Туве Альстердаль – Тебя никто не найдет (страница 50)

У Эйры хватило сил только на то, чтобы отправить Силье сообщение, в котором она объяснила, почему была недоступна. «Докладывать нечего, потом созвонимся».

Эйра пыталась нащупать хоть одну здравую мысль – что она может сделать? Двинуться на восток, к Е4, и покрутиться там, проверяя каждый съезд, каждое ответвление на бескрайних просторах Норрланда? Сколько на это уйдет времени? За мостом Высокий берег раскинулась половина Швеции, площадь, соизмеримая с Италией или Францией, бесчисленное количество проселочных дорог без всяких камер. Лес. Бескрайний массив леса.

Что ей следовало сделать, так это записать допрос из дома престарелых. Только это казалось таким бессмысленным.

Боссе Ринг вышел из машины и теперь расхаживал туда-сюда с телефоном, словно с лозой для поиска воды. Одна мачта где-то в отдалении, слабый сигнал. До недавних пор в Мюккельгеншё пролегал кабель телефонной связи, протянутый сюда лет сто назад, однако «Телия»[10] срезала все медные провода.

Эйра включила запись допроса. Ее дедушка назвал бы это добросовестностью, обязанностью делать то, за что взялся. Вслушиваться в слова и длинные молчаливые паузы, записывать показания душевнобольного человека. На короткое время ей даже удалось отвлечься, перенестись обратно в Оффе начала пятидесятых.

Если женщина была психически нездорова, то тогда понятно, почему муж с ней развелся. В те времена одной лишь хрупкой любви было недостаточно. Тетя кузины Эйры добилась быстрого развода, улучив мужа в неверности. Мама Эйры всегда говорила об этом со страхом. Не перед изменой, а перед тем временем, когда суд решал, сможет ли человек освободиться от брачных уз или нет.

Послышался короткий удар – это Лилли Мелин отбросила снимок своей дочери Биргитты. Что происходило с ней, трехлетней, в ту пору?

Эйра набрала номер Янне Баклунда из Соллефтео.

– Почему вы не сказали, что у вас есть сестра?

– У меня их две, – ответил он.

– Три, – поправила Эйра.

В трубке на несколько секунд повисла тишина.

– Да-да, – торопливо проговорил он следом, – теперь я понял, о чем вы, но я никогда ее не видел. Во всяком случае, мне ничего о ней не известно, хотя мы запросто могли сталкиваться на улицах. В детстве я вообще понятия не имел, что у отца есть еще один ребенок.

– А как же вы тогда узнали?

– Во время одной домашней ссоры. Мать разорялась на полную катушку. Отец вроде как украдкой виделся с дочкой, и она желала знать, до каких пор это будет продолжаться. Обвиняла отца в вещах, которые маленьким лучше не слышать. Сказала, чтобы о своей семье заботился, а не по чужим бегал. А при чем здесь это?

Боссе Ринг вернулся обратно на пассажирское сиденье. Эйра сохранила набранный документ. Она записала почти весь допрос, во всяком случае, не оставила его мелко дрожать и трепыхать крылышками в воздухе, как это любил проделывать ГГ.

– Во всем всегда есть определенная доля логики, – заявил Боссе.

– Это ты к чему?

– Мы думаем, что мир безумца иррационален, но даже у безумцев есть своя система. – Он разминал в пальцах порцию снюса. – Места преступлений выбираются не случайно, эта дамочка не пойдет в лес наобум.

– Знаю, – сказала Эйра. Как будто она сама не думала об этом каждый час, во сне и наяву, не бродила по проклятым домам во сне и не ломала себе голову, изыскивая места, куда могло приспичить направиться ГГ. – В Оффе это был дом ее родни, в Мальмберге – дом, где провел свое детство Микаэль Ингмарссон, но, насколько я понимаю, они обыскали уже все места, к которым ГГ мог иметь какое-либо отношение: остров в шхерах, где он бывал в детстве, летняя дача родителей его бывшей жены…

– А отель теперь едва ли актуален, – подхватил Боссе. – Она ведь догадывается, что мы ее ищем, иначе не оставила бы свою квартиру.

– Куда ты собрался ехать?

– У Лилли Мелин был брат.

– Да, так сказали в приюте, но он скончался прошлой весной.

Боссе Ринг сунул в рот порцию снюса и вытер пальцы о брюки.

– Я позвонил в Налоговое управление и навел справки в отделе землеустройства. Опись имущества пока не готова. Мужчина снимал квартиру в Эрншельдсвике, и она отошла обратно арендодателю, а вот избушка до сих не продана и значится в списке имущества покойного.

– Где это? – спросила Эйра, заводя машину.

– У озера к северу от Голберга, на границе с Вэстерботтеном.

Один из соседей бросился в сторону, когда Эйра совершила резкий разворот на дороге.

Если напрямик, как летают птицы, то это было не очень далеко, однако по проложенным в глубине страны узким дорогам, петлявшим между озерами и горами, им потребовалось больше часа, чтобы добраться до нужного места.

