Уильям Дитц – Mass Effect (страница 91)

— В поисках знаний я покинул свой народ; теперь, открывшаяся мне мудрость привела меня обратно.

Последовала долгая пауза, пока патруль запрашивал подтверждение у Теслейа, затерянного где-то в глубинах флотилии. Ладони Кали покрылись потом, а во рту пересохло. Она с трудом сглотнула и затаила дыхание. Шаттл Грейсона создавался как транспортное средство для быстрых перелетов на дальние расстояния. На нем не было ни вооружения, ни защитных систем и практически никакой брони на корпусе. Если Лемм перепутал кодовые фразы или что-то еще пошло не так, патруль превратит их в пыль за считанные секунды.

— Теслейа приветствует тебя дома, Лемм, — пришел наконец ответ, и Кали облегченно выдохнула.

— Передайте им, что я рад вернуться обратно, — ответил он и добавил, — мне нужно связаться с Айденной.

Снова повисла долгая пауза, но на этот раз Кали не чувствовала такого напряжения, как в прошлый раз.

— Посылаю координаты и стыковочные коды Айденны, — ответил патруль.

Лемм проверил полученные данные и отключил связь. Они продолжали приближаться к Флоту, и одна большая клякса на радаре начала распадаться на бессчетное множество крохотных красных точек, так тесно жавшихся друг к другу, что Кали могла только поражаться, как эти корабли избегают столкновений между собой.

Подчиняясь твердой руке пилота-кворианца, их корабль проделывал путь через плотную массу кораблей, медленно двигаясь к Айденне, плававшей в пустоте космоса вместе со всеми остальными кворианскими судами. Через двадцать минут Лемм снова открыл канал связи и послал приветствие вместе со стыковочными кодами.

— Говорит Лемм-Шал нар Теслейа. Прошу разрешения на стыковку с Айденной.

— Айденна на связи. Разрешение подтверждаю. Следуйте в стыковочный док номер три.

Трехпалые руки Лемма замелькали над панелью управления, внося необходимые для стыковки корректировки. Через две минуты они почувствовали легкий толчок, когда стыковочные захваты прочно зафиксировали корабль, а затем раздался резкий металлический звук — это к шлюзовой камере их корабля присоединилась универсальная шлюзовая камера дока.

— Запрашиваю отряд безопасности и карантинную бригаду, — сказал Лемм по каналу связи. — Они должны быть в защитных скафандрах. Корабль не стерилен.

— Запрос подтвержден. Высылаем отряды.

Кворианец и об этом их предупредил. Карантинная бригада первой поднималась на борт любого чужого корабля, попадающего во флотилию. Кворианцы не могли допустить, чтобы бактерии, вирусы или другие микроорганизмы, оставшиеся от предыдущих владельцев некворианцев, случайно попали на корабли флотилии.

Точно так же, запрос отряда безопасности, проверяющего корабль при его первой стыковке, считался обычным знаком вежливости среди кворианцев — он говорил о том, что пассажирам нечего скрывать. Обычно, отряд поднимался на борт, далее следовали официальные представления друг другу, но никакого обыска фактически не происходило.

Однако теперешняя ситуация была далека от обычной настолько, насколько это вообще возможно. За все три столетия изгнания ни один представитель других рас не ступал на корабль флотилии. Как бы сильно Лемм не хотел доставить Кали капитану Айденны, это просто было не в его власти. К тому же, если бы на корабле, прошедшем через внешние рубежи обороны, неожиданно обнаружились люди, это вызвало бы потрясение и мгновенно подняло бы тревогу. Для подобной нештатной ситуации не существовало установленных правил, но Лемм объяснил, что есть способы, позволяющие свести к минимуму риск как для команды Айденны, так и для людей на борту шаттла.

— Пойдемте, поприветствуем наших гостей, — сказал Лемм, вставая с кресла и неуклюже опираясь на раненую ногу. — Запомните, просто ведите себя спокойно, и все будет хорошо. Мы просто должны делать все медленно.

Они вчетвером прошли в пассажирскую каюту, и трое людей расселись по сиденьям. Лемм отправился к шлюзу встречать отряд безопасности и карантинную бригаду, поднимающиеся на борт.

Кали снова почувствовала напряжение от того, что была вынуждена сидеть и ждать. Что если Лемм ошибался насчет возможной реакции других кворианцев на их присутствие? Что если кто-то из них, увидев людей, поведет себя непредсказуемо? Слишком многое сейчас зависело от того, кто не был даже совершеннолетним по меркам своего народа.

Полагаю, он заслужил немного доверия после всего, что сделал для нас, подумала Кали. Она не могла спорить с непогрешимой логикой своего собственного рассудка, но это мало ее успокаивало. Со стороны шлюза донеслись звуки голосов, но они были слишком далеко, чтобы разобрать слова. Послышался чей-то возглас, то ли рассерженный, то ли испуганный. Кто-то — судя по голосу, Лемм, но она не могла точно утверждать, — пытался успокоить говорящего. А затем раздались приближающиеся шаги.

