У Чэн-энь – Путешествие на Запад. Том 1 (страница 27)

Вайсравана послушался совета сына, приказал Цзюйлиншэню вернуться в лагерь и ждать там окончательного решения. А Ночжа, надев на себя шлем и кольчугу, помчался из лагеря и сразу же очутился у Пещеры водного занавеса. Сунь У-кун как раз собирался отвести свои войска, как вдруг увидел Ночжа. Этот принц выглядел настоящим героем.

В косички часть волос заплетена, Лишь темя закрывать она должна, А волосы, что на затылке были, Длиной до плеч ему не доходили. Был юноша и мудр, и даровит, Имел прекрасный и изящный вид; Открытым был, разумным и спокойным И сыном своего отца достойным. Он праведностью славился своей; Конечно, не походит на людей Ведущий род от самого дракона, И, с детства красотою одаренный, Он отличался от детей земных И существом не походил на них. Шестью приемами он мог сражаться — Оружье неба может изменяться; Указ же императорский гласил, Чтоб он высокий чин в войсках носил — «Помощника и друга полководца». Так этот чудный юноша зовется.

– Ты откуда взялся? – выступив вперед, спросил его Сунь У-кун. – И зачем ворвался к нам?

– Да ты, я вижу, и узнавать меня не желаешь, негодная обезьяна? – крикнул тот. – Я принц Ночжа, сын небесного князя Вайсраваны. По повелению Нефритового императора мы прибыли сюда схватить тебя.

– Вот что, князек! – рассмеялся Сунь У-кун. – У тебя молоко еще на губах не обсохло, да и пупок не совсем засох, а ты осмеливаешься разговаривать со мной таким тоном! Я сохраню тебе жизнь, но хочу, чтобы ты прочитал надпись на этом знамени. Передай Нефритовому императору: если он присвоит мне такое звание, я сам выражу ему покорность и ему незачем будет посылать сюда свои войска. Если же он не согласится выполнить мое желание, я разнесу его драгоценный Зал священного небосвода.

«Видно, эта подлая обезьяна в самом деле вообразила себя каким-то необычайным волшебником, раз посмела называться таким именем!» – подумал Ночжа, прочитав надпись на знамени.

– Ну, держись! Придется тебе познакомиться с моим мечом.

– Смотри же! – крикнул Сунь У-кун. – Руби своим мечом, сколько хочешь! Я с места не двинусь.

Эти слова вывели Ночжа из себя.

– Изменись! – воскликнул он и тотчас же превратился в божество с тремя головами и шестью руками.

Ночжа был страшен. В каждой руке он держал оружие. Тут были и меч для казни чудовищ, и нож, и веревка, и пест для покорения, и разрисованный шар, и огненное колесо. С этим оружием принц ринулся вперед.

Сунь У-кун встревожился.

– А этот мальчишка кое-что умеет, – сказал он. – Смотри не зазнавайся! Сейчас я покажу тебе свое волшебство! Изменись! – раздался громкий голос Сунь У-куна.

И в тот же миг он превратился в существо с тремя головами и шестью руками. Затем он взмахнул своим жезлом с золотым обручем, и в руках у него оказалось сразу три жезла. Сунь У-кун ринулся вперед, и вот между Царем обезьян и принцем завязался такой бой, что задрожала земля и покачнулись горы. Поистине это было замечательное сражение:

Был Ночжа шестирукий смел и рьян, Соперник – Царь прекрасный обезьян; Для одного – здесь с неба нисхожденье, Чтоб данное исполнить порученье. Другой же о себе настолько мнил, Что небеса мятежно возмутил. Был приготовлен острый меч для казни. Никто не мог увидеть без боязни То лезвие, что чудища разит, Пред ним святой и демон задрожит. Уже взвились удавом жадным путы, Был волчьей мордой пест, смирявший смуты, Вращенье посоха рождало блеск и жар, И грозно перекатывался шар. Три посоха желаний вверх взлетали И Мудреца надежно прикрывали. Вничью кончалась схватка не одна, И не была победа решена. Ночжа не допускал и на мгновенье Прекрасного сраженья прекращенье; Он много раз оружье умножал, По-разному врага он поражал, Но Сунь У-куна это не страшило, Смеялся он, сражаясь с новой силой: Не посохом одним вооружен, — Был в тысячи тот посох превращен. И посохов теперь взметнулась стая, Как молнии, по воздуху летая. И повалились демоны в горах, Скрыв головы, испытывая страх. Властители пещер закрыли входы; Перед Ночжа трепещет вся природа.