Уильям Фолкнер – Собрание сочинений в 9 тт. Том 7 (страница 73)

Стивенс. Может быть, попозже. Сейчас у меня и без того голова идет кругом при мысли о лжесвидетельстве и неуважении к суду.

Темпл. Каком лжесвидетельстве?

Стивенс. Притом не только неблаговидном, хуже — бессмысленном. Когда моя подзащитная не только признана виновной, но и приговорена, я и главный свидетель обвинения являемся с показанием, опровергающим весь процесс…

Темпл. Скажите, что я забыла. Или передумала. Скажите, что районный прокурор подкупил меня…

Стивенс (спокойно, но властно). Темпл…

Она торопливо затягивается сигаретой.

Темпл. Или лучше так; это будет вполне объяснимо. Мать задушенного в колыбели ребенка жаждет мести и готова пойти на все, потом, добившись своего, понимает, что не может пойти на это, не может ради мести принести в жертву человеческую жизнь, даже жизнь черномазой наркоманки и шлюхи.

Стивенс. Перестань. Не все сразу. По крайней мере, давай говорить об одном и том же.

Темпл. О чем же мы говорим, как не о спасении осужденной, чей опытный адвокат уже признал свою неудачу?

Стивенс. Значит, ты действительно не хочешь ее смерти. И выдумала совпадение.

Темпл. Я же сама только что сказала. Ради Бога, давайте перестанем об этом.

Стивенс. Хорошо. Значит, спасать ее придется Темпл Дрейк.

Темпл. Миссис Гоуэн Стивенс.

Стивенс. Темпл Дрейк.

Темпл глядит на него, затягиваясь сигаретой, теперь уже неторопливо. Неторопливо отводит сигарету и, продолжая глядеть на Стивенса, гасит в пепельнице.

Ладно. Повтори еще раз. Может быть, теперь я пойму, по крайней мере выслушаю. Мы предъявим… внезапно появимся с «данным под присягой показанием, что в момент совершения преступления убийца была невменяема.

Темпл. Вы же слушали. Кто знает…

Стивенс. На чем оно будет основано?

Темпл глядит на него.

На каких фактах?

Темпл. Фактах?

Стивенс. Фактах. Что будет в показании? Что именно мы… ты… мы по какой-то, какой угодно, причине не стали предъявлять, пока…

Темпл. Откуда мне знать? Вы юрист. Как это делается? Что бывает в таких показаниях, чтобы они сработали, сработали наверняка? Разве нет образцов в ваших книгах… отчетах… как они там называются… которые можно скопировать и дать мне подтвердить под присягой? Хороших, надежных? Раз уж мы совершаем, как бы это ни называлось, выберите хорошие, такие, чтобы никто, даже неопытный юрист, не мог придраться…

Она умолкает, не сводя с него взгляда, а он продолжает упорно глядеть на нее, ничего не говоря, наконец она издает долгий хриплый вздох, голос у нее тоже хрипловатый.

Чего вы тогда хотите? Что вам нужно еще?

Стивенс. Темпл Дрейк.

Темпл (незамедлительно, торопливо, хрипло). Нет. Миссис Гоуэн Стивенс.

Стивенс (спокойно, неумолимо). Темпл Дрейк. Правда.

Темпл. Правда? Мы пытаемся спасти осужденную убийцу, чей адвокат уже признал свое поражение. При чем здесь правда? (Торопливо, хрипло.) Мы? Я, я, мать ребенка, которого она убила; не вы, Гэвин Стивенс, юрист, а я, миссис Гоуэн Стивенс, мать. Можете вы уразуметь, что я готова сделать все, что смогу?

Стивенс. Все, кроме одного. Единственно нужного. Мы имеем дело не со смертью. Смерть — это ничто: с нею могут совладать несколько фактиков и заверенных документов. С этим покончено; об этом можно забыть. Перед нами сейчас несправедливость. С нею может совладать только правда. Или любовь.

Темпл (хрипло). Любовь. О господи. Любовь.

Стивенс. Тогда назови это жалостью. Или мужеством. Или просто честью, честностью, или хотя бы возможностью спать по ночам.

Темпл. Вы говорите об этом мне, шесть лет назад забывшей, что такое сон?

Стивенс. Однако ты выдумала совпадение.

Темпл. Перестаньте, ради Бога. Вы» Хорошо. Раз ее смерть ничто, чего же вы хотите? Ради Бога, что вам нужно?

Стивенс. Я уже сказал. Правда.

Темпл. А я сказала, что все, о чем вы твердите как о правде, здесь ни при чем. Когда вам придется защищать ее перед… Как будет называться новое сборище опытных юристов? Верховный суд? Вам потребуются факты, бумаги, документы, заверенные, неопровержимые, чтобы ни один юрист, опытный или нет, не мог бы придраться к ним, найти в них зацепку.

Стивенс. Мы не будем обращаться в Верховный суд.

Темпл молча глядит на него.

Ничего изменить нельзя Иначе бы я взялся за это четыре месяца назад Мы поедем к губернатору. Сегодня ночью.

Темпл. К губернатору?

Стивенс. Может быть, и он не спасет ее. Скорее всего — нет.

Темпл. Тогда зачем же просить его? Зачем?

Стивенс. Я уже сказал. Ради правды.

Темпл (в спокойном изумлении). Только ради правды. Ни по какой другой причине. Только чтобы правда была сказана, произнесена в словах, в звуках Только чтобы она была услышана, сказана кому-то, кому угодно, любому незнакомцу, которого она не касается, лишь потому, что он способен услышать, понять. Чего вы ходите вокруг да около? Почему не сказать прямо, что это ради спасения моей души — если она у меня есть?

Стивенс. Я сказал. Чтобы ты могла спать по ночам.

Темпл. А я сказала, что шесть лет назад забыла, что такое сон.

Темпл глядит на Стивенса. Стивенс, не говоря ни слова, смотрит на нее. Не сводя с него взгляда, Темпл тянется к столу, к пачке сигарет, потом замирает, рука ее повисает в воздухе.

Значит, есть еще какая-то причина. На сей раз мы даже узнаем настоящую. Ладно. Выкладывайте.

Стивенс не отвечает, не делает ни жеста, просто глядит на Темпл. Секунда; потом она оглядывается, смотрит на диван и спящего ребенка. Не сводя взгляда с ребенка, встает и подходит к дивану, глядит на малыша; голос ее спокоен.

Значит, это все-таки соглядатай; я, кажется, даже не понимаю чей. (Глядит на ребенка.) Я бросила в вас своим оставшимся ребенком. Теперь вы бросили его обратно.

Стивенс. Но я его не будил.

Темпл. Тут вы и попались, юрист. Для покоя и сна Бюки нужно казнить убийцу его сестры.

Стивенс. Неважно, какими средствами, какой ложью?

Темпл. И чьей.

Стивенс. Однако ты выдумала совпадение.

Темпл. Выдумала миссис Гоуэн Стивенс.

Стивенс. Темпл Дрейк. Миссис Гоуэн Стивенс не борется в этой категории.

Темпл. Темпл Дрейк мертва.

Стивенс. Прошлое не бывает мертво. А это даже не прошлое.

Темпл возвращается к столу, достает из пачки сигарету, берет в губы и тянется к зажигалке. Стивенс собирается подать ей огня, но Темпл сама щелкает зажигалкой, затягивается и говорит сквозь дым.

Темпл. Послушайте, что вам известно?

Стивенс. Ничего.

Темпл. Поклянитесь.

Стивенс. Ты мне не поверишь.