У Чэн-энь – Путешествие на Запад. Том 3 (страница 118)

– Что за грубый и неотесанный монах! – сердились и роптали они. – Как посмел он сорвать царское воззвание?!

Сунь У-кун услышал их ропот и рассмеялся:

– Вы напрасно сердитесь на меня, – сказал он, обращаясь к придворным. – Если вы будете относиться к людям с таким презрением, то болезнь вашего государя никогда не пройдет, даже через тысячу лет!

– Разве может человек прожить столько лет на свете? – изумились придворные, – и за тысячу лет не поправиться от болезни?

– Сейчас ваш правитель – больной государь, а если умрет, то станет больным мертвым духом. В следующем перерождении он окажется опять-таки больным, но уже с рождения. Таким образом он и за тысячу лет не избавится от своего недуга!

– Ну и наглый же ты монах! – разгневались придворные. – Совсем не умеешь держаться прилично и позволяешь себе болтать разные глупости!

– Это вовсе не глупости, – продолжал смеяться Сунь У-кун. – Вот послушайте, что я вам скажу:

Искусство врачеванья – очень сложно, Великой тайною облечено, Им пользоваться нужно осторожно, Большой смекалки требует оно; Четыре правила есть главных в нашем деле, Не зная их, ты не достигнешь цели. Из них первейшее – больного осмотреть, Второе – выслушать внимательно дыханье, А третье – страждущего расспросить суметь И правду отличить в его признаньях. Четвертое, последнее с терпеньем Прощупать у запястья крови ток, Уразуметь его невнятное биенье; Тогда ты только сможешь без сомненья Назвать недуг с уверенностью, в срок. Пусть лишь в одной из этих областей Ты не проявишь должного уменья, Не выйдет ничего из лекарских затей: Не принесешь страдальцу облегченья! Итак, во-первых, осмотрев больного, Определи его наружный вид: Сух или влажен, тощ иль плотно сбит, Как выглядит больной, когда он спит, И роста и сложения какого. Засим его дыхание проверь (Оно быть может хриплым или чистым, Иль вырываться из груди со свистом), И силу вдоха, силу выдоха измерь. Послушай речь его за этим вслед – Пойми, насколько ею он владеет. Быть может, в ней наличествует бред, Быть может, сам не разумеет? Коль он в сужденьях здрав, спроси его, Охотно ль ест, исправен стул иль нет, Давно ли заболел и отчего, И в коем месте тела боль сильнее? И наконец – последнее условье: Прощупать правильно сплетенье жил; Поймешь недуг, коль ты установил И глубину и силу тока крови. Покуда сам не осмотрю больного Согласно правилам и знаниям моим, Останется он слаб и недвижим, Страданьями жестокими томим – Не ждите от меня решения иного!

Среди гражданских и военных сановников находился также и начальник – верховный врачеватель. Выслушав Сунь У-куна, он восторженно обратился к присутствующим:

– Этот монах говорит очень дельно и толково. Даже если сам дух святой пожелает излечить больного, ему тоже надо будет осмотреть, прослушать, расспросить и прощупать. Все это вполне согласуется с волшебным искусством врачевания.

Чиновники поверили ему и велели через приближенных государя передать:

– Благочестивый монах берется определить болезнь и назначить лекарство только в том случае, если ему будет дозволено осмотреть больного, выслушать его, расспросить и прощупать пульс.

Царь лежал на своем драгоценном ложе и, не слушая приближенных, громко крикнул:

– Велите ему убраться вон! Видеть его не могу!

Приближенные вышли из внутренних покоев и сказали:

– Монах! По повелению нашего государя ты должен убраться отсюда. Царь не может смотреть на тебя.

– Если царь не может смотреть на меня, – спокойно сказал Сунь У-кун, – я умею определять пульс по шелковой нитке, привязанной к руке больного.

В толпе сановников прокатился радостный гул.

– Определять пульс через шелковую нить, – говорили придворные. – Мы слышали об этом, но никогда еще не видели. Надо еще раз попытаться доложить государю.

Приближенные вновь вошли во внутренние покои и доложили:

– О владыка – повелитель наш! Благочестивый монах Сунь не будет осматривать тебя. Он умеет определять пульс через шелковую нить, привязанную к руке больного.