляются отлично. Во всем Запределье лучше воинов син’дорай было не сыскать. Дабы потешить собственное самолюбие, они даже назвались Советом Иллидари.
Иллидан вскинул руку, призывая всех к молчанию.
– У нас война с Пылающим Легионом, – обратился он к Гатиосу. – Надо ли напоминать, что владыка-демон Кил’джеден мною недоволен? Степень же его недовольства мы все скоро познаем.
Тишина накрыла зал совета, точно саван. Было слышно только, как сипит Акама. Эльфы боялись. «И хорошо, – подумалось Иллидану. – Страх помогает выжить».
– Защита храма точно в полной готовности? – спросил Предатель у Зеревора. – Возможно, скоро ее придется испытывать в бою.
Верховный пустомант глубоко вдохнул и, подумав, ответил:
– Да, владыка Иллидан, она готова. Ручаюсь жизнью.
– Хорошо, – сказал Иллидан, – потому что жизнь твоя и правда на кону в этой игре. На кону все наши жизни.
Далее он обратился к Маланде:
– Отправь сообщение принцу Кель’тасу, извести о нашем положении. Пусть не рискует попусту: после меня он первый, на кого Кил’джеден обрушит удар.
– Будет исполнено, владыка Иллидан. Оповещу принца немедленно.
– Верас… ты все сделал, как я просил?
– Разумеется, владыка Иллидан. Лучшие следопыты осмотрели подступы к Цитадели Адского Пламени и опросили вождей орочьих кланов. В день твоего триумфального прибытия в крепость на скалах возле нее заметили отряд ночных эльфов верхом на саблезубах. Они убили группу орков Скверны и скрылись. Один из эльфов носил вороненую броню, какая была у Стража Песнь Теней.
Иллидан оскалился, обнажив клыки, и все присутствующие вздрогнули. Выходит, он был прав: в тот день он заметил Майев. Надо было немедленно зачистить холмы, но все силы ушли на то, чтобы сдержать Магтеридона. К тому же тогда Иллидан не был полностью уверен, Майев ли он видел. А еще он хотел впечатлить своей мощью кланы орков: не дело было прерывать триумфальное шествие ради кучки ночных эльфов. И все же Майев подобралась очень близко… Проклятье!
– Найди мне Майев Песнь Теней, Верас. Пусть твои посланники проверяют каждый слух о ней, пусть смотрят везде, где ее только видели. Мне не терпится отплатить ей за гостеприимство.
– Будет исполнено, владыка Иллидан, – и Верас покинул зал.
– А ты, Гатиос, убедись, что наши часовые бдят, и армия готова ответить на любую угрозу.
– Будет исполнено, владыка Иллидан. – Гатиос немного помолчал и добавил: – Я взял на себя смелость проверить защиту Черного Храма на предмет слабых мест. Особенно мне не понравилась канализация – через нее легко напасть на храм. В твое отсутствие я посовещался с леди Вайш, и она отправила одного из своих лучших воинов, Верховного полководца Надж’ентуса, с группой отборных наг охранять стоки.
– Обязанность неприятная, но важная, – заметил Иллидан.
– Так ты одобряешь, владыка?
– Конечно. Ты все сделал верно, и, надеюсь, этого окажется достаточно.
Акама, Гатиос, Маланда и Зеревор покинули зал совета, оставив склонившегося над картой Запределья Иллидана. Скоро в этом мире разгорится война, и лучше быть во всеоружии. Сделать предстояло многое, а времени осталось мало. Пора было переходить к следующему этапу плана. Иллидан намеревался собрать подобных себе: тех, кто желает истребить Легион, став тем, кого ненавидит больше всего.
Глава шестая
Вандель шел по темной Долине Призрачной Луны. За спиной у него грохотал вулкан Рука Гул’дана. Земля дрожала испуганным зверем, когда на нее обрушивались огромные зеленые метеоры, чьи пламенеющие хвосты рассекали небо. Вдалеке высилась громада Черного Храма.
Вандель коснулся эфесов кинжалов и протер усталые глаза, в которые набились грязь и пепел. Он проделал долгий путь, чтобы достичь нового прибежища Иллидана. Проделал долгий путь в поисках отмщения.
Перед мысленным взором возник образ погибшего сына: когда на Хариэля напала гончая Скверны, от него мало что осталось. Вандель коснулся висевшего на шее кулона в виде серебряного листа – когда-то он подарил его сыну, на третий и последний день рождения.