У Чэн-энь – Путешествие на Запад. Том 2 (страница 52)

Они долго шли, и вдруг перед ними выросла гора, преградившая путь.

– Ученики мои! – воскликнул Трипитака. – Взгляните! Перед нами опять возвышаются суровые горы. Надо соблюдать осторожность. Как бы снова на нас не напали злые духи!

– Учитель! – сказал на это Сунь У-кун. – Не следует поддаваться напрасному страху. Будьте смелее, сохраняйте спокойствие, и ничего с вами не случится.

– Ученик мой, – отвечал Трипитака. – Почему путь на Запад так труден? Почему до сих пор мы не можем достичь своей цели? Ведь с тех пор как мы покинули Чанъань, уже четыре раза весна сменялась летом, а осень – зимой.

– Еще не наступило время! – со смехом отвечал Сунь У-кун. – Мы еще не вышли за двери!

– Нечего врать, дорогой брат! – вступил тут в разговор Чжу Ба-цзе. – Где это видано, чтобы у людей были такие двери?

– Дорогой мой, да мы все еще крутимся в комнате, – отвечал Сунь У-кун.

– Почтенный брат, – произнес с улыбкой Ша-сэн. – Хватит пугать нас всякими громкими словами. Да разве бывают такие огромные комнаты? Для них и балок нигде не найдешь.

– Брат мой, – отвечал на это Сунь У-кун. – В здании, о котором я говорю, крышу заменяет небесный свод, окна – солнце и луна, балками служат горы, а наша земля образует огромный зал!

– Ладно! Хватит тебе! – перебил его Чжу Ба-цзе. – Мы, видно, крутимся на одном месте. Пошли лучше обратно!

– Ну, будет вам зря болтать! – рассердился Сунь У-кун. – Следуйте за мной!

Взяв наперевес свой посох, Сунь У-кун двинулся вперед. Перед Трипитакой открылись горные пейзажи удивительной красоты:

До рукояти Звездного Ковша[26] Обрывистые горы достигали, У дровосеков падала душа, Когда, шутя, их демоны пугали. Возвысясь к совершенству, стаи лис Охотникам грозили из тумана, Деревьев кроны к тучам вознеслись, В ущелье голосила обезьяна. И жалобные крики журавлей Все раздавались в зарослях сосновых. Под крышею зеленою ветвей, Средь горных пиков и хребтов суровых. Звеня, бежал стремительный поток, И до костей прохватывала стужа… Когда же веял легкий ветерок, Охватывал людей безумный ужас: Пугалась задремавшая душа, Казалось, угрожает ей вершина… Взгляните, как привольно хороша Хребтами окруженная долина! Рычанье тигра, что идет на лов, И горных птиц пленительное пенье… Стада сайги на зелени лугов И стадо легконогое оленей. Танский монах Сюань-цзан и Сунь У-кун Но сколько б ни глядеть на этот край, Вы б странников следов не увидали Одни следы шакальих, волчьих стай, И Сакья-муни[27] выбрал бы едва ли Для подвигов спасительных своих Страну зверей и царство птиц лесных.

Когда они были уже далеко в горах, Трипитака от страха занемог и, остановив коня, обратился к Сунь У-куну:

Чтобы высоты мудрости увидеть, Я не жалел усилий и труда, Столицу приказал мне князь покинуть, И я ушел, быть может, навсегда… Мой путь неровен – ямы и ухабы, – Препятствия повсюду ждут меня, Но не замолк веселый колокольчик – И тороплю я верного коня… Я огибаю скалы и ущелья – В горах ищу целебных трав ростки, Взбираюсь за фулинем на утесы: Здесь горы велики и высоки, Хойсян ищу, фанцзи хочу увидеть, Добыть мечтаю сладкое чжули, И думаю: «Когда же вновь предстану Перед двором, оставшимся вдали?.»

– Вы бы лучше поменьше беспокоились, учитель, – сказал, ехидно улыбаясь, Сунь У-кун. – Нельзя так волноваться. Двигайтесь спокойно вперед – и все. А когда придет время и мне нужно будет проявить свою силу, можете быть уверены, что я сделаю это с успехом.

Любуясь горными пейзажами, наши странники не спеша продолжали свой путь и совсем не заметили, как солнце начало садиться.

От станции к станции Десять ли, Последний путник