Уильям Эйнсворт – Борьба за трон. Посланница короля-солнца (страница 40)
— Боюсь, что это письмо наделает большого вреда, — сказал Вебер. — По некоторым замечаниям отца Джонсона, которые мне удалось услышать, сэр Джон сказал в нём, очевидно, больше, чем нужно было. Я знаю, что в письме он между прочим просил вас всячески похлопотать за него и добиться свидания с его величеством.
— Зачем он писал об этом! Почему не поручил передать это устно! — воскликнула леди Мария.
— Так было бы гораздо лучше, — согласился Вебер. — Но я подозреваю, что капитан Бридж нарочно предложил ему написать письмо, а потом велел отобрать письмо в Аппльдоре и отправить его графу Шрусбери.
— Я сегодня же поеду в Кенсингтонский дворец, — сказала леди Мария. — Прикажите заложить карету. Через десять минут я буду готова.
Карета была подана немедленно, и леди Мария отправилась к королю. Вебер поместился на козлах. Скоро экипаж подъехал к подъезду дворца, откуда вышел дежурный привратник.
По его манере держать себя видно было, что он уже знал об аресте сэра Джона.
— Граф Шрусбери теперь в кабинете короля, — сказал он, подойдя к экипажу. — Поэтому я не могу сказать, изволит ли его величество принять вас. Но если вам угодно будет сойти, я отведу вас в приёмную и, как только можно будет, сообщу вам ответ его величества.
Леди Мария, выйдя из экипажа, поднялась по лестнице в первую из целой анфилады комнат. Привратник, поклонившись, оставил её одну.
Едва она успела овладеть собою, как дверь отворилась и, к величайшему её изумлению, в комнату вошёл Вальтер Кросби.
— Я вижу, что вы удивлены, видя меня здесь, — начал он. — Вы, конечно, думаете, что я изменил нашему делу. Но я здесь пленник, задержанный на честное слово, и должен оставаться, пока король не разрешит мне уехать.
— О, если б мой муж был так же счастлив! — вскричала леди. — Боюсь, однако, что если король не пощадит его, то он лишится головы.
— Не буду скрывать от вас, леди, — сказал Вальтер, — что жизнь сэра Джона в его собственных руках. Он может получить прощение от короля, но только с тем условием, что сделает разоблачения относительно своей партии.
— Другими словами, вы хотите сказать, что для спасения себя сэр Джон должен предать своих друзей. Я думала, что вы лучшего мнения о моём муже. Никогда он не захочет спасать свою жизнь на таких условиях. Да и разоблачения делать незачем: ведь заговорщики все известны.
— Король на этот счёт другого мнения. Его величество думает, что в заговоре принимают участие несколько важных лиц, известных сэру Джону, которые должны быть отданы в руки правосудия.
— Подобным предложением я могла бы только оскорбить сэра Джона, — гордо отвечала леди Мария.
— Этот ответ я могу передать его величеству? — спросил Вальтер.
— Я не знала, что вы допрашиваете меня, — сказала леди. — Я думала, что вы найдёте себе более порядочную должность.
— Я только хотел спасти вас и вашего мужа. Поэтому я так и действовал. Я считал необходимым прямо сказать вам, что жизнь вашего мужа может быть сохранена лишь на известных условиях.
— Эти условия для него неприемлемы!
— Мне кажется, что ему следовало бы подумать об этом, — сказал Вальтер. — Итак, вы решительно отвергаете эти условия?
— Да.
— Может быть, будет лучше притвориться, что вы их принимаете, чтобы выиграть время? Если вы другого мнения, то я не вижу повода добиваться свидания с королём, которое всё равно ни к чему не приведёт.
В этот момент дверь из соседней комнаты отворилась, и в приёмную вошёл Вильгельм в сопровождении графа Шрусбери.
Сделав несколько шагов вперёд, он остановился перед леди Фенвик, которая сделала глубокий поклон, и стал пристально смотреть на неё. Видя, что леди смутилась и молчит, король обратился за разъяснением к Вальтеру Кросби и резко спросил его:
— Что угодно леди Фенвик?
— Леди явилась для того, чтобы просить ваше величество о прощении её супруга, — отвечал Вальтер.
— Вы объявили единственное условие, при котором он может сохранить свою жизнь?
— Да, государь. Леди уверена, что её муж согласится подчиниться требованию вашего величества.
Леди Мария была так ошеломлена этими словами, что не нашлась даже, что сказать.
— Приятно слышать это, — сказал король. — Его судьба в его руках. Все главные зачинщики должны быть указаны мне.
— Я передам моему мужу приказание вашего величества, — промолвила леди Мария. — Мне известно, что он писал мне, но я не получала его письма.
— Вот это письмо, — сказал граф Шрусбери, подавая пакет.
— Оно доказывает его виновность, — сурово заметил король. — Прочтите его ей, — обратился он к графу, показывая ему на леди.
