18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

У Чэн-энь – Путешествие на Запад. Том 3 (страница 69)

18

– Негодная обезьяна! Посмотрим, как теперь ты справишься со мной?!

Сунь У-кун тоже принял свой первоначальный вид, вытащил посох с золотыми ободками, изогнулся и произнес: «Увеличивайся!».

Сунь У-кун мигом вырос до десяти тысяч чжан, голова его стала величиной с гору Тайшань, глаза – как луна и солнце, рот – кровавый пруд, а зубы – створки ворот. Держа в руках огромный железный посох, он начал колотить белого быка прямо по голове. Но голова у быка оказалась крепкой. Не обращая внимания на удары, он пустил в ход свои рога и начал бодаться. Тут произошел такой бой, что даже горы ходуном заходили, небо содрогнулось и земля задрожала:

Коль на один только чи добродетель растет, Преграды пред ней возрастают на тысячу чжан, И, если бы не умнейшая из обезьян, Кто смог бы препятствия страшные сдвинуть с пути? Чтоб пламя немеркнущее у горы загасить, Банановый лист чудодейственный надо добыть, Но сила и хитрость не могут его залучить… Случалось, что и Сунь У-кун всю надежду терял Наставнику мудрому в новом несчастье помочь, Но тот среди сил всемогущих поддержку всегда обретал, И так удавалось напасти и зло превозмочь, В согласье стихии враждующие привести, Чтоб в добрых делах они снова могли расцвести, Злых духов унять, грязь с души возмущенной отмыть, И вновь по открытой дороге на Запад спешить.

Оба противника пустили в ход все свое волшебство и могущество и вели бой на высоте половины горы. Все духи и бесплот – ные существа, которым довелось пролететь мимо, сильно встревожились и вместе с золотоглавым своим повелителем, вникающим в суть всех явлений природы, а также с небесными духами Лю-дином и Лю-цзя, с восемнадцатью духами – хранителями кумирен плотным кольцом окружили Князя с головой быка.

Но он ничуть не испугался. Посмотрели бы вы, как он бодался! Он бросался то вправо, то влево, то устремлялся вперед. Его рога блестели, как отполированное железо, он бросался с разбегу на своих врагов, ловко поворачиваясь во все стороны. Шерсть вздыбилась на нем щетиной, хвост от злости и напряжения стал твердым и упругим. Он бил им и махал во все стороны.

Сунь У-кун нападал на быка спереди, а множество духов, явившихся на помощь, били его с разных сторон. Наконец бык не выдержал. Бросившись на землю, он стал кататься по ней и, приняв прежний облик Князя с головой быка, метнулся в свою Банановую пещеру. Сунь У-кун тоже принял свой первоначальный вид и погнался за ним, сопровождаемый всеми духами. Но дьявол крепко запер за собой ворота и не показывался. Между тем духи обступили гору так плотно, что ни капли воды не могло бы просочиться.

Как раз в тот момент, когда осаждающие стали разбивать ворота пещеры, к ним подоспели с громкими криками Чжу Ба-цзе, дух земли и его воины. Сунь У-кун первый заметил их и спросил:

– Как обстоят дела в пещере Скребущей облака?

Чжу Ба-цзе стал со смехом рассказывать:

– Бабенку этого старого быка я убил сразу, одним ударом граблей. Когда я содрал с нее одежду, то оказалось, что она оборотень-лисица с яшмовым личиком, а все духи, большие и малые, находившиеся в пещере, тоже оборотни: ослы, мулы, телки, быки, барсуки, лисицы, еноты, серны, бараны, тигры, лоси и олени. Мы их истребили, а затем сожгли все постройки, находившиеся в пещере. Дух земли сказал, что у этого быка есть еще одно пристанище на этой горе, – там живет его жена. Вот почему мы и примчались сюда, чтобы стереть и это его логово с лица земли.

– Поздравляю тебя с удачей! – подбодрил его Сунь У-кун. – А я вот ничем не могу похвастаться. Зря только состязался с быком в искусстве превращений. Он принял вид белого быка огромных размеров, я же превратился в великана и начал с ним биться. Тут ко мне на подмогу явились духи: мы обступили быка со всех сторон и долго держали в плотном кольце. Однако он принял свой обычный вид и снова удрал к себе в пещеру.

– Уж не эта ли пещера называется Банановой? – спросил Чжу Ба-цзе.

– Совершенно верно! – отвечал Сунь У-кун. – Здесь как раз живет его жена по имени Лоча.

– Отчего же вы не ломитесь в ворота? – с досадой проговорил Чжу Ба-цзе. – Надо сейчас же покончить с быком и раздобыть веер. А то он отдыхает и забавляется со своей женушкой.

Ну и Дурень!

Встряхнувшись и набрав сил, он поднял свои грабли и принялся ломать ворота. Раздался оглушительный треск, и ворота вместе с частью скалы рухнули. Привратницы пришли в ужас и помчались к своему повелителю с громкими воплями и криками:

– Князь ты наш, повелитель! Кто-то сломал ворота! – голосили они.

Князь с головой быка еще не успел отдышаться, но уже начал рассказывать Лоче о том, как он сражался с Сунь У-куном и отнял у него волшебный веер. Услыхав, что сломали ворота, он пришел в ярость, выплюнул изо рта драгоценный талисман и передал его Лоче. Та приняла веер и, держа его в руках, залилась слезами:

– О великий Князь! – рыдая, говорила она. – Отдал бы ты лучше противной обезьяне этот веер. Пусть только она уберется отсюда со своими приспешниками.

– Нет, супруженька! – возразил Князь с головой быка, – вещица эта, правда, мала, зато гнев мой велик. Ты пока посиди здесь, а я опять начну с ним бой и прогоню его отсюда.

Князь оправил на себе боевое облачение, выбрал два меча и пошел к воротам. Тут он увидел Чжу Ба-цзе, который изо всех сил старался проломить вторые ворота. Не говоря ни слова, старый бык взмахнул своими мечами, целясь в голову Чжу Ба-цзе, но тот успел прикрыться граблями и отступил назад на несколько шагов. Сунь У-кун давно уже был наготове и выступил вперед. Тогда Князь с головой быка оседлал вихрь и вылетел из пещеры. Но Сунь У-кун успел нагнать его, и над горой Изумрудных облаков снова произошел бой. На этот раз многочисленные духи окружили сражающихся со всех сторон, а дух земли со своими воинами нападал и слева и справа.

Бой был очень жесток:

Вздымая тучи щебня и песка, Зловещий ветр подул издалека, Пошли гулять валы по океану, Земля и небеса окутались в туманы, Вселенную укрыли облака От бешенства премудрой обезьяны, От гнева оскорбленного быка. Отточены булатные мечи, Надеты наколенники и латы С узорною насечкою богатой, Глаза быка – как два костра в ночи! Он землю роет, злобою объятый. Любил он Сунь У-куна, словно брата, Но чувство дружбы, сильное когда-то, В душе его заглохло и молчит, А чувство мести сердце горячит. И Сунь У-кун приязнь былую предал, Как будто никогда быку он другом не был, Сраженье началось, и снова силы все Пришли в необоримое движенье, Князь с Сунь У-куном бьются в исступленье, Грозит, и рвет, и мечет Чжу Ба-цзе, А полчища покорных Будде духов Сулят и пораженье, и разруху, И гибель непокорному врагу Но князь проклятьям духов не внимает, Упорно все удары отражает, И Вэнь-цзао и Чэнь-жуй,