Уайльд Риа – Не святой (ЛП) (страница 60)
Габриэль: Скоро. Обещаю. Разогрейся для меня.
Я: Опять?
Я качаю головой.
Габриэль: Всю ночь.
Позади меня что-то стучит в доме.
Сжимая телефон, я поднимаюсь и иду внутрь.
— Эй? — я кричу. — Все в порядке?
Из кухни доносится хрюканье и легкий стон. Кто-то поранился?
Я направляюсь на кухню, нервы сжимаются в животе, и когда я захожу за угол, то первым делом вижу кровь. Лужа крови, расплывающаяся по кафелю, а затем тело с перерезанным горлом. Мужчина был еще жив.
В горле булькает крик, но я не выпускаю его, быстро набираю номер Габриэля и подношу телефон к уху, крутясь на месте, чувствуя на себе пристальный взгляд.
— Не смогла устоять, детка? — его глубокий голос хихикает в трубке, пока я, тяжело дыша, возвращаюсь на кухню, к мужчине, медленно истекающему кровью на плитке. — Амелия?
— Кто-то напал на одного из твои людей, — поспешно говорю я. — Он истекает кровью!
— Что!?
— Габриэль, в доме кто-то есть.
Я подбегаю к парню, стараясь, чтобы страх не поглотил меня, приседаю и кладу руку на рану. Он хватается за мое запястье, глаза расширены.
— Все в порядке, — шепчу я с дрожью в голосе.
Мужчина слабо качает головой и открывает рот, чтобы заговорить, но из него не вырывается ни звука.
— Амелия! — рев Габриэля заставил меня содрогнуться.
Неужели он что-то говорил?
— Мне очень жаль, — шепчу я. — Но я не думаю, что смогу его спасти.
— Амелия, выходи из дома.
Я смотрю на парня, наблюдая, как он слабо макает палец в свою кровь, а затем пишет слово на части чистой плитки рядом с ним. Б… Е… Г… И…
А потом его глаза закатываются, и он замирает.
— Он мертв.
— Все в порядке, Амелия, — Габриэль двигается, бежит, его тяжелое дыхание доносится до моего уха. — Мне нужно, чтобы ты меня слушала, хорошо?
— Хорошо, — я поднимаюсь с пола, отступая назад.
— Доберись до ближайшего выхода, иди в гараж и возьми одну из машин. Там слева есть ящик, код — 4487, внутри пара запасных ключей.
— Я иду, — в оцепенении говорю я.
Страх и паника были готовы парализовать меня.
— Я с тобой, Амелия, хорошо? Я с тобой.
Я киваю, хотя знаю, что он меня не видит. Он скоро будет здесь.
Входная дверь была ближе всего, поэтому я направилась туда, потянула за ручку, но она не открылась.
— Дверь заперта, Габриэль.
— Ключ, Амелия, в чаше рядом с дверью.
Я проверила, но ключа не было, и тут я увидела круглый кусочек металла на плитке у своих ног. Это была головка ключа, а когда я перевела взгляд на замок на двери, то увидела оставшуюся часть ключа, сломанную и зажатую в замке.
— О боже, — вздохнула я.
— Что Амелия?
— Они сломали ключ в замке.
— Черт. ЧЕРТ!
Я отступаю от двери.
— Они в доме, не так ли?
— Да, Амелия, они там. Иди к задней двери. Сейчас же.
— Я боюсь.
— Я знаю, детка. Я знаю.
Я, спотыкаясь, пошла на кухню, к задней двери, где пила кофе. Я оставила дверь незапертой. Она открывается, но я была не одна.
Второй человек, которого Габриэль оставил следить за мной сегодня утром, стоял по другую сторону. Увидев меня, он жестоко усмехнулся, поднял руку и помахал пальцами.
— Я не могу выйти через заднюю дверь, — говорю я Габриэлю. — Другой человек, это он убил его. Он блокирует дверь.
— Хорошо, Амелия, послушай меня, здесь есть комната паники. Она не использовалась уже много лет, но она работает. Ты должна подняться наверх.
— В какую комнату?
— В твою старую комнату, там есть кнопка на внутренней стороне шкафа. Нажми ее.
— Хорошо, я пойду, — я поворачиваюсь к лестнице и замираю. — Боже мой, — выдохнула я.
— Привет, Амелия.
Глава 45
— Боже мой! — ее шепот наполнен ужасом.
— Амелия! — реву я, но телефон отключается.
Я бегу, мои ноги сильно и быстро ударяют по грязи. Мне нужно было добраться до нее. Немедленно!
Атлас, Девон и Энцо не отстают от меня, не понимая, почему, но чувствуя срочность.
Я снова пытаюсь дозвониться, но она не берет трубку.
И вот я уже еду, колеса моей машины скользят по гравию. Энцо мчится впереди меня, его мотоцикл быстрее и проворнее в пробках.
Он доберется туда. Он доберется и спасет ее.
— Габриэль, поговори со мной, что происходит?
— Они поехали за Амелией. Они в доме.
— Твои люди там, да?
— Один мертв, — мои руки вцепились в руль. — Другой — предатель.