Уильям Блэтти – Изгоняющий дьявола. Знамение. Дэмьен (страница 29)

Крис оторвала взгляд от карточки. В душе у нее зароди­лось смутное подозрение.

— Карл, а нет ли у него в руках чего-нибудь такого, что может оказаться рукописью сценария? Какого-нибудь боль­шого конверта, или свертка, или чего-нибудь в этом роде?

Карл отрицательно покачал головой. Крис стало любо­пытно, и она поспешила вниз. Бэрк? Может быть, это имеет какое-то отношение к Бэрку?

Детектив тоскливо слонялся по залу, зажав свою бесфор­менную шляпу в толстых, коротких, только что наманикю- ренных пальцах. Это был пухлый человек лет пятидесяти. Толстые щеки лоснились от частого и тщательного употреб­ления хорошего мыла. На нем болтались мятые брюки, по­тертые и мешковатые, никак не соответствующие его при­лежному уходу за собственным телом. Старомодное твидо­вое пальто бесформенно висело. Его карие, влажные, немно­го раскосые глаза были, казалось, постоянно обращены в про­шлое, в них отражалась тоска по ушедшему времени. Крис заметила, что дыхание детектива было напряженное, с под­кашливанием, как у астматика.

Она подошла ближе. Детектив протянул ей руку и заго­ворил каким-то болезненно хриплым шепотом.

— Ваше лицо я бы узнал в любом гриме, миссис Мак­нейл.

— Разве на мне сейчас грим? — искренне удивилась Крис, пожимая его руку.

— О Боже.мой, конечно, нет,—поспешно поправился он и замахал рукой, как будто отгонял муху.—Это формаль­ность. Вы сейчас заняты, давайте завтра. Я приду завтра еще раз.

Он повернулся и собрался было уходить, но Крис взвол­нованно спросила:

— А что случилось? Бэрк? Бэрк Дэннингс?

Беспечность детектива еще сильнее взбудоражила ее ин­терес и беспокойство.

— Мне даже неудобно. Неловко как-то,—вздохнул тот, опустив глаза.

— Его убили? Вы из-за этого пришли ко мне? Его уби­ли? Да?

— Нет-нет. Это простая формальность,—повторил де­тектив.—Ничего особенного. Ведь вы понимаете, он был зна­менитым человеком, поэтому мы не могли оставить все про­сто так. Мы не могли,—чуть ли не извиняясь, продолжал он.—Только один или два вопроса. Он упал? Или, может быть, его кто-то подтолкнул? — Детектив ритмично покачи­вал рукой и головой. Потом пожал плечами и хриплым голо­сом добавил: — Кто знает?

— Его не ограбили?

— Нет, его не ограбили, миссис Макнейл, его никто не грабил. Но в наше время ограбление — это не единственная причина для убийства. Сегодня, миссис Макнейл, искать по­вод для убийства очень хлопотно, это только лишняя обуза. Наркотики, проклятые наркотики.—Детектив недовольно за­молчал.—Эти наркотики, ЛСД...—Он посмотрел на Крис и забарабанил пальцами по груди.—Поверьте мне, я сам отец и, когда вижу, что происходит вокруг, у меня сердце разры­вается. У вас есть дети?

— Да, один ребенок.

— Сын?

— Дочка.

— Так-так...

— Пойдемте в кабинет,—нетерпеливо перебила Крис и повернулась, чтобы проводить его.

— Миссис Макнейл, можно попросить вас об одном одолжении?

— Да, пожалуйста.

— Мой желудок.—На лице его появилось выражение нестерпимого мучения. —У вас не найдется стаканчика мине­ральной воды? Если это трудно, то не надо. Я ничем не хочу вас беспокоить.

— Нет-нет, это меня совсем не затруднит. Присядьте по­ка в кабинете.—Она показала, где находится кабинет, и по­шла на кухню.—По-моему, у меня в холодильнике стоит одна бутылка.

— Нет-нет, я тоже пойду на кухню,—возразил детектив, следуя за ней.—Я так не люблю причинять лишние хлопоты.

— Ничего страшного.

— Да нет, я же вижу, что вы заняты. У вас есть де­ти?—спросил он по дороге на кухню.—Ах да, все правильно, у вас есть дочка, вы же мне говорили, все правильно. Одна дочка.

— Одна дочка.

— Сколько ей лет?

— Только что исполнилось двенадцать.