Через несколько секунд в пассажирскую каюту вошли четверо вооруженных кворианцев в скафандрах и воздушных масках: одна женщина и трое мужчин. Шедшая впереди женщина с явным удивлением уставилась на людей и повернулась к Лемму, который стоял прямо позади вошедших.

— Я думала, ты шутишь, — сказала она. — Я действительно думала, что ты шутишь.

— Невероятно, — пробормотал один из кворианцев.

— О чем ты вообще думал? — требовательно спросила женщина, явно старшая среди них. — Они могут быть шпионами!

— Они не шпионы, — настаивал Лемм. — Неужели вы не узнаете эту женщину? Приглядитесь повнимательнее.

Трое людей продолжали неподвижно сидеть на своих местах, и кворианка шагнула к ним поближе, чтобы рассмотреть их лица.

— Нет… этого не может быть. Как ваше имя, человек?

— Кали Сандерс.

У остальных кворианцев вырвался невольный вздох удивления, и Кали показалось, что Лемм тихонько рассмеялся.

— Меня зовут Исли-Фей вас Айденна, — сказала кворианка, склонив голову, что, очевидно, было знаком уважения. — Для меня честь встретить вас. Это мои братья по кораблю: Уго-Куар вас Айденна, Эрдра-Зандо вас Айденна и Сиито-Ходда нар Айденна.

Кали склонила голову в ответ.

— Это мои друзья: Хендел Митра и Джиллиан Грейсон. Для нас честь быть здесь.

— Я привел с собой Кали, чтобы она могла поговорить с капитаном, — вставил Лемм. — Эта встреча — мой дар Айденне.

Исли бросила взгляд на Лемма и повернулась обратно к Кали.

— Простите меня, Кали Сандерс, но я не могу пустить вас на борт Айденны. Такое решение может принять только капитан, а он захочет посоветоваться с общественным советом корабля, прежде чем принять решение.

— Так что вы хотите сказать? — спросил Хендел, посчитав, что ситуация развивается достаточно спокойно и им можно вступить в разговор. — Нам придется улететь обратно?

— Мы пока не можем позволить вам улететь, — ответила ему Исли после секундного размышления. — На это также нужно разрешение капитана. Ваш шаттл останется здесь, и вы не можете покидать его, пока относительно вас не будет принято решение.

— Сколько времени это займет? — спросила Кали.

— Пару дней, я полагаю, — ответила Исли.

— Нам понадобятся кое-какие вещи, — сказал Хендел. — Прежде всего, еда. Человеческая еда.

— И еще им понадобятся подходящие защитные костюмы, когда капитан решит пустить их на корабль, — добавил Лемм, придерживаясь оптимистичного сценария.

— Мы сделаем все возможное, чтобы вы ни в чем не нуждались, — сказала им Исли. — У нас на Айденне есть запасы только кворианской пищи, но мы узнаем, нет ли чего-нибудь на других кораблях.

Она снова обратилась к Лемму.

— Тебе придется пойти с нами. Капитан захочет лично поговорить с тобой. — Повернувшись обратно к людям, она добавила, — помните, вам нельзя покидать пределы этого судна. Уго или Сиито будут постоянно находиться у шлюзового отсека. Если вам что-нибудь понадобится, обратитесь к ним.

Сказав это, она развернулась, и остальные кворианцы, включая Лемма, вышли из каюты. Через минуту они услышали, как с громким лязгом захлопнулась герметичная дверь внешнего шлюза Айденны, заперев их внутри шаттла.

Хендел издал презрительное фырканье.

— Интересные же у них способы обращаться со знаменитостями.

Глава 19

Даже после всего того, что он сделал для Церберов, после сотен миссий и почти шестнадцати лет работы, Грейсон мог пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз он встречался с Призраком лицом к лицу. Сколь бы харизматичным и внушительным человеком лидер «Цербера» ни казался на экране, в жизни он был еще более впечатляющим. Вокруг него создавалась атмосфера властности и серьезной силы. Он обладал ледяной самоуверенностью, и казалось, что буквально все вокруг него подчиняется его воле. В его глазах цвета стали безошибочно читался острый ум, а серебристо-седые волосы и устрашающий взгляд, делали его похожим на человека, обладающего значительной мудростью, выходящей далеко за пределы обычного понимания.

Все это еще больше усиливалось атмосферой кабинета, в котором Призрак принимал посетителей. Комната была обставлена мебелью классического стиля из темного дерева, и от этого обстановка ощущалась как серьезная и давящая, почти угрюмая. Свет был мягким и немного приглушенным, от чего по углам таились мрачные тени. Шесть черных стульев окружали стол из матового стекла у дальней стены комнаты — кабинет использовался и для совещаний.

Эта встреча, однако, носила приватный характер. Грейсон сидел в одном из двух чрезмерно больших кресел посередине кабинета, а прямо напротив него расположился Призрак собственной персоной. Входя в комнату, Грейсон обратил внимание на двух охранников, стоящих по бокам от дверей, но внутри ему стало казаться, что во всем мире существуют только они вдвоем.