Уильям Бейтс – Лечение несовершенного зрения без помощи очков (страница 32)

Нет какого-либо доказательства, которое бы подтверждало это заявление. Резкое изменение освещения, разумеется, многим людям причиняет дискомфорт, но, не повреждает глаза. Я заметил, что во всех наблюдаемых мною случаях они на самом деле приносили пользу.

Зрачок нормального глаза существенно не изменяется под влиянием перепада интенсивности освещения; и люди с нормальным зрением не испытывают неудобств из-за этих изменений. Я видел пациента, смотрящего прямо на солнце, который только что вышел из плохо освещённой комнаты и затем по возвращении в комнату тут же взял газету и прочитал её.

Когда зрение несовершенно, зрачок обычно сужается на свету и расширяется в темноте, но я видел, как зрачок в темноте сужается до размера булавочного отверстия. Причина сужения зрачка под влиянием света или в темноте — в напряжении.

Люди с несовершенным зрением страдают от изменения интенсивности света, так как это приводит к ухудшению зрения, но оно всегда временное, и если глаз постоянно находится в этих условиях, зрение улучшается. Такие привычки, как чтение попеременно в ярком и тусклом свете или вхождение в хорошо освещённую комнату из темной комнаты и наоборот, очень рекомендуются.

Даже такие быстрые и резкие колебания света как те, что присутствуют в кинофильмах, приносят пользу всем глазам. Я всегда рекомендую пациентам во время лечения дефектного зрения регулярно смотреть кинофильмы и практиковать центральную фиксацию. Вскоре они привыкают к мерцающему свету, и тогда их перестаёт раздражать другой свет и его отражения.

Чтение считается непременным злом цивилизации, но все убеждены, что если избегать очень маленьких букв при чтении и стараться читать только при определённых благоприятных условиях, то можно минимизировать это вредное воздействие. Были проведены более глубокие исследования влияния различных стилей шрифтов на зрение школьников и были детально изложены правила, касающиеся размера шрифта, его оттенка, расстояния между буквами, величины межстрочного пространства, длины строк и т. д.

Рисунок 48. Лучи солнца фокусируются на глаз пациентки с помощью увеличительного стекла.

Касательно влияния различных видов шрифта на человеческий глаз в общих чертах и глаз детей в частности, доктор А. Г. Юнг в своём наиболее цитируемом докладе Совету Здравоохранения США Штата Мэйн[58] приводит следующее интересное наблюдение.

Всё это прямо противоположно моему личному опыту. Детям могут наскучить книги с буквами слишком маленького шрифта, но я никогда не встречался с случаями, когда глаза могли бы быть травмированы подобным размером шрифта.

Наоборот, чтение очень маленького шрифта, когда это может быть осуществлено без дискомфорта, неизменно подтверждало свою пользу, и чем приглушённее освещение, в котором его можно прочитать, чем ближе текст поднесён к глазам, тем больше пользы.

Таким способом удавалось избавляться от болей в глазах мгновенно или за несколько минут. Все потому, что мелкий шрифт нельзя прочитать в тусклом свете и близко к глазам, если только они не будут расслаблены, тогда как крупный шрифт может быть прочитан в хорошем освещении на нормальном расстоянии, хотя глаза могут быть в напряжении.

Когда человек может читать мелкий шрифт в неблагоприятных условиях, его способность читать обыкновенный шрифт в обычных условиях значительно повышается. При миопии может помочь усилие прочитать мелкий шрифт, потому что она всегда уменьшается, когда присутствует напряжение увидеть объект вблизи, и это иногда сдерживает привычное усилие при взгляде на дальний объект, которое всегда ассоциируется с созданием миопии.

Даже стараясь увидеть такой маленький шрифт, который нельзя прочитать, некоторые миопики извлекают для себя пользу.

Людей, желающих сохранить своё зрение, часто предостерегают, что читать в движущемся транспорте вредно, но так как в современных условиях жизни многим людям приходится проводить большую часть своей жизни в движущемся транспорте и многие из них попросту не имеют другого времени для чтения, то бесполезно ожидать от них, что они прекратят это делать. К счастью, теория о его вредности не имеет фактического обоснования.

Когда рассматриваемый объект движется с большей или меньшей скоростью, сначала всегда возникают напряжение и зрение ухудшается, но это всегда временно, и в конечном итоге благодаря практике зрение улучшается.

Похоже, что нет ни одной такой же вредной привычки как чтение в положении лёжа. Приводятся многие похожие на правду причины, почему это должно быть вредно, но настолько это увлекательное занятие, что, наверняка, мало кого удерживает боязнь последствий.