— Тогда вам еще рано волноваться.—Детектив вздох­нул.—Еще рано. Вот немного попозже вам придется смо­треть в оба.—Он покачал головой. Крис заметила, что поход­ка у него была вразвалку.—Когда вы наблюдаете за происхо­дящими в мире событиями, вы перестаете во что-либо ве­рить. Это немыслимо. Все сошли с ума. Вы знаете, я как-то глянул на свою жену и сказал: «Мэри, весь мир находится в каком-то постоянном нервном напряжении. Все сошли с ума. Весь белый свет».

Они вошли на кухню. Карл чистил плиту. Он не заметил их и не оглянулся.

— Мне и правда так неловко,—хрипло пробормотал де­тектив и уставился на Карла. Взгляд его с любопытством скользил по его спине, рукам и шее. Так, наверное, малень­кая птичка скользит по поверхности озера.

— Я встретился с известной кинозвездой,—продолжал он,—и прошу ее дать мне стакан минеральной воды. О Боже!

Крис нашла бутылку и теперь искала открывалку.

— Вам со льдом? — поинтересовалась она.

— Нет, просто так. Я люблю просто так.

Крис открыла бутылку.

— Вы помните фильм с вашим участием, который назы­вается «Ангел»? — напомнил детектив.—Я смотрел его шесть раз.

— Если вы ищете убийцу, — съязвила Крис, наливая пузы­рящуюся шипящую жидкость,—то арестуйте продюсера и редактора.

— Нет-нет, фильм был превосходный, и мне очень по­нравился.

— Садитесь. — Она кивком указала на стул.

— Спасибо.—Детектив сел.—Нет, фильм был чудесный. Такой трогательный. Только одно упущение. Одна крошеч­ная незначительная помарка. Спасибо вам большое.

Крис поставила стакан с водой и села напротив него, сло­жив руки перед собой на столе.

— Так вот, что касается небольшой погрешности,—как бы извиняясь, продолжал детектив.—Совсем маленькой. И уж, пожалуйста, поверьте, что я — дилетант. Вы же пони­маете, я всего-навсего простой зритель. Но все же мне пока­залось, что музыкальное оформление в некоторых сценах действовало на нервы. Оно было слишком навязчивым. —Те­перь детектив говорил начистоту и был увлечен разгово­ром.—Из-за этой музыки я постоянно чувствовал, что нахо­жусь в кинозале. Вы меня понимаете? И что все действу­ющие лица — это только симпатичные актеры. Это меня рас­строило. А кстати, о музыкальном оформлении — компози­тор ничего не позаимствовал у Мендельсона?

Крис тихо барабанила пальцами по столу. Странный де­тектив. И почему это он постоянно посматривает в сторону Карла?

— Вот этого я не знаю, — отрезала Крис. — Но я рада, что фильм вам понравился. Лучше выпейте вот это.—Она указа­ла на стакан с водой.—А то весь газ выйдет.

— Да-да, конечно, я заболтался. Вы заняты. Простите ме­ня.—Детектив поднял стакан, как будто хотел произнести тост, и осушил его.—Вода хорошая, очень хорошая.—Отста­вляя стакан, детектив заметил фигурку птицы, слепленную Реганой. Птица стояла на столе, и ее клюв забавно свисал над солонкой и перечницей. — Необычная фигурка.—Детектив улыбнулся.—Симпатичная. Профессиональный скульптор?

— Моя дочь,—возразила Крис.

— Очень симпатичная птица.

— Видите ли, я не люблю, когда...

— Да-да, я понимаю, я причиняю много хлопот. Только один-два вопроса —и все. Даже один вопрос.—Он взглянул на часы, будто торопился на свидание.—Так как несчастный мистер Дэннингс закончил съемки в нашем городе, то мы подумали, может быть, в день катастрофы он ходил к ко­му-нибудь в гости. Кроме вас, у него были знакомые где-ни­будь поблизости от этого места?

— Он был у меня в тот вечер, —уточнила Крис.

— Да? —Детектив удивленно поднял брови.—Как раз перед тем, как случилось несчастье?

— А когда это случилось? — заволновалась Крис.

— В семь часов пять минут,—ответил детектив.

— Да, примерно в это время.

— Тогда все становится понятно.—Киндерман кивнул и заерзал на стуле, как будто собирался подняться и уй­ти.—Он был пьян, а когда уходил домой, свалился с лестни­цы. Да, все становится понятно. Тогда для протокола скажи­те мне, во сколько приблизительно он ушел из дома?

— Я не знаю,—ответила Крис.—Я его не видела.

— Я не понял вас.

— Видите ли, он приходил сюда, когда меня не было до­ма. Я ходила в Росслинскую лабораторию.

— А, понимаю. Конечно. Но тогда откуда вы знаете, что он был здесь?

— Мне сказала Шарон.

— Шарон? — перебил детектив.