Озеро на карте не имело названия, обычное лесное озерцо с черной застоявшейся водой. Несколько четырехугольников, отмечавших собой избушки, находились чуть дальше.

– Ты позвонил прокурору? – спросила Эйра, как только выяснила, в каком направлении ей следует ехать.

– Я знаю Берентс, она чтит букву закона, – ответил Боссе Ринг. – В принципе, я лицо гражданское, и это означает, что на деле ты действуешь одна. Думаешь, она позволит нам туда ехать? Безоружными? Ты же без оружия?

Пистолет Эйры остался в полицейском участке Крамфорса, запертый в сейфе.

– Плевать я хотела, если меня уволят с работы. Скажешь, я тебя заставила. Ближе нас здесь все равно никого нет.

Они остановились на лесной дороге. Судя по кадастровому плану, избушка должна была находиться в пяти сотнях метров дальше.

– Может, еще немного проедем?

– Будет лучше, если дальше мы пойдем пешком.

Эйра поставила машину поперек колеи – небольшое препятствие, если кто-нибудь вздумает пуститься в бегство. Ни о каком задержании речи даже не шло. Они заранее условились на этот счет: они только доберутся до избушки и посмотрят, есть ли там кто.

– По крайней мере, мы не станем зря сидеть часами в засаде, если окажется, что здесь нет ни души, – заметил Боссе.

Первую часть пути они двигались по дороге, светя под ноги карманными фонариками. На берегу протянулся редкий ряд дощатых домиков, сливающихся с природой. Эйра часто бывала на рыбалке на озере вроде этого и не раз останавливалась в похожих домиках. Простенькие одноэтажные избушки, оставшиеся с тех времен, когда людей влекла к себе природа и здоровая жизнь на приволье. Ей вспомнились ежегодные вечера в конце лета у ее кузена на озере Сальтшён, когда зажженными свечами и кострами вокруг озера отмечали конец сезона и закрывали домики на зиму.

Ничего не говорило о том, что кто-то продолжает жить здесь сейчас, в ноябре. Вытащенные на берег и укрытые брезентом лодки. Домики, впавшие в зимнюю спячку. На дальнем берегу озера ухающая неясыть.

На последнем отрезке пути они свернули с лесной дороги и медленно двинулись вперед, прячась за елями. Боссе Ринг сравнил рельеф местности с кадастровым планом – им нужен был пятый дом от начала. Пожилой следователь обладал способностью красться бесшумно, ступая мягкими шагами. С дерева на дерево перелетела сова. В остальном было тихо, ни дуновения. Все деревья стояли, замерев, не смея потревожить тишину случайным шорохом.

Эйра погасила фонарик – глаза должны были привыкнуть к темноте. Луна еще не взошла.

– Видишь что-нибудь? – Боссе Ринг подполз к ней, утопая во мху.

Эйра показала рукой. У дальнего угла избушки едва заметно угадывался свет на другой стороне. Это могла всходить луна, хотя ее все еще не было видно, а могло просто померещиться.

– Обойдем его, – прошептал Боссе Ринг.

Они медленно двинулись вперед на карачках. Трещали сучья, рука случайно угодила в муравейник – тот торчал из опавшей хвои, и Эйра почувствовала, как по коже медленно забегали полусонные зимние муравьи. Она быстро стряхнула их.

Шедший впереди Боссе Ринг сделал ей знак. Она едва разглядела в темноте его руку. Он показывал вперед и направо. Эйра подобралась поближе и тогда тоже это увидела. Пробивавшаяся из окна узкая полоска света протянулась через весь сад. Наверное, между рамой и жалюзи была щель. От окна их отделяло несколько метров лужайки. У самой кромки леса – будка туалета. Эйра услышала, как ее коллега затаил дыхание, и тут она увидела.

Машина.

Цвета не разобрать, только слабый блеск металла. Боссе Ринг медленно попятился назад, в самую гущу елок, опустился на колени и жестом показал ей отправить сообщение.

Боссе взял командование на себя, хотя и не был на службе, и Эйра была ему за это благодарна. Ведь он имел полное на это право, как-никак, а он на тридцать лет дольше ее проработал в полиции. Спрятав телефон в папоротнике, чтобы свет от экрана не заметили в доме, Эйра набрала короткое сообщение Норе Берентс и Силье. Сигнал здесь ловил, хоть и слабо.

Они подождали. Возле домика по-прежнему не было никакого движения.

Холод пробирался через одежду. Эйра отодвинулась в сторону, нашла камень вместо влажного мха. Подмораживало. Она скрестила руки на груди, спрятала кулаки под мышки, самое теплое место, не считая того, что между ног. Наверное, было ноль градусов, и температура стремительно опускалась все ниже. Патрульная машина только что покинула Эрншельдсвик.

Они прибудут не раньше, чем через час, самое большее через полтора.

Боссе Ринг внезапно простонал и поднялся, отошел на несколько шагов в сторону. Звук расстегиваемой молнии, и следом журчание. Запах мочи, смешивающийся с запахом мха и перегноя.