«То, чего я боялся, случилось, — с расстановкою стал читать граф. — Если бы я не рисковал моей жизнью, чтобы спасти других, то спасся бы сам. Не вижу, что могло бы спасти меня. Разве только лорд Карлейль будет просить о моей пощаде. Я могу обещать, что я покину Соединённое королевство и больше не подыму оружие против короля».
— Довольно! довольно! — вскричала леди Мария. — Ваше величество! Пощадите меня, избавьте от этой пытки!
Вильгельм дал знак, чтобы граф остановился.
— Теперь вы довольно слышали и сами понимаете, что это письмо равносильно признанию своей вины, — сказал король.
— Увы! Я не могу её отрицать! — с тоскою воскликнула леди Мария. — Но ведь оно доказывает также и раскаяние моего мужа и его готовность покориться вашему величеству.
— Может быть, я ещё и прощу его, — отвечал король. — Вы должны повидаться с ним и передать ему мои слова.
— Я немедленно отправлюсь к нему в Ромни-Марч.
— Вы можете увидеться с ним в Тауэре, — сказал граф Шрусбери. — Капитан Бридж доставил его туда сегодня утром.
— Заготовьте разрешение на это свидание, — приказал король. — Вы должны сопровождать леди в Тауэре, прибавил он, обращаясь к Вальтеру. — Возвращаться сюда вам незачем.
— Слушаю, ваше величество.
— Если вы пожелаете что-либо мне сообщить, я готов видеть вас у себя, леди — сказал он и, не дожидаясь ответа, вышел с графом Шрусбери из комнаты.
Прошло несколько минут. Наконец появился камер-лакей, который принёс приказ на имя коменданта Тауэра майора Вентворта и, подавая его Вальтеру, сказал:
— На основании этого приказа вам и леди Фенвик будет разрешён доступ в крепость.
Выйдя из дворца, леди Мария ни слова не сказала Веберу. Но когда она приказала ехать к Скотланд-ярду и нанять крытую лодку, чтобы она подвезла их к Тауэру, он понял, что его господин находится в заключении.
Через час несчастная леди и её спутник достигли этой мрачной крепости. Пройдя двое ворот, они были остановлены. Веберу не позволили идти дальше и предложили остаться в карауле, где он должен был ждать возвращения своей госпожи.
Леди Мария неоднократно бывала в Тауэре и раньше, но никогда он не казался ей таким ужасным, как на этот раз. Двое широких ворот с башнями и бастионами навели на неё страх, хотя по своей природе она была и неробкого десятка. Войдя во внутренний двор, она несколько овладела собою и в сопровождении караульного направилась к дому коменданта. По дороге караульный успел сообщить, что сэр Фенвик заключён в башне Бьючамн, лучшем, по его словам, помещении во всём Тауэре.
Коменданта Тауэра лорда Льюка не было дома, и его обязанности исполнял майор Вентворт, которому и был передан приказ лорда Шрусбери.
Получив его, майор вышел в полной форме к леди Марии и, поклонившись, вежливо предложил себя к их услугам.
— Сэр Джон, — сказал он, — помещён в башне Бьючамн, которая тут рядом. Я сейчас провожу вас туда. Но, может быть, вы желаете предупредить его о вашем посещении. Сторож может сообщить ему, что вы и капитан Кросби здесь.
— Не будем терять времени, умоляю вас, — сказала леди Мария. — Я горю нетерпением увидать моего супруга.
Майор Вентворт не стал больше говорить и, пригласив посетителей следовать за ним, ввёл их в мрачное каменное здание с узкими окнами, выходившими на огромную башню, стоявшую перед ним.
За зубчатой стеной, окружавшей башню Бьючамн, в которую вели массивные, обитые огромными гвоздями двери, стоял мрачного вида человек в тёмно-сером одеянии со связкою ключей.
То был тюремщик Джон Моди.
Моди видел, как леди Мария направилась к дому коменданта и вышла оттуда с майором Вентвортом. Он сразу догадался, что она явилась для свидания с мужем, и приготовился отпереть его камеру.
При входе в неё майор Вентворт предупредительно остановил леди Марию, снова повторив, что он рад сделать всё, что от него зависит, для — того, чтобы обставить арестованного как можно лучше. После этого он в сопровождении Вальтера стал спускаться по каменной витой лестнице в камеру сэра Джона.
Леди Мария бросилась к двери и распахнула её.
Сэр Джон сидел у стола. Увидев жену, он вскочил на ноги и крепко обнял её.
Чтобы не мешать свиданию, Вальтер и тюремщик остались за дверью.
Первою заговорила леди Мария.
— Вот как пришлось нам встретиться! Я всегда боялась, что с тобою случится какое-нибудь несчастье, но я никак не ожидала такой беды!
— Письмо, которое я тебе отправил с Вебером, должно было объяснить тебе всё. Получила ли ты его?