Поэтому, я рад сообщить, что обнаружил пользу этих последствий. Как и в случае использования глаз в других сложных условиях, очень хорошо, если вы можете читать лёжа, глядя при этом вниз, и умение делать это улучшается с практикой.

Рисунок 49. Образец шрифта «Диамант». Многие пациенты улучшили своё зрение, читая шрифт этого размера (шрифт не выдержан).

В вертикальном положении при хорошем свете, исходящем со стороны левого плеча, можно читать, когда глаза очень сильно напряжены, но в положении лёжа, со светом и углом между страницей книги, которые не относятся к благоприятным, невозможно читать без должного уровня расслабленности. Любой, умеющий читать лёжа без дискомфорта, скорее всего не будет иметь каких-либо трудностей с чтением в обычных условиях.

Рисунок 50. Фотографически уменьшенный шрифт (шрифт не выдержан). Пациенты, способные читать фотографически уменьшенный шрифт, мгновенно избавляются от боли и дискомфорта, а для тех, кто не может читать такой шрифт, будет полезным просто смотреть на него.

Дело в том, что зрение в сложных условиях является хорошей тренировкой для ума. Ум поначалу может быть возбуждён в неблагоприятной среде, но после того, как он привыкнет к таким условиям, ментальный контроль и, следовательно, зрение улучшаются.

Советовать не использовать глаза в неблагоприятных условиях — это как говорить человеку, который пролежал в постели несколько недель, из-за чего ему теперь тяжело ходить, оставаться в лежачем положении. Конечно, предусмотрительность должна быть в обоих случаях. Как человек на пути к выздоровлению не должен сразу стараться пробежать марафон, так и человек с дефектным зрением не должен пытаться без некоторой подготовки, смотреть на солнце в полуденный час.

Так же, как инвалид способен постепенно увеличивать свою силу до тех пор, пока марафон ему не станет по плечу, так и глаз с дефектным зрением можно тренировать до тех пор, пока все правила гигиены зрения будут применяться нами с пользой.

Глава XIIX. Оптимумы и пессимумы

Практически во всех случаях несовершенного зрения, вызванного аномалиями рефракции, существует один или несколько объектов, которые человек может видеть с нормальным зрением. Подобные объекты я назвал «оптимумами».

С другой стороны, есть те объекты, которые люди с нормальными глазами и обычным зрением всегда видят несовершенно, и, по свидетельству ретиноскопа, у них возникает аномалия рефракции, когда они на эти объекты смотрят. Такие объекты я назвал «пессимумами». Объект становится оптимумом или пессимумом в зависимости от его воздействия на психику, и в некоторых случаях это воздействие легко становится причиной несовершенного зрения.

Для многих детей лицо мамы всегда является оптимум, а лицо незнакомого человека — пессимумом. Одна портниха всегда могла продеть тонкую шёлковую нить в иголку № 10 без очков, хотя для того, чтобы пришить пуговицу, ей приходилось надевать очки, так как она не могла видеть дырочки. Она преподавала швейное мастерство, и думала, что дети глупые, потому что они не могли найти разницу между двумя различными оттенками чёрного.

Она могла подбирать образцы по цвету, не сравнивая их. Ещё она не могла видеть чёрную линию на фотографической копии Библии, которая была никак не тоньше нити шелка, она также не могла вспомнить чёрную точку. Работник фабрики по производству бочарной продукции, годами занимавшийся выбором бракованных бочек, в то время как они проносились мимо него по конвейеру, мог продолжать свою работу и после того, как его зрение испортилось настолько, что ему стало трудно видеть большинство объектов, тогда как люди, чьё зрение было гораздо лучше, судя по проверочной таблице Снеллена, не могли распознать бракованные бочки.

То, что эти объекты были хорошо знакомы человеку, сделало его способным смотреть на них без напряжения, не стараясь их увидеть. Поэтому бочки для бондаря были оптимумами. Ушко иголки и цвета шёлковых нитей и тканей были оптимумами для портнихи. Незнакомые объекты, наоборот, всегда являются пессимумами, как показано в главе «Непостоянство Рефракции Глаза».

В других случаях мы не учитываем особенности мышления, которые делают один объект пессимумом, а другой оптимумом. Также невозможно вычислить тот факт, что объект может быть оптимумом для одного глаза и не быть для другого, или оптимумом в одно время и на одном расстоянии, но не при других времени и расстоянии.

Среди этих необъяснимых оптимумов часто можно найти какую-то конкретную букву на проверочной таблице Снеллена. Один пациент, например, мог видеть букву «К» на сорокафутовой, пятнадцати и десятифутовой строках, но не мог видеть никаких других букв на этих строках, хотя большинство пациентов видели бы их, ввиду их незамысловатой формы, лучше, чем бы они видели такую букву, как «К».