У Чэн-энь – Путешествие на Запад. Том 4 (страница 145)
Здесь для мирной молитвы
Все смогут найти богомольцы,
Красной киноварью
Перекладин покрыты ряды,
Из червонного золота
Блещут на них колокольцы,
Колыхаясь вверху,
Как в саду – наливные плоды.
В глубине, на подставках,
Сверкающим лаком покрытых,
Барабаны узорные
Друг против друга стоят,
Сотни Будд золотых,
Как живые, повсюду глядят,
И ковры дорогие
Пестреют на мраморных плитах,
А на пышных хоругвях,
Цветными шелками расшитых,
Реют восемь «сокровищ»,[68]
Расцветкою радуя взгляд.
Много утвари древней:
Курильниц и ваз вереницы,
Старой бронзой блестя,
Протянулись вдоль каждой стены,
В темных чашах курильниц
Сандал благовонный дымится,
И тяжелые вазы
Живых ненюфаров полны.
А на пестрых столах,
Изукрашенных лаком цветистым,
Дорогие шкатулки
Сверкают искусной резьбой.
Здесь предаться ты можешь
Раздумьям глубоким и чистым,
Благородных курений
Вдыхая туман голубой.
Полон пышных святынь,
Изваяний и знаков заветных,
День и ночь этот зал
Для молитв и гаданий готов:
На столах нарисованы
Пять облаков разноцветных,
А шкатулки полны
Лепестками душистых цветов.
Вот стеклянные чаши:
Чиста и прозрачна, сверкает
В них святая вода.
Вот напевно и мерно звенит
Золоченое било
И словно наш дух окликает,
И от грешной земли
Увлекает в небесный зенит.
И не трудно поверить,
Что много столетий не гасло –
С той поры, как повсюду
Святое ученье царит, –
Это яркое пламя
Душистого, чистого масла,
Что в хрустальных лампадах
Пред ликами Будды горит.
Право, можно сказать,
Что чудесная эта молельня
От мирской суеты
Словно стенами ограждена.
Пусть не в храме, а в доме, 
